Любовный ураган - Линда Уоррен

Джек Джибралтар презрительно усмехнулся, и его усмешка еще больше распалила девушку.

— Ей пришлось оставить университет. И теперь она пребывает в вынужденном изгнании, потому что ни один из ее бывших коллег не пожелал больше иметь с ней дело. Так вот знайте — я хочу вернуть ей честное имя раз и навсегда. И я сделаю это!

Джек некоторое время скептически смотрел на нее, а потом спросил:

— И зачем вам это надо?

— Затем, что... — Разгневавшись, девушка не смогла сразу найти нужное слово. Она никак не ожидала, что он задаст ей такой вопрос. Наконец она поняла, что на это у нее есть по крайней мере две причины: во-первых, именно из-за тети она выбрала себе археологическую стезю и защитила диссертацию. А во-вторых, тетя, а никто иной, заменила ей мать после смерти настоящей матери. Наверняка Джеку все это было известно. Но все это тем не менее не объясняло почему она оказалась в этом баре, кишмя кишевшем контрабандистами, искателями приключений и людьми, подобными Джеку Джибралтару. Сюда ее привело сомнение ядовитое не дававшее покоя сомнение в невиновности тети. В этом она не призналась бы никому на свете, но именно оно и привело ее сюда. Ей было необходимо доказать прежде всего самой себе что тетя невиновна, потому что в этом она была не уверена.

Джек Джибралтар поднял очередной бокал и одним глотком осушив его, поставил на стол не переставая при этом смотреть в глаза Катерины. Медленно-медленно губы его сложились в странную улыбку.

Девушка ощутила холодок на спине. Она тяжело вздохнула и на мгновение прикрыла глаза, стараясь забыть о мужчине, стоявшем рядом. Ее мозг, натренированный библиотекой, услужливо подсказал несколько подходящих эпитетов: диктатор, надменный, грубый опасный. И эпитеты возымели свое действие. Посмотрев на него снова, Катерина невольно вздрогнула.

— Она моя тетя, мистер Джибралтар. Может на этом мы и покончим?

— Лично я с удовольствием бы на этом покончил. Но ведь это вы, а не я выступили крестовым походом. — Эти слова в его устах прозвучали синонимом слова "глупость". — Или вам, леди, больше не о чем беспокоиться? И работать не надо?

— Я на контракте, и если захочу провести независимое исследование, то могу это сделать.

— Независимое расследование?!

Да он просто смеялся над ней, и Катерине стоило большого труда сдержаться. Черт побери, она ему не спустит!

— Я подумала, что если приду сюда в одежде тети, то кто-нибудь из ее бывших... коллег... может проявить интерес к тому, во что она была вовлечена, перед тем как оставить работу.

Это объяснение Джек вроде бы проглотил, хотя, если признаться, сомнения относительно сказанного ею у него вполне могли возникнуть. Мадрид привыкла сама, без посредников, иметь дело с продавцами. Дело это было рискованным даже для нее. А уж то, что с этим может справиться Катерина, даже обсуждению не подлежало.

— Ну и что, попался кто-нибудь на эту удочку?

Она пожала плечами:

— Только вы.

Джек пристально посмотрел на девушку и сказал:

— Слушайте, вы тут слоняетесь с таким видом, будто хотите что-то продать. А если кто-нибудь захочет, чтоб вы сдержали свои обещания?

Девушка глубоко вздохнула и ответила:

— Я всегда сдерживаю свои обещания.

— Ну что ж, отлично. Может, вы попали как раз туда, куда вам и нужно.

Его глаза скользнули по ее блузке и задержались на вырезе.

Что ж, подумала Катерина, характер у меня сильный, и я не выйду из себя под влиянием этого бронзоволикого и голубоглазого американца, чувствующего себя что-то чересчур уж уверенно на южной земле.

— Конечно, не это я собиралась делать в первую очередь, — сказала она почти ровным голосом. — Но поскольку вы отказались помочь мне...

— Я отказался допустить в свои файлы какого-то совершенно не известного мне археолога — вот и все! Разве это так уж непонятно?

— Что мне непонятно, так это то, почему вы не хотите ответить ни на один мой вопрос. И не говорите мне, пожалуйста, будто не знали, что я племянница Мадрид!

— Если у вас есть вопросы, почему бы вам не спросить саму Мадрид?

— Я не знаю, где она!

Джек окинул ее взглядом, и в глазах его было столько огня, что его хватило бы на то, чтобы поджечь деревянную стойку бара.

— А вы знаете? — тут же спросила она.

Несколько минут он молчал. Наконец сказал, глядя в сторону:

— Даже если бы я хотел вам помочь в вашем крестовом походе, то что, по-вашему, я мог бы сделать? Я всего лишь компьютерный поденщик — несколько месяцев кряду писал для вашей тети программы, с помощью которых можно расшифровать кучу всяких забавных чисел в старой книге майя, о которой все думали, будто она стоит целое состояние, но только до тех пор, пока человек, купивший ее, не объявил, что это всего лишь удачная подделка.

— А ваше заявление подтверждало его мнение!

Джек молчал, в его глазах появилось что-то, похожее на усталость. Наконец он выдавил из себя:

— Но это моя работа.

— Ваша работа? Удостовериться в том, что на мою тетю обрушится ураган, а вы...

— Я ничего не делаю, кроме того, что анализирую числа. Лично меня все это не касается.

— Не каса... — Она замолчала, не обращая внимания на нарастающий внутри гнев. Если бы она могла получить ответы на свои вопросы с помощью ярости и ощущения несправедливости, то она давно бы их получила. Сейчас, кроме нескольких компьютерных файлов, ей нужна была холодная голова и интуиция исследователя.

А интуиция говорила ей, что в этом деле не все имело смысл. В том числе и поведение одного загорелого бывшего соотечественника, при одном виде которого у нее кружилась голова. Катерина набрала побольше воздуха в легкие и спросила:

— А у вас в этом деле нет личного интереса?

Джек посмотрел ей прямо в глаза, и на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Тогда... что же вы делаете здесь? — продолжила она.

Да, кисло отметил про себя Джек, вопрос действительно хороший.

Он отвернулся и, глядя на стену, туда, где висела каменная икона, спросил себя, как он мог допустить, чтоб она его задала. И еще спросил себя о том, как он мог настолько утратить бдительность, чтобы чуть было не пойматься на этот вопрос.

Нет, никаких ответов на ее вопросы у него не было, да и не могло быть. Можно ли считать ответом очевидное — что ей следует убраться из этого города? Но ведь крестоносцы никогда не прислушиваются к советам, основанным на здравом смысле.

С другой стороны, делиться с девушкой известной ему правдой он тоже не был расположен. Ну так что же было ему делать?

Джек оторвал взгляд от иконы и прикрыл глаза ладонью. Какой смысл в разглядывании того, кто за тысячу лет ни разу не моргнул? Пустоглазая маска представителя племени майя все равно выиграет в этой игре в гляделки.