Опасная стихия - Патриция Пелликейн

— Я сейчас в мотеле где-то в районе Рок-Спрингс, штат Вайоминг. — Мэгги сверилась с картой и выяснила, что находится на расстоянии примерно 80 миль от города.

Крис подавил тяжелый вздох.

— Да не волнуйся ты так, в самом деле. Я уже ездила по этой дороге. — Мэгги терпеть не могла самолетов и предпочитала передвигаться по стране на машине. Бывала она и в этих краях, и не один раз.

— Я все понимаю, но учти — сейчас зима. А вдруг пойдет снег?

— Государственные дороги исправно очищают от заносов. Ничего со мной не случится.

— Обязательно позвони мне завтра вечером. Обещаешь?

— Хорошо. Да, Крис, чуть не забыла, можно попросить тебя об одолжении?

— Проси что хочешь. Привезти тебе что-нибудь? — На следующий уик-энд Крис намеревался прилететь в Калифорнию, встретиться там с Мэгги и познакомиться с ее отцом и сестрой. Мэгги была не по душе такая торопливость. Крис сделал ей предложение накануне отъезда. Она не сказала в ответ ничего определенного, по крайней мере пока. Вместо этого она попросила его подождать, пока не закончится история с Генри Коллинзом.

Она до сих пор не была уверена, что любит Криса. Разумеется, она питала к нему теплые чувства, но любовь ли это? Хотя, возможно, она все-таки его любила. Прошел всего день с тех пор, как они расстались, а она уже по нему скучала.

— Ничего привозить не надо. Узнай лучше, в Эллингтоне Генри или нет.

В ответ молчание. Потом Крис воскликнул:

— Бог мой, Мэгги! Неужели ты думаешь, что он отправился следом за тобой?

Она поморщилась и отвела трубку от уха: уж слишком громким показался ей голос Криса.

— Да нет. Я вовсе так не думаю, но отчего не подстраховаться?

— Вот дьявольщина! — сказал Крис уже тише. — Почему, спрашивается, нам это не пришло в голову раньше?

— Зря ты придаешь такое значение моим словам. Скорее всего он в Эллингтоне.

— Но у тебя есть на этот счет какие-то сомнения?

— Видишь ли, я на всякий случай позвонила к себе домой, но никаких сообщений на автоответчике не обнаружила.

— И что же это, по-твоему, значит? — В голосе Криса ясно слышалась несвойственная ему нервозность.

— Молчание Генри может означать все, что угодно. К примеру, его могли напугать полицейские, и он решил наконец оставить меня в покое.

— Мэгги, разворачивай машину и возвращайся домой. Немедленно! — По всей видимости, версия Мэгги не показалось Крису убедительной.

Мэгги знала, что Крис за нее переживает, а потому не стала обижаться на резкость тона.

— Знаешь что? Сделаем иначе! — с минуту помолчав, произнес Крис. — Лучше всего оставайся там, где ты сейчас находишься. Я немедленно к тебе выезжаю.

— Не смей!

— Что значит «не смей»? Ты можешь попасть в переделку, и весьма серьезную.

— Перестань. Я бы заметила его машину. Никто за мной не едет.

— Если бы ты была в этом уверена, не стала бы меня просить навести справки о Генри.

Снова повисла тяжелая пауза.

— Мэгги, послушайся меня хоть раз в жизни. Очень тебя прошу.

Мэгги покачала головой, давая понять — себе прежде всего, — что это дальнейшему обсуждению не подлежит.

— Успокойся, Крис. Ты делаешь из мухи слона.

— Но этот парень псих!

— Совершенно верно. И я не желаю, чтобы моя жизнь зависела от какого-то психа. — На самом деле Мэгги терзалась сомнениями. Что хуже: прибегнуть к защите Криса, расписавшись тем самым в собственной беспомощности, или продолжать бояться каждого куста на дороге? Нет, она поедет в Калифорнию в любом случае, иначе она просто перестанет себя уважать.

