Франкенштейн: Мертвый город - Дин Кунц

— Боз?

— Офицер Барри Бозмен. Люди зовут его Бозом. Он гоняет по бездорожью круглый год на одной штуке или на другой.

— Офицер?

— Он полицейский. Он много смеется. Он заставляет тебя чувствовать, что ты хорош, как никто другой.

— Он мертв, — сказал мистер Лисс резко. — Если он полицейский, они убили его и заменили одним из своих двойников.

Намми должен бы знать, что Боз мертв, потому что даже шеф полиции Рафаэль Джармилло был одним из пришельцев, так что каждый полицейский был непременно тоже одним из них. Вся настоящая полиция была мертва и съедена, как случилось этим утром со всеми людьми в тюремных камерах рядом с той, из которой Намми и мистер Лисс бежали.

Бабушка всегда говорила, что не имеет значения, насколько что-либо печально, все равно нужно держать в голове мысль, что ты будешь снова когда-то счастлив, и ты должен идти дальше. Идти дальше важно, говорила она, идти дальше и быть счастливым, делать правильные вещи, потому что если ты продолжал достаточно долго и был достаточно счастливым, делал достаточно часто правильные вещи, то будешь жить вместе с Богом. Но бог очень не любит лодырей.

— Он женат? — спросил мистер Лисс.

— Кто?

— Проклятие, мальчик, в твоей голове столько незаполненного места, ты должен сдавать его в прокат, между твоих ушей целый чертовый склад, полный пустых полок. Боз! О ком я еще бы тебя спрашивал? Боз женат?

— Кику, ее голова раздулась, она ушла в тишину, и она просто ужужжала, так что ты никогда не узнаешь.

Мистер Лисс сложил большой костлявый кулак, и Намми вздрогнул, потому что думал, что мистер Лисс собирался его ударить. Но потом старик глубоко вздохнул, раскрыл кулак, похлопал Намми по плечу и сказал:

— Возможно, ты мог бы сказать это снова, но на этот раз на английском.

Озадаченный, Намми сказал:

— Это был английский.

— Скажи это мне на другом английском.

— Я знаю только один вид английского.

Бугристая рука мистера Лисса снова сжалась в кулак, но он все еще не ударил Намми. Он поднес кулак ко рту и некоторое время его грыз, а затем сказал:

— Что за Кику?

— Это миссис Бозмен, как я и сказал. Она была милой японской леди.

— Что ты имел в виду под «ее голова раздулась»?

— От укуса пчелы в ее шею. У нее была аллергия, но это не было известно до укуса. Ее лицо, говорят они, оно раздулось как воздушный шар.

— Что ты имеешь в виду под «она ушла в тишину»?

— «Тихие Луга». Кладбище вверх по Браун Беа Роуд. Пчела, она укусила и просто ужужжала прочь, но Кику, она умерла, так что ты никогда не узнаешь.

— У них есть дети?

— У Боза и Кику? Нет. Это хорошо, потому что теперь Боз тоже мертв, дети остались бы сиротами, все грустные и все.

— Нет, они стали бы едой для монстров, прямо как Боз. И так как он полицейский, теперь монстр-полицейский, — продолжил мистер Лисс, — мы будем иметь возможность взять его снегоход, потому что его не будет дома, чтобы нас остановить. Там не будет ни одного полицейского, они все будут заняты, будут убивать людей и делать те коконы, какие мы видели, и делать другие мерзкие дела, которые делают вонючие пришельцы.

— Я не заметил, что они воняют, — сказал Намми.

— О, они воняют. Они сильно воняют.

— Должно быть, что-то не так с моим носом.

Глава 4

За рулем «Джипа Гранд Чероки», щурясь от снега, Карсон О’Коннор-Мэддисон — с Майклом Мэддисоном — курсировали по Рэйнбоу Фоллс, охотясь на монстров.

Девкалион ранее рассказал им о больших грузовых автофургонах без опознавательных знаков с темно-синими кабинами и белыми грузовыми секциями, которые, по сути, выполняли миссию Аушвица, собирая граждан, которые насильственно покорялись, и доставляли их к уничтожающему оборудованию на товарном складе. Они нашли один из грузовиков и попытались захватить бригаду из двух человек в плен для допроса, притворившись, что также являются созданиями Виктора. Но водитель быстро распознал обман и сказал: «Вы не Члены коммуны», — и дальше оставалось только убить или быть убитыми.

Из предыдущего столкновения Карсон узнала, что этих самых новых големов Виктора победить сложнее, чем обычного мужчину или женщину, но намного легче, чем его предыдущие создания в Новом Орлеане. Она не знала, почему он прекратил производство практически непобедимых образцов, которых называл Новой Расой, разве что, может быть, неудачи с полным и постоянным контролем над ними вселили в него некоторый страх перед его собственными созданиями.

Так как они не могли думать о том, чтобы делать что-то еще, они теперь искали другой сине-белый грузовик в надежде, что смогут ранить бригаду вместо того, чтобы убить. При использовании правильного метода усовершенствованного допроса, возможно, раненых удастся заставить раскрыть текущий центр операций Виктора.

Снег осложнял поиски, уменьшая видимость и препятствуя мобильности даже для полноприводного автомобиля. Карсон любила ездить быстро, но это состояние дорог сдерживало ее.

Снег выводил из себя.

Карсон родилась в Байю[8]. Она была луизианской девочкой, которая любила каджунскую[9] еду и танцевала зидеко[10]. В качестве детектива отдела убийств в Новом Орлеане она поймала Виктора Гелиоса, также известного как Франкенштейн, и однажды он и все его создания в Большом Легком[11] умерли, она могла оглянуться назад на это дело как на волнительное приключение. На самом деле, даже на пике страха, они с ее партнером, Майклом, теперь ее мужем, получали удовольствие. Работа в полиции всегда была удовольствием. Поимка плохих парней была лучшим удовольствием из возможных. Оружие было удовольствием. Даже находиться под обстрелом было удовольствием, если стрелки терпели неудачу.

Они больше не были полицейскими, они были частными сыщиками и жили в Сан-Франциско. Здесь, в Монтане, они были не на своей территории и без полномочий, однако не без больших пушек, включая дробовик «Эрбен Снайпер», который стрелял пулями, способными завалить медведя гризли. Оружие такой силы было их собственным видом полномочий. Несмотря на пушки и даже на то, что они были экипированы штормовыми костюмами «Гор-Текс/Термолайт», ситуация в Рэйнбоу Фоллс была настолько безнадежной, что они не могли смеяться с заката, и шансы на веселье казались незначительными.

— Снег выводит из себя, — сказала Карсон.

— По-моему, ты уже десятый раз это говоришь, — заметил Майкл.

— Я скучна для тебя? Нашему браку конец? Тебе нужна женщина, которая будет говорить о снеге только хорошее?