Праздничное похищение - Ив Лангле

в том, что Джилли не хотела в него стрелять. Напротив, у нее, очевидно, слишком долго не было парня, потому что, как ни странно, ей хотелось провести руками по его широкой груди и предложить парню продемонстрировать девушке свои предположительно впечатляющие формы.

Сумасшедший. Такой же безумный, как его появление на ферме в поисках какого-то так называемого бесценного артефакта.

Что бы это могло быть?

Джилли знала каждый предмет в доме. Она выросла здесь после того, как ее мать-дура бросила ее более двадцати семи лет назад.

Воспитание ребенка не входило в список дел матери. Оно противоречило пристрастию к наркотикам и вечеринкам, которые были связаны с увлечением музыкой. К счастью, у Джилли была бабушка, которая брала на себя все заботы.

Джилли никогда ни к чему не стремилась в детстве. Бабушка и дедушка дали ей все, в чем она когда-либо нуждалась: дом, образование, одежда, привязанность, чувство гордости за себя, необычная философия жизни и способность справляться с любыми ситуациями.

Даже с чужими.

Бабушка также завещала ферму, дом и все, что в них находилось, своей единственной внучке, заявив, что другие внуки, все мальчики, могут смириться с этим и найти работу.

Поэтому, когда бабушка скончалась от «ужасной простуды» в возрасте восьмидесяти трех лет, Джилли унаследовала все это. Очевидно, больше, чем она предполагала.

Что, черт возьми, это могла быть за вещь XiiX?

Камень? Какая-то статуэтка? Драгоценности? У Джилли их было немного.

Возвращаясь из кухни в гостиную, которую освободил Вил, она посмотрела в окно на все еще тихо падающий снег. Джилли заметила, что космический гроб больше не стоит перед ее крыльцом. Вил забрал его с собой?

Дрожь, пробежавшая по спине, предупредила о том, что кто-то вошел в комнату, электрический разряд по всему телу дал ей понять, что фиолетовый гость где-то поблизости.

И он был не из тех, кто уважает личные границы.

Вил прижался к ее спине, большой, угрожающий, но в то же время возбуждающий, отчего сердце затрепетало, а соски напряглись.

— Ты не возражаешь? — произнесла она, слегка задыхаясь.

— Против чего?

Джилли невольно напряглась, когда все ее тело проснулось, чувствуя Вила так, как никогда раньше не ощущало.

— Ты стоишь слишком близко.

— И что же?

— И это грубо. — Но, самое главное, возбуждает.

— Хорошие манеры — удел слабых, — заявил он, придвигаясь ближе.

Она едва сдержалась, чтобы не ахнуть, когда его тело коснулось ее.

— Кто это сказал?

— Говорится в руководстве по правилам наемничества, которым следуют все мои сородичи.

У его расы была книга о плохом поведении?

— На Земле считается неуважением игнорировать чье-либо личное пространство.

— Отлично.

— Извини?

— Мне бы не хотелось думать, что я теряю свою репутацию.

— Ты хочешь прослыть неуважительным придурком?

— Я предпочитаю титул «нарушитель правил».

— Ну, нарушай правила где-нибудь в другом месте. Ты ставишь меня в неловкое положение. — И возбуждающее. Слишком возбуждающее.

— Тебе неудобно или ты возбуждена? Думаю, ты протестуешь, потому что тебе слишком нравится мое присутствие. Так что нет. Я не отойду.

— Потому что тебе нравится меня раздражать?

— Нет, потому что мне нравится чувствовать, как ты прижимаешься ко мне.

От его неожиданного заявления у нее отнялся язык.

— Что? Никто не отвечает? — Он усмехнулся и наклонился еще ближе, касаясь ее волос, отчего по спине у Джилли побежали мурашки.

Это продолжалось достаточно долго. Если Вил не отодвинется, то это сделает она.

Или нет. Он обнял ее за талию, прижимая к себе. Вил отвел в сторону волосы, закрывавшие уши, и его губы прошептали что-то около мочки, усиливая ее внимание к нему.

— Я начинаю думать, что в этом доме есть не одно сокровище.

От неожиданного комплимента у нее перехватило дыхание.

— Я не объект.

— Возможно, и нет, но ты определенно чего-то стоишь. Я всегда стремлюсь пополнить свою коллекцию.

— Ты не можешь просто взять меня с собой.

Вил рассмеялся, и его хриплый рык каким-то образом возбудил Джилли, настолько, что ее лоно увлажнилось. Невольно глаза закрылись, и она расслабилась, прижавшись к нему, загипнотизированная и заинтересованная тем, к чему это приведет, несмотря ни на что.

В то время как часть ее души, которая звучала удивительно похоже на бабушкину, кричала ей, чтобы она уходила, другая часть наслаждалась мужским вниманием.

Какая женщина не хотела бы чувствовать себя желанной?

Какая женщина могла бы искренне сказать, что ей не нравится, что такой мужественный мужчина, признавшийся, что прибыл из другой галактики, считает ее привлекательной?

— Не бросай мне вызов, женщина. У меня репутация человека, который берет то, что хочет, и прямо сейчас я хочу… — он замолчал, и она затаила дыхание, ожидая следующих слов. — Узнать, кто такой фруккс в этих прибывающих машинах.

Глаза резко открылись, и, выглянув наружу, Джилли увидела, что на подъездную дорожку действительно въехали две больших машины, точнее, внедорожники, черного цвета с тонированными стеклами.

— С кем ты связалась? Почему они здесь? — Его хватка из чувственной превратилась в крепкую и безжалостную, пока он забрасывал ее подозрительными вопросами.

— Я никому не звонил. Но, как догадываюсь, это федералы. На самом деле, неудивительно. Имею в виду, что ты не очень-то скрывал свое прибытие.

— Они хранители вашей планеты?

Она пожала плечами.

— Более или менее.

— Я не хочу иметь с ними дела. Чем меньше людей знают о моем присутствии, тем лучше.

— Тогда, возможно, ты захочешь спрятаться, потому что у меня такое чувство, что они захотят войти.

— Избавься от них.

— Попытаюсь. Поверь, я не лучше тебя разбираюсь в отношениях с правительством. Кроме того, даже если ты шовинист с самомнением размером с Канзас, ты заслуживаешь лучшего, чем быть похороненным в какой-нибудь правительственной лаборатории для экспериментов и препарирования.

— И именно по этим причинам ваша планета до сих пор считается варварской, — пробормотал он. — Хотя в этом и мало чести или веселья, я буду скрывать себя, но не думай предавать меня. Ничего хорошего из этого не выйдет. — С этим зловещим предупреждением Вил отошел от нее, и Джилли глубоко вздохнула, прежде чем открыть дверь на стук.

Какое-то мгновение она раздумывала, не взять ли пистолет, но передумала. Последнее, что ей было нужно, — это выглядеть угрожающе. Лучше всего ей выяснить, чего они хотят — возможно, какого-то инопланетянина, прячущегося в ее доме, — убедить их, что она ничего не знает, и отправить восвояси.

Джилли открыла дверь и оказалась лицом к лицу с тремя мужчинами в черных костюмах, но, в отличие от некоторых фильмов, на них не было солнцезащитных очков. Уже хорошо, учитывая время суток, у нее могло возникнуть искушение спеть песню Кори Харта.