Ржавый калейдоскоп - Иван Валеев

Женщина, вцепившись в его плечо, пыталась вскрыть потолок как консервную банку — и ей это удалось. Лезвием клинка она кое-как расширила отверстие, похлопала освобожденного по плечу и что-то сказала. Тут все было понятно — мужчина перехватил ее чуть пониже, приподнял — и ей удалось вползти в помещение наверху. Затем женщина еще немного увеличила дыру, улеглась на живот и протянула мужчине руку.

— Ты не сможешь! — запротестовал он.

Действительно, вряд ли она смогла бы… Но ее раздраженная реплика и рука, требовательно протянутая вниз, заставили его подчиниться.

— Ну, давай попробуем…

Освобожденный без особой надежды взял ее за руку — и вскрикнул от боли. Его ладонь словно в тисках сжали. Пришлось ухватиться второй рукой за пластиковое предплечье и, почувствовав, что его отрывают от пола, мужчина подумал вдруг, что крепление протеза может и не выдержать…

Выдержало. Освобожденный пролез в дыру, уперся локтем в пол и только теперь увидел, что шею и левое, живое плечо женщины обвивают уже не пряди — целые канаты паутины.

— Дальше я сам! — крикнул освобожденный.

Женщина, словно поняла его, тут же разжала руку и перехватила канат, который тащил ее назад.

Освобожденный кое-как выбрался из дыры, схватил торчащий из пола меч и парой неловких ударов обрубил канат. Затем вложил меч в руку женщины — и тут ему самому захлестнуло шею.

Зитц, получив обратно свой клинок, быстро срезала то, что ее держало, отхватила еще несколько тянущихся прядей, обернулась — и увидела, что мужчину, которого она вытащила, уже растянуло на полу. Белые нити приковали его к полу, а в рот пыталась влезть пиявка, чуть меньше тех, что были внизу. Зитц ухватила тварь за хвост, шваркнула об пол и отбросила то, что осталось, подальше. Она уже собиралась освободить пленника — во второй раз, везет ему, — как обнаружила, что кровь прилила к половым органам мужчины и он готов излить семя.

Зитц встала над ним на колени, сдвинула шорты и, одной рукой направляя его в себя, опустилась ниже.

Мужчина вскрикнул, дернулся раз, другой, наполняя ее, его глаза закатились, язык вывалился из раскрытого рта — и только тогда Зитц аккуратно провела лезвием клинка по паутине, стягивающей его шею.

— Не думай, что мне это нравится, — заметила она, вставая и приказывая своему телу накрепко запереть собранное семя.

Бывший пленник ничего не соображал. Но Зитц сейчас мало интересовали его переживания. Далеко ли они от Корабля-Матери и как ей теперь выбраться отсюда на Остров Истинных? Женщина оглянулась. Сейчас они находились в запасной рубке Разведчика, предназначенной как раз для людей. Странное излишество на самостоятельном корабле, но сейчас…

Впрочем, бросив взгляд в иллюминатор, Зитц увидела ответ на первый вопрос. Высокий красновато-белый борт Корабля-Матери возвышался над ними, казалось, до самых небес, и створки, готовые впустить Разведчика, уже начали расходиться.

Это было плохо. Зитц шагнула к тому, что можно было назвать «терминалом» для управления кораблем — большому, почти до ее груди, выросту-сталагмиту в центре рубки — и опустилась перед ним на колени. Вряд ли Разведчик даст ей возможность сделать хоть что-то, но… Она прижалась к выросту лбом, и «лианы» впились в него. Не пытаясь как следует соединиться, она, как только возникло ощущение связи, приказала кораблю свернуть влево и одновременно прибавить скорость.

Поворачивать Разведчик отказался, а вот со скоростью удалось. Кораблик ворвался внутрь Матери, частично обломав створки дока. Разведчика от удара развернуло и поставило в распор меж двух окостеневших причалов.

Крыша рубки поднималась. Освобожденный удивлено глядел вверх, но вместо неба он увидел высокие своды пещеры, напоминавшей чей-то пищевод. А потом над ними встал огромный — так сначала показалось освобожденному — страж. Он был похож на демона: красный, словно лишенный кожи, с парой неровных, направленных вперед рогов, росших из висков, с частоколом тонких острых зубов в безгубом рту, с широченными плечами и мощными руками, в которых он сжимал свое оружие — алебарду, чье лезвие составляли пять загнутых ребер.

Освобожденный перевел взгляд на женщину, что спасла его… Но та замерла, не делая попыток защититься, и только смотрела на демона — а он прыгнул вперед и занес алебарду над головой.

