Кровавые жернова - Андрей Воронин

Хосе расстегнул джинсовую рубашку, повесил ее на крючок, прикрученный шурупами к двери, и туго обтянул себя брезентовым поясом.

Действовал он не спеша, но сноровисто, без лишних движений, как настоящий подрывник, знающий, что к чему. Электрический провод примотал клейкой лентой чуть повыше локтя к руке и зажал пульт управления в кулаке. Надел рубаху, застегнул ее на все пуговицы, затем облачился в пиджак.

Выйдя из кабинки, Хосе остановился перед зеркалом. Придирчиво осмотрел себя, не выказывая никаких эмоций. Под расстегнутым пиджаком нельзя было заметить пояс с взрывчаткой, плотно прилегающий к телу.

Полицейский зашел в туалет и покосился на Хосе. Мужчина показался ему немного странным.

Первой мыслью было – «обкурился парень», но на латиноамериканце был новенький, выглаженный костюм, подбородок идеально выбрит, волосы на голове лежали один к одному.

«Все же нет, – решил полицейский, – не обкуренный. Лицо здоровое, сразу видно. Только взгляд какой-то отрешенный».

Он хотел проверить документы, но подумал, что сперва надо совершить то, ради чего он заглянул в туалет. Когда полицейский вышел из туалетной кабинки, Хосе уже исчез. Не оказалось его и в зале ожидания.

Парень шагал по тротуару с видом человека, твердо знающего, куда направляется. Хотя, останови его сейчас, спроси, он бы ничего не ответил.

На автобусной остановке латиноамериканец замер. Стоял неподвижно, глядя перед собой в одну точку. Подъехал автобус. Водитель открыл дверь. В салоне сидело всего пять человек.

Негр за рулем автобуса терпеливо ждал, когда же, наконец, войдет латиноамериканец.

– Эй, мистер, – крикнул он. – Вы будете заходить?

Хосе ничего не ответил, даже рукой не махнул.

«Странный».

Дверь автобуса с шипением закрылась, и водитель покатил дальше.

Вскоре на остановке собралось человек пятнадцать – пассажиры недавно прибывшего поезда. Хосе зашел в автобус первым, сел на заднее сиденье рядом с негром в выцветшей футболке.

Африканец отодвинулся поближе к окну.

«Какого черта здесь сел? – подумал он. – Свободные же места есть».

Пассажиры расселись, и автобус отъехал от остановки. Водитель надеялся проскочить на уже мигавший зеленым светофор, но понял, не успеет, пришлось тормозить. Автобус замер рядом с огромным трейлером, длиннющая цистерна которого растянулась на пол-улицы.

Хосе поднялся и двинулся по салону. Водитель хотел было сказать, что ходить во время движения по проходу запрещено, но не успел.

Стоя посреди автобуса, Хосе поднял руку. Водитель еще успел заметить какую-то черную коробочку с отростком провода, как в это мгновение палец молодого человека вдавил кнопку. Громыхнул взрыв страшной силы. Люди, ожидавшие перехода, пригнули головы. Водитель трейлера испуганно глянул в зеркальце заднего вида и увидел в нем полыхающий автобус.

– Боже! – вырвалось у него.

Не дожидаясь зеленого сигнала, он врубил передачу.

Тяжелый трейлер нехотя, с трудом тронулся.

Языки пламени, вырывающиеся из взорванного автобуса, лизали серебристое тело цистерны.

Водитель трейлера не отрывал взгляда от зеркала. Он видел, как хвост цистерны миновал пламя и подумал с облегчением: «Вырвался!»

И в этот момент в его машину врезался грузовик, мчавшийся по поперечной улице. Из распоротого брюха цистерны хлынул жидкий хлор, и мгновенно перекресток заволокло едким туманом.

На соседних улицах останавливались машины, люди выглядывали из окошек, пытаясь понять, что за дым поднимается над домами. И только Инесс даже бровью не повела, когда прогремел взрыв. Через поперечную улицу было невозможно проехать, из-за катастрофы машины остановились, растянулись на три квартала. Инесс сидела в автомобиле неподвижная, с высоко поднятой головой, руки ее сжимали руль.

На тротуаре раздавались взволнованные голоса:

– Что произошло?

– Говорят, автобус взорвался.

Полицейский, пытавшийся освободить перекресток, подошел к машине Инесс. Постучал костяшками пальцев по стеклу. Девушка, не поворачивая головы, повернула ручку стеклоподъемника.

– У вас все в порядке? – спросил полицейский. Ему показалось, что молодую девушку парализовал страх.

– Да, офицер, все в порядке.

– Вы уверены?

– Помощь мне не нужна, – и, выждав пару секунд, Инесс подняла стекло.

Инесс дождалась, когда пробка на перекрестке рассосется, хотя на это у нее ушло полтора часа.

Потрепанный «Форд» заехал на стоянку возле гипермаркета. Забросив на плечо сумку и даже не захлопнув багажник, Инесс направилась к входу. У двери девушка приостановилась, наморщила лоб, словно силилась что-то вспомнить. Ее толкнули в плечо.

