Франкенштейн: Мертвый город - Дин Кунц

Девкалион знал, как, и в одно мгновение совершил переход с переулка позади «Пекарни Джима Джеймса» на крышу Театра Рэйнбоу. В этом городе пятнадцати тысяч душ витал дух Старого Запада, так как многие его здания датировались концом девятнадцатого и началом двадцатого веков; у них были плоские крыши с парапетами такого типа, за которыми в старых фильмах плохие парни и шерифы прятались во время перестрелок.

В городе не было зданий выше четырех этажей, и театр входил в число самых высоких сооружений. С этого места обзора, расположенного высоко в падающем снегу, Девкалион мог смотреть на восток и на запад вдоль Коди-стрит. Большинство предприятий закрылись пораньше из-за бури, но рестораны и бары оставались ярко освещенными. Всего несколько автомобилей стояли припаркованными вдоль тротуаров; и движение на дороге уменьшилось вполовину от того, каким оно было всего получасом ранее.

Большой грузовой автофургон с темно-синей кабиной и белым грузовым отделением был одним из всего лишь четырех транспортных средств, перемещающихся вдоль Карго-стрит. Другие такие же грузовики работали по всему городу. Ранее Девкалион изучил суть заданий, которые выполняли бригады из двух людей с холодными глазами: транспортировка угнетенных граждан Рэйнбоу Фоллс на заводы, где они будут убиты.

Жертвы были заменены двойниками, созданными на заводе Виктора где-то на 311-ой дороге штата, которую местные называли Шоссе Конца Времен, петля широкой двухполосной дороги длиной в двадцать четыре мили, дата создания которой относилась к холодной войне. Эта дорога, по всей видимости, ничего не обслуживала вдоль своего удаленного лесного маршрута, кроме набора ракетных шахт, которые списали после распада Советского Союза, и часть из которых была заброшена, а часть продана корпорациям для использования в качестве хорошо защищенных подземных складов с низкой влажностью для важных документов. Многие местные жители были уверены, что ракетные шахты были малой частью того, что было скрыто на Шоссе Конца Времен, что в глубине были построены другие секретные подземные здания для противостояния множественным ядерным ударам. На этот раз непросто будет найти убежище Виктора.

Конечно, первыми замененными репликантами и убитыми людьми были сотрудники полицейского управления и те, кто занимал выборные должности. Виктор собирается взять город под контроль сверху и затем спуститься до последних обычных граждан. Девкалион уже видел взятых в плен сотрудников телефонной компании, сопровождаемых в один из сине-белых автофургонов, после чего они были доставлены на товарный склад для устранения.

Когда грузовик, передвигающийся по Коди, повернул на север, на Расселл-стрит, Девкалион с крыши театра сразу, смело, магическим образом шагнул на гофрированную стальную подножку рядом с пассажирской дверью автомобиля. Удивленный, мужчина, держащий дробовик, повернул голову. Крепко схватившись за вспомогательный поручень на стенке кабины, Девкалион распахнул дверь, которая чуть не отскочила под его огромной массой, запустил руку внутрь, схватил пассажира за горло, сдавив, вырвал его с сидения и выбросил на заснеженную улицу, как будто тот весил не больше полого пластикового манекена из универмага.

— Всегда пристегивайся ремнем, — пробормотал он.

Ранее этим вечером он обнаружил, что создания Виктора текущего поколения не такие крепкие, как образцы Новой Расы, которые претендент на звание бога производил до этого в Новом Орлеане. Тех особей было трудно повергнуть даже с помощью «Эрбен Снайпер» — дробовика, предназначенного для использования исключительно полицией, стреляющего пулями вместо картечи. Тем не менее, эти монтанские репликанты были более крепкими, чем люди, хотя при этом были легкой добычей для Девкалиона, чья сила значительно превышала их.

Движение грузовика вперед толкнуло дверь обратно на Девкалиона, но у него была великолепная способность терпеть боль. Он дернул дверь, открыв снова, и шлепнулся на пассажирское сидение, захлопнув ее за собой.

Избавление от одного из членов бригады и проникновение в автомобиль заняло считанные секунды, и озадаченный водитель только наполовину замедлился, когда увидел своего партнера, выкинутого из кабины. Девкалион дотянулся до ключа, заглушил двигатель. Удивленный, но не испуганный — эти новые репликанты казались бесстрашными — рычащий водитель замахнулся правым кулаком, но Девкалион перехватил его на середине пути, скрутил и сломал запястье.

Водитель захрипел, но не закричал от боли. Пока грузовик спускался вдоль улицы, Девкалион зажал левой рукой затылок противника, ударив лицо репликанта о руль. Он бил его снова и снова, и еще раз, всего лишь дважды вызвав гудок.

Едущий юзом грузовик быстро потерял движущую силу, переднее колесо по левому борту встретилось с бордюром, чуть не наехав на него, а водитель перестал сопротивляться. Когда автомобиль полностью остановился, передний бампер слегка ударился о фонарный столб. Девкалион был уверен, что репликант мертв, но для уверенности взял его в удушающий захват и сломал шею.

Эти два убийства нельзя было назвать убийствами. Настоящее убийство — строго преступление против человечества. Исключая внешние проявления, эти образцы из нынешней лаборатории Виктора не были людьми в любом смысле. Мерзость. Монстры. Лабораторные крысы.

Девкалион не чувствовал вины за их уничтожение, потому что был, помимо прочего, еще одним монстром, самой ранней моделью в линейке продуктов Виктора. Возможно, он отчасти очистился от греха раскаянием за свои давние преступления и столетиями страданий. Он мог быть чудовищем на священной миссии, хотя, все еще был, по сути, монстром, продуктом высокомерия Виктора, созданным из тел повешенных преступников в качестве оскорбления Бога.

Он мог быть таким же бесчеловечным и беспощадным, как любое из более новых созданий. Если война против естественного мира началась, человечеству понадобится собственный монстр, чтобы обрести надежду на спасение.

Оставив тело за рулем, Девкалион вышел из грузовика. Даже в безветренную ночь эти осадки можно было назвать снежной бурей, так плотно падал снег.

Ему вдруг показалось, что хлопья падающего снега не забирали свет у уличного освещения, а вместо этого светились изнутри их кристаллических структур, как будто были стружкой от потерянной луны, каждая пушинка наполнена собственной мерой лунного света. Чем дольше жил Девкалион, тем более магическим он находил этот совершенный мир.

Расселл-стрит, второстепенная дорога, была пуста, не было ни другого движения, ни пешеходов. В этом квартале не было открытых магазинов. Но свидетель мог появиться в любой момент.