Освобожденный вскочил, отшвырнул безвольную, как кукла, женщину в сторону и еще успел заметить, как она ударилась о стену и взгляд ее прояснился…

Зитц, кажется, никогда еще не видела ничего прекрасней того воина, что встретил их на причале внутри Корабля-Матери. Она даже не могла поднять автомат, лишь смотрела на него…

А потом она оказалась у стены и увидела, как мужчина, чьим семенем она только что наполнила себя, упал под ударом топора.

Клинок — подобного оружия боялись все творения Корабля-Матери как ничего другого — валялся на полу у ноги воина. Но сейчас Зитц не нуждалась в клинке. Она рванулась вперед, поднырнула под удар когтистой лапищи — и пальцы ее правой руки сомкнулись на горле врага.

— Прости…

Оставив подрагивающее тело, Зитц окинула взглядом док. К ней спешил еще один здешний страж, коренастый, одновременно громоздкий и словно просвечивающий насквозь, с костяными серпами вместо рук.

Зитц упала на колено — Разведчик дернулся, силясь развернуться, — подняла автомат и выдала длинную очередь. Страж остановился, сделал еще три неуверенных шага и упал на колени, роняя на пол ошметки внутренностей из разорванного пулями живота.

Автомат заткнулся. Патроны кончились. Зитц решила не лезть вглубь Корабля-Матери, а попробовать сбежать. Падая, она видела, как Разведчик тянет за собой какое-то суденышко. Возможно, оно все еще было там, за кормой.

Зитц подобрала свой клинок и собиралась было выбраться на наружную обшивку Разведчика, но тут зенитная пушка на его носу шевельнулась.

— Ах, ты!.. — прошипела женщина и спрыгнула вниз.

Она решила выбраться из корабля тем же путем, что и проникла в него. Так она окажется под прицелом только одной, кормовой пушки, а от носовой ее прикроет «рубка».

Зитц спрыгнула на нижнюю палубу, с некоторым удивлением отразила нападение одной пиявки и нырнула в коридор.

Пробитое ей отверстие, конечно, изрядно заросло, но Зитц удалось расширить его. Это оказалось лишь немногим сложнее, чем резать внутреннюю обшивку — видимо, корабль был близок к истощению своих ресурсов и взять материал для латания пробоины ему было неоткуда. Зитц выползла наружу и, прижимаясь к обшивке, подползла к зенитному орудию, торчавшему на корме. Разведчик старался опустить стволы так, чтобы нападавшая оказалась на линии огня, но ему это не удавалось — мешал твердый «воротник», вдоль которого эти стволы двигались по горизонтали. Однако орудие все-так следовало обезвредить, потому что при стрельбе назад и вбок воротник уже мешать не будет.

Зитц, лежа на спине прямо под башней, ухватилась правой рукой за ствол одной из нижних пушек и стала толкать его вверх. После недолгого сопротивления ствол был обломан, и Зитц поступила также и с остальными. И только потом она посмотрела, осталось ли то суденышко целым…

Осталось. Разведчик не просто приволок его с собой — он догадался укрепить канат своими нитями и приковать находившегося там человека к штурвалу, сделав того частью лодки. Зитц соскользнула вниз по канату, срубила пленнику голову, отсекла обе руки и вышвырнула, что могла, за борт. Потом настал черед каната.

Теперь можно было плыть — надо лишь догадаться, как эта штуковина работает.

— Жаль, что ты не самолет, — пробурчала Зитц, мрачно разглядывая приборную панель лодки.

Разумеется, лодки — может быть, даже подобные этой — на Острове Истинных имелись, но для рейдов на Корабли-Матери ни лодки, ни что-то более крупное не использовалось — главными естественными врагами таких Кораблей были их сородичи, поэтому и защищены они были лучше всего от нападения с воды, ведь ничего летающего Корабли-Матери выродить из себя не могли.

Зитц коснулась пальцами стеклышка, под которым прятался циферблат — символы на нем были незнакомые, но о назначении можно было догадаться, — положила левую руку на руль, а правой повернула плоский кружок, торчащий вертикально посреди панели.

Мотор чихнул, зафырчал, и лодчонка двинулась вперед, собираясь протаранить Разведчика. Допускать этого не следовало. Зитц ухватилась рукой за рычаг рядом с этим кружком и опустила его вниз до упора. Лодка замерла на секунду — и неспешно поплыла прочь от Разведчика.

— Отлично, — пробормотала Зитц. — Осталось только выбраться…

Остров Истинных

Истинная Иллара Эт Эдда мерила шагами пол комнаты докладов, заложив руки за спину и глядя под ноги. Ох уж эти ее ноги. Всегда они чего-нибудь да желали. Сейчас, например, ноги желали бы, чтобы вместо мягких бесшумных туфель на них были сапоги, черные, блестящие, с высокими звонкими каблуками, стук которых мог разноситься по всем пятистам коридорам Крепости.