– Извините, но здесь не стоит стоять.

– Да… – рассеянно повторила Инесс, – не стоит. Ее глаза подернулись поволокой.

Девушка прошла в торговый зал, она катила перед собой корзинку для товара с лежащей в ней спортивной сумкой. Ничего не выбирая и не останавливаясь у стеллажей, она шла к украшенной надувными шарами сцене, где отплясывало трио танцовщиц, рекламировавших стиральный порошок. Костюмы девушек представляли собой огромные картонные коробки с прорезями для рук, ног и голов. Возле сцены собралось много народу.

Инесс оставила пустую корзину у стойки и стала пробираться через толпу поближе К сцене. Действовала она бесцеремонно. Оказавшись у ступенек, взобралась на сцену и громко закричала:

– Эй, идите сюда, представление продолжается!

Танцовщицы, продолжая отплясывать, покосились на непонятно откуда взявшуюся девушку со спортивной сумкой на плече.

– Все сюда! – кричала Инесс, расстегивая молнию на сумке.

Охранники гипермаркета уже спешили к сцене, чтобы убрать оттуда сумасшедшую. То, что Инесс не в себе, было видно с первого взгляда – нормальный человек так вести себя не станет. Девушка запустила руку в сумку и нащупала в ней рифленый корпус гранаты. Ловко отогнула усики чеки. Толпа ахнула, когда Инесс вырвала зубами кольцо и вознесла гранату над головой.

Воцарилось гробовое молчание. Было слышно, как журчит вода в небольшом фонтане.

Взобравшийся на сцену охранник не решался приблизиться к девушке. И тут в тишине послышался детский всхлип.

– Мама, я боюсь! – говорил по-испански ребенок.

Инесс вздрогнула, и взгляд ее сделался осмысленным. Ничего не понимая, смотрела вокруг себя. Затем медленно опустила руку и глянула на зажатую в пальцах гранату. Ладонь ее медленно разжималась, рычаг взрывателя неумолимо отходил от корпуса. В два прыжка охранник подскочил к Инесс и сжал ее ладонь.

– Все хорошо, – шептал он, забирая гранату, – все хорошо.

В этот момент люди бросились врассыпную, прячась за стеллажи, падая между прилавками.

Охранник подобрал с пола кольцо с усиками и зафиксировал рычаг. Крикнул;

– Успокойтесь! Опасности больше нет!

Инесс не пыталась убежать. Словно во сне она стояла опустив руки и повторяла:

– Это не я.., я не хотела…

Специальный агент ФБР Питер Нехамес терпеливо выслушал сбивчивый рассказ Инесс Гонсалес. Он сидел с ней в комнате, лишенной окон, их отделял друг от друга металлический стол, прикрепленный к полу.

– Повторите еще раз, только на этот раз говорите правду, ложь оставьте при себе, – Питер Нехамес провел ладонью по жесткому ежику коротко стриженных волос, контрастирующих с его моложавым подвижным лицом.

– Я не понимаю, что со мной произошло, – опустила глаза девушка. Она до сих пор не знала, что ее брат Хосе взорвал автобус.

– Еще раз, но не врите. Неужели вы думаете, что я поверю в эту чушь про колдуна.

Агент Нехамес слушал признание Инесс невнимательно. Он знал, что потом прослушает записанные на диктофон показания.

В комнату для допросов заглянул его помощник. Оставив девушку под присмотром охранника, Питер вышел в коридор.

– За ними ничего нет, никаких подозрительных контактов.

Питер пробежал глазами компьютерную распечатку. Помощник пояснил:

– Брат и сестра прибыли из Перу два года назад. Ни одного задержания, ни одного штрафа – даже за парковку в неположенном месте.

А конкурс на испаноязычном телеканале, о котором вспоминала Инесс, в самом деле проходил сегодня утром. Я проверял. Хосе и Инесс присутствовали на пробах. Охранник канала помнит, что к ним подошел смуглый белый мужчина, а потом они уехали на двух машинах.

После этого сообщения рассказ Инесс уже не показался Питеру выдумкой, и он понял, что теряет время, требуя повторить.

– Вы можете назвать адрес? – спросил он, вернувшись к девушке.

– Нет, но я помню.

На запястьях Инесс снова щелкнули наручники. Ее усадили в машину на заднее сиденье между двумя охранниками.

К дому Ильи Ястребова приехали быстро.

Любопытная соседка внимательно наблюдала, как люди из ФБР обыскивают участок. Агент Нехамес долго стоял возле деревянного столба, уставившись на бычий череп. Дом был открыт, чувствовалось, что хозяин покинул его совсем недавно. Кофеварка еще оставалась теплой. По документам дом принадлежал Жоржу Алатуру, прибывшему в Соединенные Штаты из Гаити пять лет назад. Ни одной фотографии в доме не нашлось, ни одной кассеты с любительской записью. Приходилось полагаться на то описание хозяина дома, которое дали Инесс и соседка.