Любовный ураган - Линда Уоррен

Но ведь с такими людьми, как Джек Джибралтар, она раньше не встречалась. И никогда раньше ей так возмутительно не лгали. Но, пожалуй, самым ужасным во всей этой истории было то, что всякий раз, когда он вот так честно смотрел на нее, ей безумно хотелось ему верить!

— Извините, — твердо сказала она, — но на это я не куплюсь.

Автомобиль попал в одну из особенно глубоких ям, и Катерину бросило к приборной доске.

— Знаете, леди, — сказал Джек тихо, — когда мы в последний раз обсуждали ваши покупки, дело кончилось тем, что вы оказались на улице рядом с явно перевозбужденным клиентом.

— Нет, дело кончилось тем, что я оказалась в машине рядом с водителем, который считает, что ограничение скорости имеет отношение к кому угодно, но только не к нему.

Джек снова провел рукой по волосам, а взгляд его уперся в зеркало заднего вида. Вдруг он увидел в нем что-то такое, что заставило его пробормотать по-испански нечто непереводимое. Катерина заглянула ему через плечо и нахмурилась:

— Что, кто-нибудь из друзей?

— Но не из моих. Очевидно, ваш приятель с улицы тоже не сидел на месте, когда мы его покинули. Должно быть, его машина стояла напротив бара.

Катерина прищурилась.

— О ком это вы? О человеке, говорившем со мной возле бара?

— Ну да. — Он бросил на нее насмешливый взгляд. — О том чертовски настойчивом клиенте, вот о ком. Что это вы ему такое пообещали?

— Он вовсе не мой клиент!

— Ну уж не мой, это точно!

— Почем мне знать? Ведь это вы подняли тему.

Джек без предупреждения свернул в переулок, ведущий на соседнюю улочку.

— Что вы делаете?

— Меняю маршрут, — угрюмо ответил он. — Отвезу вас к себе. Я не собираюсь высаживать вас возле квартиры Мадрид, куда нас провожает тот тип.

— Послушайте, мистер Джибралтар. Я, конечно, весьма ценю вашу осторожность, но предпочитаю, чтобы вы проявляли ее при вождении.

Джек усмехнулся.

— Что ж, отлично. Может, мне притормозить, чтобы вы могли дать ему ваш адрес?

— Необязательно, потому что я ему уже его дала.

— Что, что?

Он был абсолютно шокирован.

— Перед баром я дала ему свою карточку. Вообще-то не свою, а карточку Мадрид. На ней есть телефонный номер.

Джек нажал на тормоза, и машину подбросило, отчего Катерина откинулась на спинку сиденья. Она прикрыла глаза, чтобы несколько успокоиться и прийти в себя. Когда же она открыла их снова, то увидела, что на нее пристально смотрит Джек. Он помолчал с минуту, а после сказал:

— Ладно, беру свои слова о том, что вы не святая, обратно. Вы и вправду завзятая идеалистка. Прямо Жанна Д'Арк. И вам, конечно же, известно, что с ней случилось.

Молча они доехали до квартиры Мадрид. Хвоста не было видно, но раз он уже знал адрес Катерины, то следовать за ними ему, вероятно, действительно было незачем.

Теперь Джеку становился ясен смысл полученного полчаса назад задания: следить за тем, чтобы профессор Катерина Мур не попала в беду. А он-то подумал, что это будет нетрудно!

Что ж, он ошибся. Катерина Мур, в голове у которой витала сразу тысяча фантазий, могла попасть в беду в любую минуту!

"Может, я покупаю", вспомнил он ее слова.

Он скосил на нее глаза. Девушка пристегнула ремень и откинулась на спинку сиденья. Ремень безопасности прижал ее свободную блузку к груди, и Джек понял, что она не носит лифчик.

Джек вспомнил, как она смотрела на него в баре. У Катерины Мур были такие глаза, которые даже в темном, прокуренном помещении "Ла Стелы" излучали нечто такое, в чем она и сама не отдавала себе отчета. Но мужчина, хоть раз увидевший этот огонь во внешне спокойной и холодной девушке, мог отдать ей все, включая собственную жизнь. Вот так — взять и забыть о страховке, подарив ей жизнь в виде первого взноса.

Небольшое препятствие, так ему сказали о Катерине по телефону. Он сложил губы, мысленно присвистнув: как бы не так, мисс Мур была вовсе не небольшим препятствием, а тем, что требовало огромного внимания и, может быть, даже изменения маршрута. Сексапильная, умная, с характером — куда уж хуже! Но хуже всего было то, что она была абсолютно, бескомпромиссно честна.

Ну и что же, черт возьми, ему делать?

Хороший вопрос.

У него было такое чувство, что стараться переубедить ее, пустив в ход неоспоримые факты, совершенно бесполезно, и он не добьется таким путем ровным счетом ничего.

Может, пустить ее по ложному следу или постараться напугать?

Джек заскрежетал зубами — те картины, которые предстали перед его внутренним взором при последнем варианте, ему не понравились.

И тут ему пришло в голову нечто совершенно неуместное: сказать ей правду.

В зеркальце заднего вида мелькнул свет.

Он что, с ума сошел? Сказать правду... Она не смогла не выболтать даже свой телефонный номер, будучи приперта к стенке этим слизняком. И доверить ей правду? Да, должно быть, она здорово на него подействовала, если сейчас он рассматривает такую возможность.

Нет!

Ни в коем случае.

Что ж, он будет играть так, как получится. Конечно, в глазах Катерины он выглядит сейчас подлецом, свалившим всю вину за общую ошибку на Мадрид. Ну, если уж так случилось, ему ничего не остается, кроме как позволить ей так думать.

Джек вслух выругался.

Катерина повернулась к нему, ее черные волосы веером взметнулись вокруг головы.

— Ну, что теперь случилось? — Ее глаза расширились.

— Ничего такого, что могло бы вам понравиться.

— А все же?

— Знаете что? Пора вам избавляться от привычки говорить все подряд, что приходит на ум.

Она вздернула подбородок.

— Мне лично эта привычка нисколько не мешает.

Джек уловил подтекст — она нисколько не верила в то, что он говорит ей чистую правду. Черт, а есть ли на свете вообще такая вещь, как чистая правда? В данном случае конечно же нет.

Она спросила:

— Вы бывали раньше у моей тети?

У Джека возникло такое чувство, что ее вопрос был своего рода испытанием. Правда, не очень трудным. Он пожал плечами:

— Да, пару раз.

Она с сомнением на него взглянула и отвернулась.

— И не более того?

Джек подавил в себе желание убедить ее. Когда сомневаются в том, что ты говоришь правду, не говори ничего, сказал он себе.

Ей и не потребовалось доказывать, что он говорит неправду. Это сделала толпа мальчишек на лужайке у дома Мадрид. Они посмотрели на его машину, заулыбались, а их заводила, помешанный на компьютерах парень по имени Эйс, вскочил со скамейки и заорал:

— Джек!

У Катерины Мур глаза на лоб полезли.

Да уж, отметил про себя Джек, удача сегодня была явно не на его стороне. Он припарковал машину возле дома Мадрид и вылез из нее, хлопнув при этом дверцей.