«Жигули» с привидением - Александр Николаевич Петрин

его мнимые лекарства — не лекарства, а простые химические и синтетические медикаменты, покупаемые им в обыкновенной аптеке! Вот почему их воздействие на мой организм было временным и обманчивым… Подобных субчиков следует приговаривать к самым высшим мерам наказания за злостный обман граждан!

1 сентября. Еще не все потеряно! А. К. сообщила обнадеживающее сведение. Оказывается, с тем колдуном произошла роковая ошибка: он не тот колдун! Настоящий проживает в районе в селе Подстепки, по образованию — потомственный пастух крупнорогатого скота, лечит старинными природными препаратами, как-то сажа, купорос, известка и т. п. Надувательство тут исключено, потому что местные жители всю жизнь знают его как неграмотного от рождения.

КАК Я ВЫИГРЫВАЛ…

Приобрел я по случаю билет художественно-вещевой лотереи.

Не хотел брать, но кассирша уговорила:

— Художественную вещь можете выиграть: видик там в рамочке, а может даже чайный сервиз!

Видик мне не особенно нужен, а вот сервиз, конечно, вещь! Очень художественно выглядел бы и какой-нибудь коврик три этак на четыре…

Дождался таблицы, проверяю: есть, выиграл! Только не сервиз, не ковер, и даже не видик, а — вазу!

Так и указано: ваза.

Ваза так ваза: тоже имеет художественную ценность, особенно если хрустальная…

Радуемся, конечно, с Лидой и даже в прессу попали: мол, гражданин такой-то выиграл «Москвича», такой-то — «Жигули»… А про меня выразились так: «Ценные выигрыши выпали также на долю гр. Утина П. И. и др.»

На работе, конечно, поздравляют, завидуют, однако про вазу никто не верит.

— Прибедняешься! — говорят. — Наверно, не меньше мотоцикла с коляской оторвал, а то не стали бы в газете помещать…

Сашка Целовальников заявил:

— С тебя причитается!

Я, конечно, не против народного обычая. В результате образовался в моем кармане ощутимый дефицит, и решил я покрыть его за счет материальной помощи, которую мне давно обещали.

А в месткоме говорят:

— Мы это дело пересмотрели. Другому дадим… Выиграл, да еще и материальную помощь просит! Как не стыдно!

И путевочка моя улыбнулась…

Нина из месткома дала такие разъяснения:

— Зачем она тебе нужна? Вы со своей Лидочкой небось теперь на «Жигулях» поедете… Путевку дадим, кто не выигрывал…

— Да я, — кричу, — не «Жигули» выиграл, а вазу!

— Все равно, — говорит. — Другие ничего не выиграли.

Через некоторое время берет меня за воротник наш культорг:

— Подписывайся на «Анатомию кошки» в шести томах!

— А на кой она мне? — смеюсь. — У меня кошки нет, и заводить не собираюсь…

— Это — говорит, — не имеет значения. Ты должен поддержать наше ведомственное издание. Пришло письмо — просят организовать спрос. Твой дружок Целовальников уже подписался: он три дня прогулял, обсуждения ждет… И ты небось не обеднеешь! От общества брать все любят: выигрывать и прочее…

Пришлось подписываться на «Анатомию кошки»: пускай, думаю, стоит в серванте и придает комнате интеллигентный вид…

Два билета в театр тот же культорг мне навязал, говорит:

— Я ничего не знаю! Куда я их дену? А тебе теперь нужно культурный уровень повышать, а то все думаете, как бы выиграть да — себе в карман…

Потом опять Сашка Целовальников явился.

— У меня, — жалуется, — за три дня, что прогулял, громадные затраты были, прямо неимоверно какие затраты, не говоря о расстройстве здоровья… Да еще на «Анатомию кошки» пришлось подписаться… Дай полста до тринадцатой!

Разругались мы с ним, обозвал он меня «жилой» и «плантатором».

…Присылают, наконец, вазу! Оказалось, не хрустальная, и даже не фаянсовая, а глиняная, наподобие деревенского горшка, причем и глазурью не сплошь облита, а местами, потеками какими-то…

Лида волнуется:

— Обманули! Хорошую взяли себе, а нам эту подсунули… Думают, не понимают!

Я, конечно, тоже засомневался и понес этот горшок к одному знакомому художнику. А тот мне целую лекцию прочел, какой, оказывается, он художественный! Хорошо, умно говорил, хотя я мало что запомнил: «тона», фактура», «естественный материал», «примитивизм»… И вышло, что горшок этот художественнее всех хрустальных, потому что, мол, бросает вызов мещанским вкусам.

Дома я начал Лиде всю эту премудрость втолковывать. Про «тона» да про «фактуру» она слушала еще ничего, а как дошел до мещанских вкусов, вспыхнула:

— Раз я, по-твоему, мещанка, так зачем с мещанкой живешь? Ищи себе артистку!

Слово за слово, ваза — в черепки! А на лбу у меня вздулась шишка величиной с небольшое диетическое яйцо.

С шишкой я и притопал на работу. А там — радость: Иванов наконец-то на пенсию уходит, а на его место меня давно сватали.

Сунулся я к шефу, он осмотрел меня хмурым взором и говорит:

— Не пойдет. Неустойчивым человеком ты, Утин, оказался. Не успел выиграть, а уж ходишь в синяках и шишках с ног до головы!

— Так это, — говорю, — жена!

— Вот-вот! Раньше не было?.. Значит, загордился ты от выигрыша, головокружение получил…

И на ивановское место продвинули Сашку Целовальникова.

ПОХОЖДЕНИЯ РОБОТА

Наука от жизни еще отстает, не всегда идет в ногу. Сам Як Яклич, домоуправ, такого мнения придерживается.

С ним недавно история вышла.

Сидел он в своем закутке и никакой мороки не ждал. Кроме, конечно, текущей: жалобы там, скандалы со стороны жильцов и прочее. Тем более, клиент пошел грамотный и сам не знает, чего хочет.

И вот открывается дверь и входит железный человек. Все, как у человека, только весь железный. И говорит своим железным голосом: так, мол, и так, направлен к вам из вышестоящей инстанции. И подает бумажку. Як Яклич железного человека не испугался. Он вообще никого не боялся. Взял бумажку и прочел, что там написано. А там непосредственное начальство пишет своим личным почерком, что подателем сего является робот, сконструированный в НИИ и посланный для испытания как слесарь высокой квалификации. А главное, робот имеет способность накапливать опыт.

Як Яклич, конечно, воспринял с удовольствием, что железный человек направлен не из ОБХСС, а из НИИ, и такое дает ему руководящее указание:

— Ты, друг, вот что… Спросишь там бригадира, по фамилии Петренко. Он тебя, понимаешь, в курс введет…

Железный человек ушел, Як Яклич своим делом занялся.

А часа через полтора относительно этого робота навел по телефону справку у самого Петренко. Петренко случайно на месте оказался, конечно, сильно «поддатый» по случаю начала рабочего дня, но деловой разговор вести мог.

— Как, понимаешь, железный там у тебя? — спросил Як Яклич у бригадира, а тот ему вносит в этот вопрос полную ясность:

— Дядь Ваня-то? Его ребята дядь Ваней прозвали. Все с лету схватывает! Мы сейчас с робота магарыч пьем — обмываем в счет будущей получки!

— Стало быть, неустойчивый он насчет этого самого… — проявил заинтересованность Як Яклич, но Петренко данный