Гарри Поттер и эффект снов - Виктор Ильин

компании неизвестных взрослых людей в надежде хоть на какой-то кусочек еды, хотя бы хлеба с водой.

Мальчик ещё не успел подбежать, как одна из женщин боковым зрением заметила его и развернулась всем корпусом. Впрочем, остальных коллег военных она опередила лишь на краткое мгновенье.

Внимание на Гарри обратили все, вообще все присутствующие, что, собственно, было неудивительно. Не тыловыми же крысами были гуляющие здесь и сегодня люди. Отнюдь, как-никак были они космодесантниками, элитой Альянса Систем, вот и увидели быстродвижущийся к ним объект едва ли не затылком.

Но долго немая сцена «прибежавший ребёнок — настороженные солдаты» длится не могла, и вот одна особо наглая особа из отряда, наконец, отмерла и начала действовать в собственном неповторимом стиле, «оторва наглая» называемом.

— Ты кто? — Спросила она мальчика, беспардонно тыкая в него пальцем.

Гарри от этакого нахрапа несколько потерялся и только и смог, что представился — Я Гарри — только и смог сказать он. Потом под громкую и своевременную руладу желудка смелости набрался и спросил — А можно мне хотя бы хлеба у вас и так всего полно, пожалуйста — Сказало, но и посмотрел на всех зашуганными, а ещё отчаянными от голода глазами.

Отчего Майя Ортис, а это именно она первой заговорила с мальчиком, несколько потерялась, как и остальные, впрочем, тоже. ТАКИХ детей они могли бы встретить где-нибудь на окраине цивилизации, в бандитских городах, тех немногих, что ещё не прикрыли. Ещё, возможно, на некоторых независимых колониях, но никак не здесь! В колыбели человеческой цивилизации! Где любой, даже самый захудалый сирота выглядит кратно лучше, чем этот захудалый сирота. Уж пол-отряда об этом знает совершенно точно. Личный опыт, как говорится, он такой весьма достоверный.

Да что и говорить, правительство нашло, что делать даже с идейными беспризорниками, такими как Мая Ортис. Что, глядя на мальчика и сравнивая с собой в его возрасте, на миг погрузилась в воспоминания. Как она всё своё детство провела исключительно на улицах южных стран, как ходила в школу, потом и в институт, как её иногда (каждый раз, когда было надо) ловили медики, проявляя море креатива во время ежегодных медосмотров, и как спорила за лучшие места для ночлега, и как объедалась в любимой закусочной до отвала. Сытая была жизнь, была и школа, и веселье, и даже посильная и доступная работа, и даже кредит на 30 лет под смехотворные 0,5 %. Ну вот дешевле было государству так заморочиться, чем убытки от детской преступности иметь. Да и не всем детям такая сладкая житуха была доступна, хоть одна тройка — и детский дом говорил им вежливое «здрасте». Мая, кстати, однажды туда попала на полгода, потом снова уйти смогла. Аж улыбнулась от нахлынувших воспоминаний, как махала всем тогда ручкой. Но от этого и сейчас на мальчика, глядя с расползающейся улыбкой, в себя она первой пришла.

— Отчего же нельзя, можно, конечно. — Заговорила она — и хлеба, и мяса, и салат, и кто-нибудь отвисните наконец! Налейте ребёнку сока! — Окончательно пришла она в себя, а затем увидела возможность для грандиозного подкола несколько жестковатого, возможно, но уж очень ей так сделать захотелось, подошла к Шепарду и этак на ухо и шёпотом, но так чтоб все, кому надо, и не надо, слышали. — Т-с-с, командор — это твой сын?

А Шепард, будто понимая, какое «чудовище» медленно сейчас поднимет голову, устало, сдержанно и смущённо пытаясь отвертится и понимая, что бесполезно ответил — Я… лейтенант, Я только лейтенант, а не командор и…

— Ну хорошо, хорошо, лейтенант так лейтенант. — Взмахнула руками эта… женщина. — Но всё же ответьте, кто это, когда вы успели? — спросила уже вовсе не дама, а тролль 99 левела.

Иногда Шепард жалел, что взял её в отряд подрывником и вторым заместителем, вовремя не заметив по-настоящему взрывной и оторванный характер этой дамочки. Ведь берегов эта особа почти не видела, ровно как и званий с рангами. Жертвой её приколов с одинаковой вероятностью мог стать любой, пожалуй, что только высший командный состав она не трогала. Впрочем, Джон был убеждён, пока не трогала, ведь как в званиях подрастёт, так и генералам от неё достанется. А то, что всё так и случится, лейтенант был уверен абсолютно. Чудовищная эффективность в работе крепче любых цепей удерживала её от вылета с позором. Угроза которым, впрочем, никого от его острого языка ещё не спасла.

Вот и сейчас всё было точно так же, предвкушая представление, всё вокруг «авансом» начали хихикать. «Сейчас начнётся, блин» — подумал Шепард. — «И ведь как тонко чувствует ситуацию эта зараза» — мелькнуло у него в голове оттого, что момент для троллинга был просто идеальный. Что бы он сейчас ни сказал, материала для приколов будет очень много. А жадная до слухов, сплетен и шуток мадам не раз потвердила, пользоваться она этим материалом умеет, любит и делает это великолепно.

Тем не менее сдаваться просто так Джон не собирался и попытался хоть как-то спасти и прояснить ситуацию. С этой целью он обратился к мальчику, которого, конечно же, сразу узнал. Но вот что он делает в его доме здесь, на земле, в десятках парсеков от планеты Элизиум, где они встретились, понять не мог.

— Как ты здесь оказался? — удивлённо спросил Шепард, очень неудачно подобрав вопрос на поддатую-то голову. Чем изрядно помог всей «Подруге» начать настоящее веселье. А ещё распалил её интерес, что вместе превратилось в истинно гремучую смесь. «Да, мальчик, расскажи нам всем всё интересно» Майя вслух конечно же не сказала, но явно подумала это точно.

От такого внимания Гарри почувствовал себя, прямо скажем… Неуютно. Уже усаженный за стол с громадными, как для ребёнка бутербродом в одной руке и не меньших размеров кружкой сока в другой он потерянно попытался объясниться перед столь щедрыми к нему взрослыми. Объясниться, даже если это всё всего лишь сон по его мнению.

— Я… — Начал он — Я просто спал и… — Ещё немного задумался мальчик — И, оказался здесь. — Потерянно закончил он. Потом бросил взгляд на бутерброд такой вкусный и притягательный на вид, пробормотал. — Спасибо вам большое — И впился зубами в столь прекрасное угощение. — Очень вкусно — Добавил он, когда с трудом проглотил откушенный кусок, почти тот не прожевав.

— Не за что, парень, — сказал Тимоти Ренфро — биотик-техник и немного повар, который, кстати, сегодня на всю ораву всё и приготовил, конечно, истина из уст ребёнка ему безусловно, польстила.

А майя меж тем выдержала театральную паузу