Франкенштейн: Мертвый город - Дин Кунц

Немного выше гнома, Джоко в тайне хотел быть ростом в шесть футов и два дюйма. И красавцем. С волосами на голове вместо волос на языке. В некоторых снах Джоко не был собой. В снах он был кинозвездой. Часто Джорджем Клуни. Иногда Эштоном Катчером[13]. Однажды он был Дакотой Фэннинг[14] и узнал, каково это, когда тебя все любят. Он хотел, чтобы он правда мог быть красивым мужчиной-кинозвездой. Ему было без разницы, какой именно, исключая Джонни Деппа. Джонни Депп пугал Джоко.

Мысль о Джонни Деппе заставила сильно трястись руки Джоко. Уродливые пальцы заклацали по клавишам, и на экране появилась тарабарщина. Он убрал руки с клавиатуры. Медленное глубокое дыхание. Легкое. Спокойное. Джонни Депп находился по меньшей мере в тысяче миль от Рэйнбоу Фоллс.

Джоко не просто печатал на компьютере. Не играл в игры. Не работал с электронными таблицами «Иксел». Он хакерствовал. Он был подключен к Интернету не через телефон или кабельную компанию, а через спутниковую тарелку на крыше. Джоко был абсолютным проходящим через файрволы, взламывающим шифры, создающим программные лазейки интернет-спекулянтом, который мог добыть больше данных, чем «Экссон»[15] добывал нефти.

Вот почему он носил красно-зеленую шапку с серебристыми колокольчиками. Его хакерскую шапку. У него было еще тринадцать шапок. Шапок для различных случаев. Джоко любил шапки.

Девкалион — «монстр монстров, первенец Виктора, наставник и знаток, легенда!» — доверил Джоко важное задание. Хакнуть защищенные файлы отдела транспортных средств. Выяснить, кто владелец сине-белого грузовика с определенным государственным номером.

Джоко был частью команды. Необходимым. Возможно, героем.

В прошлом у Джоко иногда случались провалы. Неудачи. Плюхи. Неуспех. Дурак. Болван, идиот, простофиля, глупец.

Но все это было позади. Теперь он собирался заставить свою мамочку им гордиться.

Эрика не была его биологической матерью. У бывших опухолей не бывает настоящих мам. Она усыновила его неофициально.

Они не ходили в парк, как это делают матери со своими детьми. И не ходили в город отведать содовую с мороженым. В редких случаях, когда люди видели Джоко, они хотели тотчас же избить его палками. Палки, зонтики, трости, ведра, все, что под рукой. До сих пор Джоко не был похож на тех монстров, которых большинство людей боялись, но также любили. Для собственной безопасности Джоко ограничивался этим домом и сорока акрами, которые к нему относились.

Эрика Пятая, которая сейчас жила под именем Эрика Сведенборг, была пятой из пяти идентичных жен, которых Виктор вырастил в своих резервуарах сотворения в Новом Орлеане. Первые четыре пришлись ему не по вкусу. Они были уничтожены. Виктор не верил в развод. Эрика Пятая тоже раздражала его. Но она сбежала той ночью, когда империя зла Виктора в Луизиане потерпела крах. Также взяла пачку его денег. Она была единственным членом его Новой расы, кто пережил эту катастрофу.

Вдруг Джоко снял последний пароль ОТС с его защитной оболочки так же легко, как раздел бы банан, и оказался внутри.

— Банзай! — крикнул он.

Он ввел государственный номер грузовика. Запросил информацию о личности владельца. Информация появилась на экране.

— Хуза! Хэра! Хурей!

Собственником грузовика была некоммерческая корпорация «Прогресс для совершенного порядка». Это звучало славно. Тепло и приятно. Прогресс был хорошей вещью. Совершенный порядок был хорошей вещью. Даже монстр с лимонно-желтыми глазами и практически не имевший должного нравственного воспитания мог увидеть, какие это были хорошие вещи.

У «Прогресса для совершенного порядка» был адрес. В Рэйнбоу Фоллс. Джоко распечатал его.

Когда он вышел из ОТС, он поискал веб-сайт «Прогресса для совершенного порядка». Такового не нашлось. Это было необычно. Подозрительно. У благотворительности должен быть веб-сайт. У всех есть веб-сайт.

Даже у Джоко был веб-сайт: www.jockothinksaboutlife.com[17]. Когда его посещало важное озарение о жизни, он писал там. Возможно, его мысли могли помочь другим людям. Всего несколько дней назад он написал: «Все кексы вкусные, но некоторые вкуснее других — что не должно оскорблять худшие кексы, просто такова жизнь. Я сам люблю с желе».

Джоко проверил публичные документы корпораций Монтаны. Их не требовалось хакать. У «Прогресса для совершенного порядка, Инк.» был адрес. Он совпадал с адресом из ОТС.

Генеральным директором был Виктор Лебен. Имя совпадало не точно. Виктор Франкенштейн. Затем Виктор Гелиос. Теперь Виктор Лебен. Виктор.

— Святой портной!

Буква «о» на экране в имени «Виктор» была похожа на глаз. Наблюдающий за Джоко. Виктор узнает, что Джоко его нашел. Виктор знал все.

На Джоко была надета футболка с нанесенным изображением Бастера Стилхаммера, величайшей звезды в истории «Уорлд Рестлинг Энтертейнмент»[18]. Футболка обычно придавала ему смелости. Но не сейчас.

Буква «о» в слове «Виктор». Наблюдающая. Невозможно. Но Виктор мог все. Виктор был всеведущим.

Плохо. Очень плохо. Ужасно. Катастрофа! Джоко вдруг переполнился негативной энергией. Нервы натянулись до боли. Сердце выскакивало от страха. Выкинь это, выкинь это. Танцуй! Танцуй! Джоко вскочил на ноги на кресле. Он отчаянно танцевал. Кресло вертелось. Виктор смотрел через букву «о» в своем имени, как-то, каким-то образом смотрел.

Танцующий, крутящийся, наблюдаемый Виктором, Джоко практически мертвец. Джоко был мертвым танцующим монстром.

Глава 7

За рулем своего «Лэнд Ровера» Дэггет ехал змеевидным маршрутом через Рэйнбоу Фоллс, уповая на интуицию полицейского, побуждающую его делать множество поворотов. Он подозревал, что, возможно, его направлял каприз, и ничего больше.

Фрост на пассажирском сидении изучал свой лэптоп. На экране моргала красная точка на фрагменте карты города, показывая текущее положение патрульной машины, которую вел Рафаэль Джармилло, шеф полиции. Днем раньше они секретно прикрепили к автомобилю Джармилло ретранслятор и после этого отслеживали его передвижения. С предыдущего утра шеф посетил множество мест по всему городу, и лишь одно из них имело несомненную связь с правоохранительной деятельностью.

— Да, — сказал Фрост, — он не просто приостановился у «Монтана Пауэр энд Лайт»[19]. Это конечная остановка.

«Лэнд Ровер» был оснащен полицейским сканером, но Дэггет и Фрост больше не занимались его прослушиванием. Более двенадцати часов назад Шеф Джармилло и его люди прекратили использовать обычный десятичный код, который мог понять любой полицейский в любом месте, и начали использовать собственный. Фрост пытался взломать его с помощью компьютера, но потерпел неудачу. Те части полицейских передач, которые не были этим кодом, были лаконичными отчетами, ничего не разоблачающими.