Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Разбойник поднял глаза и увидел, что девочка убегает. Фитцджеральд сразу понял, что пешком ее не догнать, а пока он сбегает за лошадью, резвушка будет уже в Кингсбридже. Убийца посмотрел назад. Алан с трудом поднимался на ноги.

— Я уже думал, она тебя убила.

Он вытер меч о тунику мертвого мальчика и левой рукой зажал рану.

— У меня чертовски болит голова, — ответил Алан. — Вы их всех убили?

— Девчонка убежала.

— Думаете, видела нас?

— Может, она даже знает меня. Во всяком случае, я их всех где-то видел.

— Значит, мы теперь убийцы.

Ральф пожал плечами.

— Лучше болтаться на веревке, чем подохнуть с голоду. — Лорд-грабитель посмотрел на тела: — И все-таки стоит убрать их с дороги, пока никто не появился.

Левой рукой он оттащил мужчину на обочину, Алан же приподнял тело и забросил в кусты. Тоже самое проделали с женщиной и мальчишкой. Фитцджеральд удостоверился, что прохожим тела видны не будут. Кровь на дороге уже потемнела до цвета грязи, в которую впиталась. Ральф отрезал кусок платья женщины и перевязал рану. Боль не утихла, но кровотечение ослабло. Он почувствовал легкую печаль, которая всегда сопутствует окончанию сражения. Алан принялся собирать трофеи.

— Неплохой улов. Окорок, цыплята, масло… — Глянул в корзину, которую нес мужчина: — И лук! Прошлогодний, конечно, но еще хороший.

— Как говорит моя мать, старый лук лучше, чем никакой.

Когда Фитцджеральд наклонился, чтобы поднять горшок с маслом, который повалил Алана, в зад ему ткнулось острие. Сообщник был впереди — возился с цыплятами. Ральф только начал гневную тираду:

— Какого?..

В ответ раздался грубый голос:

— Не двигайся.

Лорд Вигли никогда не подчинялся таким приказаниям. Он отпрыгнул как можно дальше и обернулся. Человек семь как из-под земли выросли. Ошарашенному Ральфу все-таки удалось левой рукой выхватить меч. Мужчина, что стоял к нему ближе — вероятно, именно он и приказал стоять, — занес свой меч, а остальные принялись подбирать цыплят и драться за окорок. Алан, тоже с клинком в руках, попытался отстоять цыплят, а Фитцджеральд занялся своим противником. Он понял, что их пытаются ограбить другие разбойники, и страшно возмутился: он за эти продукты убил людей, а добычу хотят отнять! Убийца не испытывал никакого страха, одну злость. Он с бешеной силой набросился на противника, несмотря на то что вынужден был сражаться левой рукой. И тут послышался громкий властный голос:

— Бросьте оружие, идиоты.

Разбойники замерли. Ральф, опасаясь ловушки и держа меч наготове, посмотрел в ту сторону, откуда раздался голос, и увидел красивого молодого человека, около тридцати с благородным лицом. На нем была дорогая, но грязная одежда: алый итальянский плащ с прицепившимися листиками и веточками, богатый парчовый камзол, весь в жирных пятнах, и штаны-чулки из дорогой шкуры гнедой лошади, поцарапанные и испачканные.

— Забавно грабить грабителей, — усмехнулся незнакомец. — Это, видите ли, не преступление.

Фитцджеральд понимал, что он не в самом выгодном положении, и все же ему стало интересно.

— Так это вас называют Тэмом Невидимкой?

— Басни про Тэма Невидимку я слышал еще ребенком, — ответил молодой человек. — Но нет-нет, да кто-нибудь доиграет пьесу, как монах, исполняющий роль Люцифера в балагане.

— Вы не обычный разбойник.

— Да и вы тоже. Я так понимаю, Ральф Фитцджеральд.

Изгой кивнул.

— Слышал о вашем побеге и почему-то так и думал, что столкнусь с вами. — Тэм посмотрел на дорогу. — Наша встреча случайна. Почему вы выбрали это место?

— Ну, сначала я выбрал день и время. Сегодня воскресенье, крестьяне по этой дороге несут продукты на рынок в Кингсбридж.

— Неплохо, неплохо. Может, нам стоит объединиться? Не будете ли вы так любезны сложить оружие?

Беглый преступник колебался, но Тэм был безоружен, и лорд, при всей бдительности, не видел западни. В любом случае они с Аланом в меньшинстве, схватки лучше избежать.

— Так-то лучше. — Тэм, одного роста с Ральфом — а лишь немногие могли соперничать с ним в этом, — приобнял собрата за плечи и направился в лес, небрежно бросив: — Тут все подберут. Пойдемте здесь. Нам с вами о многом нужно поговорить.

Эдмунд стукнул кулаком по столу:

— Я пригласил членов приходской гильдии обсудить, что нам делать с разбоем. Но поскольку я становлюсь ленивым и старым, то попросил все рассказать свою дочь.

Благодаря успеху алого сукна Керис тоже теперь являлась членом приходской гильдии. Новое дело спасло ее отца, обеспечив и множество других семейств Кингсбриджа, прежде всего Марка Ткача. Эдмунд смог выполнить обещание, внес деньги на мост и уговорил на это еще некоторых купцов. Строительство продолжилось — к сожалению, под руководством Элфрика, а не Мерфина.

Эдмунд работал теперь меньше и все реже демонстрировал былую проницательность. Керис тревожилась, но поделать ничего не могла. Она испытывала то же бешенство, что и перед смертью матери. Неужели ничем нельзя помочь? Никто не понимал, в чем дело: никто не мог даже сказать, что у него за болезнь. Говорили, старость, но ведь отцу нет еще и пятидесяти!

Девушка молилась, чтобы он дожил до свадьбы. Бракосочетание с Мерфином в Кингсбриджском соборе запланировали на воскресенье после шерстяной ярмарки, через месяц. Свадьба дочери городского олдермена — крупное событие. Для знатных горожан в здании гильдии будет организован банкет, а на поле Влюбленных — праздник еще для нескольких сотен гостей. Несколько дней подряд Эдмунд обдумывал стол