Безмолвная. Книга 3 - Константин Лёр

небольшой шкаф для личных вещей. Не уверен, что в нём окажется одежда, но стоит проверить. В крайнем случае, до машины я доберусь в больничной рубашке, а по пути заедем домой к ЁЛин. Там и переоденусь.

В шкафу Тхэён находит тёмно-красную тряпку, некогда бывшую вечерним платьем. Вертит её в руках, соображая, стоит ли предлагать агасси одеться в «это». Машу ему рукой, мол, пойдёт. Мне не на конкурс красоты в нём идти, в конце концов.

Инспектор откладывает платье, выходит из палаты, а через несколько минут, вместо него заходят две медсестры.

— Сонсэнним велел подготовить вас к выписке, ЁнМи-ян, — произносит одна из них, объясняя своё появление. Всё правильно, не ему же меня переодевать.

Управляются они быстро. Одевают, перекладывают из койки в коляску, собирают нехитрый скарб… С тоской оглядываю ставшую почти родной палату, пока дверь не скрывает её от меня. С ещё большей тоской думаю о том, что снова придётся идти в школу, где из каждого рта будет доноситься презрительное: «тольпукчжа». Приятного мало, когда тебя за человека не считают. Ну и к моим фермерам тоже нет желания возвращаться — сто процентов предъявят за надругательство над мечтой Оби.

Мде…

«Как там, кстати, мой планшет поживает? Вот бы снова встретиться с его дарительницей… Симпатичная девчонка!» — вспоминаю я о случайной встрече в кафе и чем она закончилась.

Но судьба дарует мне не менее желанную встречу. На переднем сиденье машины, к которой меня подкатывают, обнаруживаю свою онни. Увидев меня, она резво выскакивает из салона, кидается обнимать.

— Лира, я подвела тебя, прости меня пожалуйста! — сквозь слёзы произносит она набившую оскомину — «Ну сколько можно повторять?» — фразу. Утешительно обнимаю в ответ. Через её плечо поднимаю недоумённый взгляд на Тхэёна — «Объясни, откуда она здесь?».

— Я обязан отвезти ЁЛин-сии в СИЗО префектуры. По месту совершения преступления, — поясняет полицейский, верно истолковав немой вопрос. — Так что, поедем вместе.

Киваю в знак признательности, затем отстраняю онни, и жестами прошу помочь перебраться в машину. Когда мы заканчиваем, уже привычными движениями раскручиваю фиксаторы на ногах, откидываю в сторону. Очередные две пары глаз недоумённо наблюдают за моими манипуляциями, а я заканчиваю возиться с железками, разматываю бинты и разминаю, выпущенные на волю, нижние конечности. На невысказанный вопрос, отвечаю инспектору прижатым к губам пальцем и заговорщицкой ухмылкой. Тоже проделываю в адрес онни, только ещё подкрепляю большим пальцем вверх: «Всё окей!»

Мы дожидаемся Тхэёна в тишине, пока тот сдаёт коляску на хранение и возвращает больничное имущество. ЁЛин было суётся расспросить меня о заживших коленях — я замечаю её взгляд, скользнувший по ним — но лишь берёт мою ладонь, и покрепче сжимает в своих, в знак поддержки. Без лишних слов.

Зато появившемуся инспектору я выедаю мозг, пытаясь на пальцах объяснить, что от него требуется. Хорошо, додумываюсь откопать среди барахла ключи от квартиры и потрясти ими перед носом мужика.

Поднимаемся мы вместе. ЁЛин бежит собирать свои вещи, а я переодеваться в штаны с футболкой и паковать кое-что из своих — пригодятся. В конце, лезу в тайник, выгребаю заначку в пять миллионов вон — остаток от чёбольского займа — собственно, ради неё и затевалась вылазка — и возвращаюсь к скучающему инспектору. Онни возится чуть дольше, принимая душ и наводя на лице марафет. Выйдя из комнаты, она предлагает нам перекусить в дорогу, на что получает моё молчаливое одобрение. Не знаю как Тхэён, а я со вчерашнего вечера ничего не ел, и терпеть ещё несколько часов тряски категорически не собираюсь. Инспектор, вздохнув, смиряется с мнением большинства, и присоединяется к нам на кухне.

— У тебя новый телефон? — удивлённо произносит ЁЛин, завидев в моих руках незнакомый ей девайс. Она сидит рядом и заглядывает через плечо в экран смартфона, в изучение функционала которого я погрузился с головой. Испытывая чувство неловкости, киваю.

Мне есть чего стыдиться. Не прошло и «полгода» с момента покупки ЁЛин предыдущего телефона, наверняка, недешёвого, а я уже умудрился его потерять. И ведь не объяснишь онни по чьей вине — не поймёт. Чуть было не совершаю глупость, додумавшись предложить ей вернуть деньги, но вовремя спохватываюсь и пишу совсем другое.

[Твой телефон сломался, прости. Наверное, брак попался. А этот не мой — дали попользоваться]

— Это того работодателя? — быстро смекает что к чему ЁЛин.

Меня повторно пронзает укол совести.

[Тот договор был черновиком. Я бы никогда не согласилась на его условия — я не сумасшедшая] — пишу, уходя от прямого ответа и оправдываясь одновременно. Прочитав, женщина хмурится.

«Если она про кресло сейчас спросит — придушу! Нельзя столько краснеть перед посторонним в общем-то человеком», — раздражённо думаю, замерев в ожидании следующего вопроса. Но онни оказывается мудрее.

— Лира, прости, мне не следовало вмешиваться в твою личную жизнь. Для меня ты ещё ребёнок, но я постоянно забываю, какими самостоятельными могут быть дети. Особенно, оставшись один на один с этим миром.

[Всё уже в прошлом] — подхватываю, прочувствовав настрой собеседницы. ЁЛин улыбается, обнимает меня за плечи, треплет волосы. Внутренне поломавшись, укладываюсь головой на колени онни, чем та и пользуется, по-матерински запуская пальцы в Лирину отрастающую шевелюру, гладит лоб и щёки.

«М-м-м… кайф!» — прикрыв глаза мычу я от удовольствия.

Так и доезжаем до первой остановки, где мне суждено распрощаться с ЁЛин. Только судьбе известно, надолго ли.

[Онни, я тебя очень сильно люблю и никогда не забуду!] — совершенно искренне пишу женщине на прощание. Она обнимает в ответ, произносит:

— Лира, мы ещё обязательно встретимся. Я тоже тебя люблю!

Инспектор возвращается спустя час и остаток пути мы проезжаем в тишине. Пока едем, размышляю над последними словами ЁЛин. По дороге она рассказала об имеющихся доказательствах и том, почему Тхэён не оставил её в Сеуле. Выходило, если дело дойдёт до выдвижения обвинения, мы и правда увидимся. Как минимум, в суде. Не проигнорируют же они ценного свидетеля?

За окном мелькаю знакомые пейзажи, и моё сердце учащает ритм от тревожного предчувствия неминуемой встречи. Вспоминаю, что сегодня суббота — выходной, когда семейство Ли выезжает в столицу, но легче от этого не становится — если рубить, то сплеча, а не томиться в ожидании отложенного воссоединения.

Тхэён паркуется возле дома, просит посидеть в машине, а сам идёт объявлять находку. Мысленно отмечаю наличие обеих семейных машин во дворе и облегчённо вздыхаю: кажется, все в сборе. Будто в подтверждение умозаключения, инспектору, почти сразу открывают дверь. Мне не видно кто стоит