— Значит, ты ударилась в бега именно по этой причине?

— Я тебе уже говорила, что свой отъезд бегством не считаю. Мне просто нужно сменить обстановку.

— Мэгги, прошу тебя!

— Я не хочу больше разговаривать на эту тему.

Крис понимал, что его настойчивость ни к чему хорошему не приведет. В таких случаях Мэгги обыкновенно просто замыкалась в себе.

— Подожди, не вешай трубку.

— Я позвоню тебе завтра вечером.

Крис, совершенно потеряв над собой контроль, крикнул:

— Оставайся там, где сейчас находишься. Я сию же минуту выезжаю!

— Я позвоню тебе завтра вечером, — холодно повторила она и прервала связь.

Мэгги печально покачала головой. Все не слава Богу. Зачем, спрашивается, она сказала Крису, что на автоответчике нет новых сообщений? Она-то надеялась, что беседа с Крисом подбодрит ее и успокоит, но после разговора с любовником она еще больше разволновалась.

Вздохнув, Мэгги решила списать все на усталость и расшатанные нервы. Хотя она и не гнала, поездка по зимнему шоссе уже сама по себе представляла настоящее испытание.

Приняв ванну и завернувшись в теплый махровый халат, Мэгги растянулась на кровати и погрузилась в размышления.

Чего уж кривить душой — она боялась. Но по мере того, как она удалялась от Эллингтона и соответственно от Генри Коллинза, на душе становилось все спокойнее. Рассудок снова начинал брать верх. Теперь Мэгги получила возможность оценить ситуацию, в которую попала, более трезво и непредвзято.

Постоянное незримое присутствие в ее жизни Генри наложило отпечаток на ее восприятие действительности, и с некоторых пор она начала испытывать мрачные предчувствия. Да что там предчувствия — иногда она готова была выть от ужаса! Время, однако, шло, дни складывались в недели, а недели в месяцы. По прошествии года она стала все больше сомневаться в предсказаниях Сандры. Вопреки убеждению подруги Генри до сих пор не причинил ей вреда — если, конечно, не считать телефонных звонков, — а возможностей добраться до нее у него было предостаточно, уж в этом-то Мэгги не сомневалась. Если теория Сандры о людях, обремененных навязчивыми идеями, справедлива, то почему, спрашивается, ее преследователь не предпринял до сих пор никаких действий? Чего он ждет?

Чтобы успокоиться и обрести равновесие, Мэгги пару раз глубоко вздохнула. Хотя Генри и угрожал ей, но, похоже, и в самом деле по-своему любил. Несомненно, он хотел обладать ею. Это была своего рода болезнь, мания, которую он был не в силах преодолеть. Но способен ли он причинить ей физический вред? Прошел год, Генри продолжал ей названивать, но его угрозы так и оставались угрозами.

Похоже, Сандра ошиблась. По крайней мере Мэгги хотелось так думать, и она уцепилась за эту мысль как утопающий за соломинку. По-видимому, и научные теории часто дают сбой. Улыбнувшись, Мэгги потянулась к выключателю стоявшей на столике у кровати лампы. Она знала, что эту ночь проведет как никогда спокойно.

Генри не раз приходилось наблюдать за тем, как Крис вместе с Мэгги поднимался в ее квартиру, а утром от нее уходил. Когда это случилось впервые, он едва не сошел с ума от ревности. Похоже, крыша у него тогда все-таки поехала, поскольку после этого у него случился провал в памяти, а когда он пришел в себя, то обнаружил, что беспощадно колотит по окровавленному лицу какую-то проститутку. С отвращением оттолкнув от себя бесчувственное тело, Генри бросил его на тротуар в безлюдной аллее. Он едва не забил ее до смерти, эту женщину, — в своей же машине, среди бела дня. К тому же он не помнил, как это случилось, и осознал, что творит, когда дело было уже сделано. Это все Мэгги виновата, подумал он.