Поклянись быть моей - Джэки Эшенден

излишества он честно заслужил. Да, за долгие годы фамилия Темплтон стала синонимом распутного образа жизни, и что из этого? Ему на это плевать. И отцу наверняка тоже, потому что того никогда не интересовало, чем занимается сын.

Сейчас же выясняется, что отцу было не плевать. Перед смертью он вдруг вспомнил, что у него есть сын и что этому сыну предстоит унаследовать титул. Движимый злобой, Эндрю Темплтон сделал так, чтобы как можно больше осложнить Ахиллу вступление в наследство.

И все потому, что, на взгляд отца, наследство принадлежит вовсе не Ахиллу.

А его брату. Который умер много лет назад.

Возможно, старик ожидал, что Ахилл откажется от наследства. Ведь ему не нужны ни деньги, ни титул, ни этот мрачный особняк. Он купил себе недвижимость в Греции, на родине матери, и, строя свой бизнес, много путешествовал по миру. У него не осталось связей с родиной отца, почтения перед титулом он не испытывает, не считает нужным остепениться и продолжить род. В общем, отец наверняка рассуждал в таком ключе и надеялся из могилы посмеяться над ним.

Однако едва Ахилл услышал об условии, в нем что-то вдруг переключилось. Нет, он не доставит отцу удовольствия посмеяться из своей могилы! Дом и титул принадлежат ему по праву, и он получит и то, и другое, и если отец думал, что женитьба и отцовство помешают ему, то старый подонок сильно ошибался!

Кроме этого условия, юристы нашли в бумагах отца и еще кое-что. Это было соглашение, написанное на очень старом листе бумаги и подписанное обеими сторонами. Там говорилось, что седьмой герцог Одли в возрасте одного года и двух месяцев обручается с будущей дочерью доктора Кларенса Холла. Судя по дате на документе, было ясно, что тогда под седьмым герцогом Одли подразумевался старший брат Ахилла, Улисс, скончавшийся от менингита в пятнадцать лет. Сейчас седьмым герцогом Одли был он, и это означало, что он может жениться на невесте брата. Отец перевернулся бы в гробу, если бы узнал, что младший сын намерен занять место драгоценного Улисса, но Ахиллу было на это плевать.

Поэтому он поручил своей команде юристов изучить соглашение и собрать информацию о Кларенсе Холле. У него действительно имелась дочь. Только родилась она через много лет после смерти Улисса и через десять лет после его, Ахилла, рождения. Наверняка отец забыл о соглашении и не аннулировал его.

Как выяснили юристы, в настоящий момент девушка была не замужем и жила со своим отцом. Что было очень хорошо. А когда юристы вручили ему фотографию девушки, его будто пронзило молнией.

Потому что на снимке была та самая охотница, которую он целовал у озера неделю назад.

И у него в голове тут же выкристаллизовался план. Эта красавица станет его женой, и они вместе родят красивейшего ребенка на земле. Он получит наследство, в котором ему отказывал отец, и она поддержит его во всех его начинаниях.

Старый герцог рассчитывал оставить его ни с чем, а вместо этого сделал ему великолепный подарок.

И он с радостью принимает его.

Ахилл тщательно проанализировал информацию, собранную юристами, и досконально изучил жизнь Уиллоу Холл. Она работала в кафе в деревне и заботилась о своем отце, у которого несколько лет назад случился инсульт. Ее финансы находились в ужасном состоянии, так как платили ей мало, а работу получше из-за состояния здоровья отца она найти не могла.

В общем, ситуация была бедственная, и Ахилл, сумевший построить бизнес-империю благодаря тому, что хватался за любой шанс, решил и на этот раз поступить так же.

Если понадобится, он воспользуется деньгами как рычагом, чтобы вынудить ее выполнить условия соглашения, а денег у него в избытке. Секс тоже может стать таким же рычагом — ведь тогда, у озера, было совершенно очевидно, что она хочет его.

Ахилл молчал, а Уиллоу не шевелилась, стоя к нему спиной. Она напоминала оленя, почуявшего запах хищника. Раньше он думал, что она соберет информацию о нем, прежде чем идти сюда, но сейчас стало ясно, что она поняла, кто он такой, только когда услышала его голос.

Ахилл смотрел на ее изящную фигуру, и в нем разгоралось желание. Он знал, что совладает с ним, так как это всего лишь физическое влечение, потребность получить удовольствие, не больше, без каких-либо эмоций, которых он боялся как чумы. Сейчас главное то, что она станет для него великолепной женой, во всяком случае, на какое-то время. И идеальной матерью для их ребенка.

— Только ведь тебя зовут не Диана, ведь так? — нарушил он молчание. — Ты Уиллоу. Уиллоу Холл.

Девушка резко повернулась.

— Ты, — выдохнула она.

Ахилл наклонил голову.

— Да. Я. Тот голый мужчина, которого ты неделю назад целовала у озера.

— Ты… ты герцог?

— Ахилл Темплтон, седьмой герцог Одли. Друзья зовут меня Темпл.

— Так вот почему ты купался в озере, — сказала она. — Ты не нарушал границы чужих владений.

— Да, — ответил он. — Я вышел на пробежку и решил охладиться в озере. В моем озере.

Она продолжала смотреть на него широко открытыми глазами. Она уже оправилась от шока, и теперь в ее взгляде горел гневный огонь. Преодолев разделявшее их расстояние, она остановилась в нескольких дюймах от него.

Теперь ее лицо выражало неприкрытую ярость. Это была богиня, которую обманули и которая горела желанием наказать несчастного, осмелившегося на такое. И она была прекрасна.

Мало кто из окружающих решался противостоять ему. Обычно он прикрывал свою безжалостность холодной веселостью, которая успокаивала людей, что было очень полезно, когда дело касалось бизнеса и удовольствия. Но эта веселость была преходящей. И когда люди обнаруживали это, они уже были приручены.

Уиллоу же совсем не приручилась. Она даже не боялась его. Она смотрела на него так, будто готова была в любой момент ударить его, и Ахиллу очень хотелось подбить ее на это. Его бы позабавила драка с женщиной. Гнев — мощное топливо для подпитки наслаждения.

— Как ты посмел? — гневно произнесла Уиллоу. — Как ты посмел промолчать? Ты обязан был сказать мне, кто ты такой. И как ты посмел после этого позвать меня сюда?

— Я предположил, — холодно перебил ее Ахилл, — что ты уже все выяснила через Интернет. Разве не так поступают умные люди?

Он понимал, что этими словами он подливает масла в огонь, но ему не терпелось увидеть огонь в ее глазах. И она вспыхнула, как факел.

Он поймал то мгновение, когда ее рука поднялась для удара, и схватил ее за запястье прежде, чем она