Ржавый калейдоскоп - Иван Валеев

— Командир? — шепотом спросила Зитц, видимо, почувствовав смену его настроения.

— Ничего, — буркнул он. — Тебе нравится?

— Угу, — отозвалась она. — Надо будет подать Истинным идею…

Командир представил себе реализацию этой идей — и расхохотался:

— Вас слишком мало.

— Если все будут так же осторожны, как вы, меня одной хватит надолго.

Иллара Эт Эдда взглянула на вышедшую из ванной комнаты Зитц. Та была облачена в длинный просторный халат с широкими короткими рукавами и, если бы не лицо, ее общество было бы вполне… сносным. Разумеется Истинных не мог оскорбить чей-то внешний вид, но все же Иллара почувствовала себя неуютно. Да и слуги внутренних покоев были непривычны к подобному зрелищу, что и доказала малышка Уна, выскочившая из ванной, как лягушонок. Такая же зеленая.

— Присаживайся, — Истинная указала на место напротив себя.

— Благодарю, Истинная.

Зитц поклонилась и устроилась на стуле… который предупредительно — не слишком ли он предупредителен? — пододвинул ей командир. Похоже, окончательно вошел в роль слуги.

— Бэй, — произнесла Иллара, — сейчас ваше боевое задание: ухаживать за нами. Думаю, с ним вы справитесь.

— Я оправдаю ваше доверие, Истинная.

Командир Бэй — слуга Бэй — быстро вспомнил, чему его когда-то учили. Он откупорил бутылку белого вина и наполнил бокал Истинной. Низшим вина не полагалось.

Когда тарелки были наполнены, Иллара Эт Эдда необдуманно взглянула на Зитц — и с огромным трудом заставила себя проглотить пару кусочков жареной рыбы, запивая их большими глотками вина. Ее сотрапезницу видимое невооруженным глазом отсутствие аппетита у Истинной, казалось, вовсе не смущало. Иллара холодно пообещала себе припомнить это пренебрежение… потом. Сейчас же ничего не оставалось, как заговорить о деле.

— Итак, Зитц… — та подняла голову, и Иллара вновь поспешно отпила из бокала. — Я хочу услышать твое мнение: почему ваша сегодняшняя атака на Корабль-Матерь не удалась? Кто в этом повинен?

Зитц отложила вилку и внимательно посмотрела в лицо Иллары.

— Истинная дозволяет мне говорить прямо? — тихо спросила она, прервав затянувшееся молчание.

— Я приказываю тебе говорить прямо! — ответила Иллара.

Она намеренно исказила официальную форму ответа, но Зитц не подала вида, что заметила это. Возможно, и не заметила. Кончики пластиковых пальцев солдата сомкнулись.

— Дело в том, что мы впервые столкнулись с Кораблем-Матерью, который был столь хорошо защищен от атаки с воздуха, — сказала Зитц, аккуратно подбирая слова. — Не была проведена разведка. Не было поддержки с воды… Думаю, это главные причины.

— То есть, ты утверждаешь, что атака, проведенная с применением утвержденной тактики?.. — Истинная не договорила, позволяя солдату закончить мысль.

— Была самоубийством, Истинная.

— Ты знаешь, что учитель командира Бэя был одним из тех, кто принимал участие в создании этой тактики?

— Да, Истинная. Мне также известны возражения против окончательного варианта, в котором не учтена способность Кораблей меняться.

— Это всего лишь животные, — Иллара повела плечом.

— Да, Истинная. Но эти животные могут управлять людьми.

— Мы тоже управляем людьми.

От Зитц не укрылась тихая угроза, упрятанная в этих словах.

— Верно. Ответила ли я на ваш вопрос, Истинная?

И Зитц спокойно отправила в рот кусочек рыбы.

Второй шанс

Двигатели взревели, и бомбардировщик поднялся в воздух.

Командир Бэй мрачно оглянулся. Команда новичков… за редким исключением. Всех опытных воинов он усадил за штурвалы истребителей. Их было шесть. Бомбардировщик отрядили всего один. Зато — неожиданно — Истинные дали добро на проведение ночной разведки. Потерь не было: самолет-разведчик прошел высоко над потрепанным Кораблем-Матерью и ухитрился сделать несколько нечетких фотоснимков, на которых, однако, можно было разглядеть, что Корабль, похожий на надгрызенный мышами пирог, не восстановил и половины разрушений.

Кроме того, в рейд отправились три небольших катера. Они должны были возникнуть перед Кораблем-Матерью и отвлечь внимание на себя, по возможности не подвергаясь риску.

Бомбардировщик шел первым. Вскоре его нагнали истребители. Командир Бэй не выспался и чувствовал себя неуютно — ему показалось, что он снова, неизвестно ради чего, ведет людей на смерть.

