Ванильное облако, клубничное мороженое - Оля Виноградова

— Я уйду ненадолго, — санитару стало неуютно рядом с людьми. Что-то жуткое, завораживаюшее было в движении рук незнакомого мужчины с замезршим лицом. — Пойдемте, подпись там надо черкануть… — он решил увести отсюда женщину, которая держалась за сердце и по всем признакам приближающуюся к обмороку. Она повиновалась и направилась следом за сотрудником больницы. Пусть попрощаются. Хоть напоследок поговорят между собой…

Андрей не заметил, что остался один. Он был занят. Он старался понять, как такое могло произойти. Ему все казалось, она сейчас поднимется, сядет на лежанке, замотается в простыню и скажет смущенно: "Здравствуй…"

— Здравствуй, родная… Прости, что не успел сказать тебе "любимая", прости, что не все цветы в окрестных ларьках купил, прости, что не был рядом…

"Ну что ты," — ответит она, — "Не расстраивайся, мне хорошо… Там… Знаешь, я сижу на ванильном облаке и ем клубничное мороженое…" — потом помолчит немного и добавит с хитрым прищуром глаз: "А как пишется "мороженое" с одним "н' или двумя? А то меня Боженька спросит, а не знаю… " — и улыбнется. Светло, как весеннее солнышко.

— Я хотел бы сидеть рядом с тобой на облаке и тоже есть мороженое, но таким, как я не место рядом с ангелами… Такие, как я обречены гореть в Аду… Я ведь грешник, родная…

А Женька встанет и протянет к нему руки. Ткань взметнется за ее спиной и вспыхнет белоснежными лепестками чистого света: "А знаешь, мне тут шепнули на ушко… Для чего нужны ангелы. Я скажу тебе эту тайну, но только ты никому не говори, хорошо?" — спросит она.

— Конечно, я никому не скажу… Некому говорить…

Женька подойдет к нему, прильнет к его телу и доверчиво на ухо прошепчет: "Ангелы спасают грешников. Я сильная, Андрей. Моих крыльев хватит на двоих, чтобы взлететь на облако… Обещаю!"

— Я верю… — прошептали в ответ посиневшие губы…

Санитар вернулся через полчаса. Буркнул что-то сидящему на стуле у стены мужчине, но тот не ответил. А когда сотрудник потряс его за плечо свалился. Мешком. На выложенный кафельной плиткой пол. Медбрат отскочил, но вспомнил о своей должности и месте, где находится. Проверил пульс, потом сел на тот самый стул и закурил сигарету.

— Мдааа, делааа… — проговорил мужчина отрешенно. — Чтож ты, брат, за сердцем-то не следил… — и проводил взглядом невесть откуда взявшееся перышко, плавно опустившееся рядом с его ботинком…