Тайна радости - Эллен Чейз

В Теспане продолжался мексиканский карнавал, приводивший Кейси в восторженное состояние. Два дня она бездельничала — только купалась, ела и спала. Затем она перешла на строгий режим, планируя провести уик-энд в Акапулько.

Поднявшись с рассветом и насладившись свежестью уединенной бухты, она засела за машинку до позднего вечера.

Умиротворяющая жизнь на вилле была истинным бальзамом для ее уставшей больной души. Ежедневное изнуряющее напряжение, лихорадочный график и цейтнот были забыты. Ни телефон, ни газеты, ни телевизор не тревожили ее. Вокруг не было ни души.

Кейси всегда ощущала себя одинокой, даже в многолюдной толпе. Теперь же она именно в Одиночестве обрела себе компаньона. Встретившись с ним тет-а-тет, она перестала тяготиться им и даже находила некоторое очарование в своем уединенном существовании.

Она как будто родилась заново и вдруг открыла для себя великолепные рассветы и закаты, трепетно-нежные цветы, мистический магнетизм луны, властвующей над приливами и отливами; даже крик чаек казался ей мелодией, а сами морские птицы — маленькими волшебниками. Кейси все вдохновляло. Она была полна жизни и спокойствия, радуясь возрождению своей души.

Какие-то плещущие звуки нарушили ее мечтания. Она просияла, обнаружив трех дельфинов, выделывающих кульбиты и с ритмической четкостью ныряющих в зеркальную гладь океана… Наловившие рыбы пеликаны направлялись к своим скалам. В их огромных клювах-кошелках билась еще живая кефаль. Ее собственный желудок подавал недвусмысленные сигналы голода. Кейси подставила свою высокую стройную фигуру под солнечные лучи, наполнив легкие терпким соленым воздухом. Сердце учащенно забилось, она чувствовала себя необычайно легко и свободно в своем купальнике, который сменил обременительные зимние свитера. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, она быстрым шагом преодолела оставшиеся семьдесят пять шагов.

На кухне она вновь загляделась на прелестный пейзаж. Если она поддастся очарованию этой природы, оставшиеся часы до сна она проведет у окна, ничего не успев сделать. "Нет, моя дорогая, — пожурила она себя мысленно. — Кофе, гренки — и марш переписывать третью главу!"

Она наполнила кофейник холодной водой и положила несколько ложек свежей заварки в металлическое ситечко. Кофейник зашипел, кофе вскипел почти тотчас. Вскоре она взбодрилась ароматным напитком, который мог поддержать ее до ланча.

Кейси перебралась в столовую и начала быстро править написанные ночью страницы. Она чувствовала странное возбуждение. Ее внутренняя энергия казалась безграничной, она просто пылала от вдохновения. Это не было использованием фактов для преображения их в читабельный газетный материал. Это было ее собственное творение. Характеры, события и сюжет, как по волшебству возникавшие на недавно еще чистых листах бумаги.

Она рассмеялась над собой, размышляя над полузаконченной, оставленной в машинке страницей, показавшейся ей более выразительной и удачной, чем предыдущие. Страница была испещрена синими редакторскими исправлениями. Кто-то успел устранить синтаксические и орфографические ошибки. Кейси нахмурилась. Она не делала этой корректуры. Должно быть, приехал Мэтт! Она вскочила, ее мокрый "конский хвост" на затылке подпрыгнул над голыми плечами, Кейси ринулась в гостиную и рванула дверь в большую спальню.

Солнечные лучи косо падали через прикрытые шторы на тонкую хлопчатобумажную простыню, под которой кто-то громко и самозабвенно храпел. Виднелись лишь одна сторона темноволосой головы и половина голой атлетической спины.

Кейси по синему шерстяному ковру бесшумно подошла к кровати, протянула холодную руку и дотронулась до горячего плеча.

— Мэтт… — позвала она шепотом, слегка тряся мужчину. — Почему ты не разбудил меня, когда приехал?

Он глубоко вздохнул и перевернулся. Вместо серых глаз Мэтта Грэнгера Кейси с удивлением увидела два сонных карих глаза на совершенно незнакомом ей лице!

Волосы неожиданного гостя были такими же темными, как у Мэтта, но этим сходство и заканчивалось. Ему было под сорок, строгое скульптурное лицо — скорее интересное, чем красивое. Белая простыня упала, обнажив широкую мощную грудь, покрытую легкой зарослью темных вьющихся волос. Вдруг до изумленной Кейси дошло, что кроме простыни на нем ничего не было.

У нее зашевелились волосы, тревожно забилось сердце, но она была скорее смущена, чем испугана. Она попыталась что-то произнести, чем только вызвала вялую улыбку и глубокие складки, образовавшиеся в углах губ незнакомца. Кейси так и замерла, уставившись на него в оцепенелом, завороженном молчании.

Поначалу он подумал, что девушка возвышается над ним, стоя на невообразимо высоких "платформах", но, приглядевшись, увидел голые ступни с маково-красными ногтями, в замешательстве переминавшиеся на мягком ковре.

Откинувшись на подушки, он неспешно разглядывал Кейси — длинные стройные ноги, изящные округлые бедра и тонкая талия, мучительно соблазнительные полные груди, просвечивающие сквозь зеленый купальник… Он внимательно всмотрелся в ее лицо и остановил взгляд на чуть выдающихся скулах, вздернутом носе и широченных изумрудных глазах.

Незнакомец лениво улыбался, но его хищный волчий оскал заставил Кейси встряхнуться, удивление ее переросло в беспокойство.

— Вы, вероятно, ошеломлены, обнаружив здесь меня… — пробормотал он. Голос его звучал необыкновенно спокойно и хрипло.

— Я… Я думала, что вы Мэтт, — растерянно пролепетала она.

— Нет. Я Трэвис, но я вижу, что подмена вас здорово напугала.

Кейси решила повернуться и бежать, но ноги словно приросли к полу. Вдруг Трэвис левой рукой схватил ее за руку, другой — за талию — и Кейси, не успев опомниться, оказалась в просторной кровати, прижатая к мускулистой груди мужчины.

Сдавленный крик застрял у нее в горле. Она замотала головой, яростно сопротивляясь его губам, тянущимся к ней. Но сильный язык уже пробовал свежую влагу ее рта. Их дыхания слились, чувственный поцелуй почти лишил Кейси сознания, странно опьянив ее. Тело расслабилось, подчиняясь его властным ласкам.

Пальцы его медленно скользили по гладкой голой спине, опустились к талии и замерли, ощутив под тонкой тканью купальника бархатно-нежные ягодицы.

Тяжесть мощного тела вдавила Кейси глубоко в пушистый уют матраца. Его опытные руки жадно ласкали ее бедра, плоский живот, скользнули к нежной чаше полной груди. Она почти не могла сопротивляться. Он прижался щекой к ее щеке, слегка оцарапав щетиной гладкую нежную кожу. Девушка перестала чувствовать собственное тело, горячая волна захлестывала ее.