— Эй, птицы! — произнес он в болтавшийся у самых губ микрофон.

В ответ раздался нестройный хор голосов:

— Да, командир!

— Лада, Рим, слетайте-ка вперед…

— Не предупредим ли мы врага своим появлением, командир? — осторожно спросила Лада.

— Может быть… Но вам не нужно долетать до него. Меня интересует, не отправил ли Корабль-Матерь кого-нибудь из своих кораблей в поиск.

— Ясно, командир. Пойдем прямо на него, затем уйдем направо, — Лада, как это за ней водилось, понимала все с полуслова.

— Да, — Бэй снова посмотрел через плечо. — Надеюсь, вы поможете мне выполнить это задание, иначе…

— Иначе вас заставят подчистить языком все взлетные полосы? — спросила Ири, сидевшая в пулеметном гнезде по правому борту самолета.

Второй пилот хихикнула. Бэй изогнул бровь и посмотрел на нее. Прокричал пулеметчице:

— Это точно! Все пять, одну за другой, Ири. Но я очень надеюсь, что вы не бросите меня…

— Ни в коем случае, командир! — отозвалась Ири, а второй пилот добавила:

— За такое зрелище я готова заплатить даже участием в нем.

— Командир, — раздался напряженный голос Лады. — Цель движется к вам встречным курсом.

— Может, нас все-таки засекли?..

— Нет! — вмешался Рим. — Цель уходит от облака тумана…

— Разведчик! — воскликнул Бэй.

— Бездна — наш дом, — произнес Рим и умолк, уступая командиру.

— Кто-нибудь из вас хочет домой? — продолжил Бэй старую формулу.

— Нет!!! — хором ответили его люди.

— Прости нас, Бездна… Начали.

Первыми заговорили автоматические пушки шедших обратным клином катеров. Они длинными очередями ударили в уцелевшие с прошлого налета зенитные орудия Корабля-Матери, торчавшие на корме — и одно из них не выдержало обстрела и провалилось вовнутрь себя.

— Внимание! — командир Имра, командовавшая катерами, подняла руку, вглядываясь в противника. — Цель открывает доки!

— Отходите, Имра, — отозвался по радио командир Бэй. — Наша очередь. Истребители!

И четверка истребителей нырнула вниз.

Корабль-Матерь выпустил свои малые, неразвитые пока корабли, коконы, состоящие практически из одних только нитей. Щенков, ни разу еще не побывавших в бою. Они выскочили из четырех открывшихся доков и рванули к катерам поддержки.

Крайние катера разошлись в стороны, уходя с линии огня центрального катера.

Шесть истребителей — Лада и Рим успели присоединиться к нападающим — снесла еще пару пушек Корабля-Матери. Оборона не успела среагировать на атаку с воздуха и сполна расплачивалась за эту свою медлительность. Лишь один из монопланов поймал дротик фюзеляжем.

— Хайт! — рявкнул в микрофон Бэй. — Ты как?

— Теряю высоту! — бодро отозвался пилот подбитого самолета.

— Уходи к Острову! Там тебя будет проще достать из воды!

— Понял!

— Удачи…

Командир Бэй усмехнулся. Теперь можно и делом заняться.

Таможенный контроль

Зитц выбралась из самолета первой. Ее взгляд сразу отыскал похожее на коробку для рыбы здание таможни и знакомый сверкающий силуэт рядом с ним.

Лия спустилась следом и поинтересовалась:

— Ну, как, сильно тут что изменилось? — и ответила сама себе: — Де нет, вроде. Как думаешь?

— Все по-старому, — отозвалась Зитц, протягивая правую руку робко выглядывающей из люка самолета коротко и не очень аккуратно стриженой девочке: — Спускайся. И не бойся ничего.

Девочка кивнула и, неловко ухватившись за палец Зитц, поставила ногу на верхнюю ступеньку трапа. Она совершенно не была привычна к таким пустым открытым пространствам. Возможно, подумала Зитц, девочке кажется, что это все вокруг — море и что она сейчас наверняка утонет.

Что ж. Не без этого…

За первой девочкой вышла вторая. Ей помогла Лия. Эти две девочки были похожи не только стрижкой, не только возрастом — им обеим было лет по двенадцать, — не только одеждой — обе они были в простых коричневых комбинезонах и грубых ботинках, — и не только испытываемым ими страхом. Их лица несли на себе печать умственной неполноценности. Тем не менее, они обе оказались вполне обучаемы, а вторая, цеплявшаяся сейчас за рукав Лии, была к тому же феноменальным счетчиком, по скорости счета вполне сопоставимым с неуклюжими и, по слухам, вечно ломающимися машинами инженеров Техникума.