Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

и развлечения, но все тут же забывал и на следующее утро начинал сначала. Суконщица заставила себя не думать об этом и занялась проблемой, которую, как она надеялась, решить проще.

— За последний месяц резко увеличилось количество разбойных нападений — в основном по воскресеньям, — и жертвами становятся торговцы, несущие продукты в Кингсбридж.

Ее перебил Элфрик:

— Это все брат твоего женишка! Скажи Мерфину, не нам.

Керис подавила вспышку раздражения. Зять не упускал возможности выстрелить в нее из укрытия. Девушка с болью сознавала, что Ральф действительно может быть причастен к разбоям. Это терзало и зодчего. Элфрик же получал огромное удовольствие. Дик Пивовар высказал свое мнение:

— Я думаю, это Тэм Невидимка.

— Может быть, оба, — пожала плечами Суконщица. — Ральф Фитцджеральд, который обучен воевать, мог объединиться с уже существующей бандой и просто лучше ее организовать.

Толстая Бетти Бакстер всплеснула руками:

— Да кто бы там ни был, они погубят город! Больше никто не придет на рынок!

Это, конечно, некоторое преувеличение, но еженедельный рынок действительно стал малолюднее и последствия ощущали на себе почти все — от пекарей до проституток.

— Более того, — продолжила Керис, — через четыре недели начинается шерстяная ярмарка. Некоторые вложили огромные деньги в новый мост, на котором к ее открытию должен лежать временный деревянный настил. Многие из нас существуют благодаря этой ежегодной ярмарке. Лично у меня полный склад недешевого алого сукна. Если поползут слухи, что по дороге в Кингсбридж грабят, мы можем остаться без покупателей.

Девушка беспокоилась даже больше, чем хотела показать. Ни у нее, ни у отца не осталось наличных денег. Все было вложено либо в мост, либо в грубую шерсть и алое сукно. Выручить деньги можно только на ярмарке. Если приедет мало народу, они окажутся в очень сложном положении. Кроме всего прочего, предстояли расходы на свадьбу. Суконщица беспокоилась не одна.

— Это будет уже третий неудачный год подряд, — подал голос Рик Ювелир, аккуратный, подтянутый, всегда безукоризненно одетый глава соответствующей гильдии. — Для многих моих собратьев это конец. На шерстяной ярмарке мы делаем половину годового оборота.

Эдмунд кивнул:

— Это конец для города. Нельзя этого допустить.

В том же духе высказались и другие. Керис, которая, по сути, вела собрание, дала членам приходской гильдии поворчать. Остро ощутив необходимость, они скорее примут ее радикальное предложение.

— Должен же что-то предпринять шериф Ширинга! — воскликнул Элфрик. — За что ему платят, если не за соблюдение порядка?

— Он не в состоянии прочесать весь лес, — ответила Керис. — У него не хватит людей.

— Которые имеются у графа Роланда.

Пустые мечты, но девушка вновь дала всем свободно высказаться. Потом гильдейцы поймут, что существует только один выход. Олдермен махнул на Элфрика рукой:

— Граф нам не поможет, я уже обращался к нему.

Керис, которой Эдмунд диктовал письмо Роланду, объяснила:

— Ральф был вассалом графа, да и остается им. Как вы могли заметить, разбойники не нападают на тех, кто идет в Ширинг.

Новый строитель моста возмутился:

— Нечего было этим крестьянам из Вигли жаловаться на графского вассала. Что они себе думают?

Суконщица уже собиралась дать негодующий ответ, но Бетти Бакстер опередила ее:

— Так ты думаешь, что лорды могут насиловать кого вздумается?

— Это уже другой вопрос, — быстро вмешался Эдмунд, демонстрируя слабеющие способности. — Случилось то, что случилось, и Ральф объявил на нас охоту. Так что же нам делать? Шериф помочь не может, граф не хочет.

Рик Ювелир думал вслух:

— А лорд Уильям, который занял сторону крестьян Вигли? Это он виноват, что Ральф стал разбойником.

— Его я тоже просил, — ответил Эдмунд. — Кастер сказал, что Кингсбридж не его владения.

— Вот беда, когда у тебя лендлорд — аббат. — Рик схватился за щеку. — Какой от него толк, если нужна защита?

— Это еще одна причина, почему необходимо обратиться к королю за хартией, — вставила Керис. — Тогда мы будем под королевской защитой.

— Но есть же у нас констебль! — снова воскликнул Элфрик. — Он-то чем занимается?

— Мы готовы делать все необходимое, — откликнулся Марк Ткач, один из помощников Джона. — Только скажите, что именно.

— Никто не сомневается в вашей храбрости, — улыбнулась ему Суконщица. — Но ваше дело — разбираться со смутьянами в городе. У Джона Констебля нет опыта преследования разбойников.

Марк даже возмутился:

— Интересно, а у кого же он есть?

Так Керис подвела разговор к тому, что ей было нужно:

— У нас есть опытный воин, желающий нам помочь. Я взяла на себя смелость попросить его прийти сюда сегодня, он ждет в часовне. — Девушка позвала: — Томас, вы не зайдете?

Из небольшой часовни в другом конце зала вышел Томас Лэнгли. Рик Ювелир не поверил своим глазам:

— Монах?

— Прежде чем стать монахом, он был воином, — ответила Керис. — Так и потерял руку.

— Прежде чем приглашать, нужно спрашивать разрешения членов гильдии, — мрачно заметил Элфрик.

Керис с облегчением отметила, что на это никто не обратил внимания. Все хотели послушать Томаса.

— Нужно собрать ополчение, — начал тот. — По всем подсчетам, в банде человек двадцать — тридцать. Не так уж много. Большинство горожан, благодаря воскресным стрельбищам, хорошо владеют луком. Сотня мужчин, хорошо