Цвет вечности - Алла Грин

– Какие русалки? – переспросил Андрей. – У вас тут русалки есть? Я, конечно, из Гомеля, но не с другой же планеты.

Я продолжала улыбаться. Мне нужно было как-то отвлечь его от того, что я натворила с этим несостоявшимся неловким поцелуем.

Но мой смех оборвался голосом мамы – я услышала её крик, доносящийся с берега. Она заметила нас, плавающих в тёмной воде, и хотела, чтобы мы вернулись назад.

– Всё нормально! – дала знать я. – Мы в порядке! Сейчас вернёмся!…

Ясно, что она могла заволноваться.

Но когда мы подплывали к берегу, у неё было не на шутку обеспокоенное лицо. Когда я ступила мокрыми босоножками на песок, мне стало не по себе от застывшего выражения тревоги в её глазах. И я поёжилась, даже чувствуя себя виноватой за только что не казавшееся мне безрассудным поведение на воде. Угнетал и тот факт, что даже музыка стоит на паузе.

Неужели они так растревожились?

Нет.

Она сказала, что им только что сообщили плохую весть.

– Глеб Скорина умер, – произнесла она. – Сегодня. Полчаса назад.

На половине вдоха мое дыхание застыло.

Это был папин лучший друг. Друг детства. Они до сих пор поддерживали близкое общение, но в последние полгода не виделись – тот был слишком ослаблен болезнью.

Мне стало очень грустно. Прекрасный, беззаботный и тёплый вечер резко потух. Я перевела взгляд на папу у крыльца дома, возле пристани, и быстрым шагом направилась к нему, через мост, желая крепко обнять. Он сомкнул руки на моих плечах, у меня из глаз невольно хлынули слёзы. Отец легко, утешающе, похлопал меня по спине несколько раз. Затем мы выпустили друг друга из объятий.

– Когда мы поедем туда? – спросила я.

Семейство Скорин жило в пригороде Минска.

– Тина, мы уезжаем сегодня. Прямо сейчас. Утром будем в Минске, – сказал он. – Но тебе придется остаться.

Конечно, подумала я, вспомнив о покупателях… Как не вовремя.

Завтра днем должны будут приехать покупатели из Италии за Мидори – нашим взрослым травяным драконом.

– Хорошо, – кивнула я.

– Мне жаль, что ты не сможешь поехать.

Я кивнула еще раз. Для родителей было важнее проститься с их другом, чем для меня. Я всё понимала.

– Все документы оформлены, – сказал папа. – Паспорт, разрешения на вывоз, прививки, заключение от пожарной безопасности. Просто их отдашь. Подпишешь договор. Деньги они переведут на счёт. Расскажешь об уходе – ты всё о нем знаешь. Алёна будет здесь, приготовит меню. Они приедут после обеда и задержатся на день.

– Хорошо, папа.

– Развлеки их, Тина.

– Мы тебе поможем, – сказал Клим, стоящий рядом, опуская руку на моё плечо.

После этого родители начинают в спешке собираться. Папа идёт выгонять машину из гаража.

После их поспешного отъезда вместе с Маргаритой вечеринку уже не очень хотелось продолжать. Она стремительно подошла к концу. Ни у кого уже не было настроения, из динамиков доносилась тихая медленная музыка. Илья, Вероника и Соня сидели за столом и без особого энтузиазма листали ленту социальных сетей в телефонах. Клим и Андрей помогали мне убраться и занести остатки еды в дом.

Все ребята оставались на ночь, плавно переместившись на кухню. Они допивали алкоголь, доедали еду и готовились ложиться спать. На террасе всё уже было убрано, и я в одиночестве проверяла, все ли прибрано. Затем выключила фонарь. Тьма рассеивалась светом полной луны. И белым экраном моего ноутбука. Ко мне сзади подошел Андрей, который ещё пару минут назад бродил у драконьих вольеров.

– Кто такая Тина? – спросил он у меня тихо.

Я повернулась к нему и вопросительно посмотрела.

– Отец назвал тебя Тиной. Почему?

Его силуэт был хорошо виден в ночи, несмотря на выключенный свет.

– Мое полное имя – Алевтина. Ты не знал?

Он покачал головой.

– Все зовут меня Ава. Но папе нравится Тина.

– Красиво.

Он потянулся, чтобы закрыть крышку ноутбука и помочь мне донести его до дома. Но я остановила его, тронув за руку. Мы оказались слишком близко друг к другу.

– Кажется, Кинли уснул на моей подушке, – шепнул Андрей, но словно смутившись. Я ощущала его дыхание на своей щеке. – По крайней мере, он был там, когда я поднимался в комнату.

– Он это любит.

Андрей улыбнулся.

Никого рядом уже не было. Только Клим докуривал сигарету, стоя на мосту.

Я чуть отстранилась, открыла проигрыватель и начала переключать композиции. И остановилась на «Мой рок-н-рол».6

– Пойдём. Кое-что покажу.

Я потянула Андрея за запястье и повела за банкетный зал, огибая его дугой слева. Мы шли к озеру, к темной беседке, нависшей над водой.

– О, я уже видел это место сегодня днём, – произнес воодушевленно он.

– Но не ночью.

Я зашла фонари. Ими был украшен маленький мостик между камышами – вход в беседку, и сама конструкция.

– Вы сами это придумывали? – спросил Андрей.

Мы прошли по мостику. Слыша стук своих шагов о дерево. Теперь он оглядывался внутри.

– Да. Всё придумано родителями и сделано с душой.

Андрей оперся спиной о перила – за его плечами замерло озеро. А я подошла к нему, повернувшись к нему лицом. Встав чересчур близко.

– Прости, – сказала я.  – Я зря это сделала.

– Ты о чем? – переспросил Андрей, делая вид, что не понимает.

– Зря отпрянула. Там, на озере. Иногда, я как Кинли. Люблю подурачиться.

Он весело усмехнулся.

– Значит, он весь в хозяйку?

– Видимо, да. Животные ведь часто похожи на своих хозяев.

Я приблизилась к нему ещё больше и почувствовала, как он положил ладонь на мою спину, и чуть потянул на себя. Встав на цыпочки, я подалась вперед. И в тот момент, когда наши лица нашли друг друга, а губы соприкоснулись, я всё и почувствовала. А именно – ничего. Неожиданное ничего. Безразличие. Звенящую пустоту.

Но оторвавшись от него, я заглянула ему в глаза и улыбнулась в ответ. Я не собиралась отталкивать его только потому, что пока что у меня нет бабочек в животе. Я не хотела принимать поспешных решений и собиралась дать возможность ситуации развиваться так, как распорядиться судьба.

– Если Кинли будет тебе мешать – не вздумай сгонять его с подушки. Он ещё и кусается, – предупредила я.

Мы двинулись по мостику из беседки, погасили свет. Я не стала проверять, потушены ли угли в мангале, потому что наш участок был полон драконов, обожающих похищать огонь. Мы забрали ноутбук и направились к дому. Все уже рассредоточились по комнатам. Мы собиралась спать с девочками в моей. Прощаясь с Андреем, я