Что-то кроме магии - Akana again

— Декан Дома Слизерин профессор Северус Снейп доводит до всеобщего сведения, что в ночь с 14 на 15 марта сего года ученица седьмого курса Эделия Розье и староста шестого курса Гордон Макнейр допустили грубое нарушение Правил школы чародейства и волшебства Хогвартс...

— Снейп наконец застукал ее в гостиной, — тихо хихикнула Гринграсс. — Допрыгалась!

— Свой курс перебрала, за младших взялась, — проворчал Флинт. — Ну и штучка...

Макнейр между тем замолчал: он пробежал глазами документ до конца и теперь стоял, не зная, что делать. Хотелось разорвать проклятый пергамент в клочья!

— Гордон, что же ты не продолжаешь? — усмехнулась Урхарт. — Стесняешься, что ли?

— Сами читайте, я вам не нанимался, — огрызнулся Макнейр и, расталкивая сокурсников, вышел из толпы.

— Горди, солнышко, отчего ты такой сердитый? — остановила его Розье, только сейчас вышедшая из спальни девочек.

— Я тебе больше не Горди! — рявкнул Макнейр. — Из-за тебя теперь неделю драконье дерьмо убирать!

— В качестве наказания вышеупомянутые ученики поступают в полное распоряжение преподавателя Ухода за магическими существами профессора Сильвануса Кеттлберна, — продолжила чтение Урхарт. — На срок в семь дней. В течение этого времени им запрещается появляться на любых развлекательных мероприятиях. Распоряжение вступает в силу с сегодняшнего дня.

— Однако... — растерянно протянул кто-то, когда Агата в полной тишине закончила читать. Наказание удивляло не только необычностью, но и унизительностью: отработки у Филча были почти традицией и всей школой воспринимались как неотъемлемая часть обучения, — но работать у Кеттлберна?! Профессор нередко грозился заставить нерадивых учеников выгребать навоз за двурогами и драконами или чистить кормушки, но в реальности до такого никогда не доходило — одной угрозы строгого и всеми уважаемого профессора хватало, чтобы мигом вразумить самых ленивых или буйных студентов. Но распоряжение декана — совсем другое дело. И в довершение всего, ни тебе катка, ни бассейна... А ведь до конца праздника Сизигии осталось всего шесть дней! Эделия покраснела и замерла, как статуя, осознав, что ее ждет. Макнейр сжимал кулаки, тщетно пытаясь найти выход душившей его злости. Эти двое стали центром всеобщего внимания: на них смотрели с сочувствием, но мелькало и злорадство.

Стоило в гостиной появиться Снейпу, как все головы разом повернулись к нему.

Сегодня он выглядел особенно непроницаемо. Или это от того, что, стоя в дверном проеме, почти сливался с его темнотой?

— Доброе утро, — послышался негромкий, спокойный голос. — Вижу, распоряжение уже прочитали. После завтрака я отведу наказанных к профессору Кеттлберну. Остальные пойдут смотреть четвертое Испытание в оранжереи Хаффлпаффа. На время моего отсутствия старшим, как обычно, будет мистер Треверс.

— Это издевательство! — не выдержал Макнейр. — Отправьте нас к Филчу!

— В правилах школы черным по белому написано, что наказание студенту за проступок определяет преподаватель, — невозмутимо ответил декан. — За пререкания вам дополнительный день отработки, Макнейр. И молитесь, чтобы на вас не было жалоб у профессора.

* * *

В свое время преподаватель Ухода за магическими существами немало потрудился, чтобы организовать для своих питомцев теплое зимнее убежище на опушке Запретного леса. Домовики в строители не годились, пришлось нанимать бригаду гномов, а затем всеми правдами и неправдами добиваться от Дамблдора финансирования строительства. К счастью, Кеттлберн оказался достаточно убедителен, и добротное одноэтажное каменное строение под черепичной крышей выросло всего за одну летнюю ночь. С наступлением холодов профессор переселил туда пару гиппогрифов с потомством, ночную фурию, громмеля, престиголова и злобного змеевика, детеныша взрывопотама, самца и трех самок двурога, а также подкустовного выползня[1], которого неутомимый путешественник нашел во время одной из своих восточноевропейских экспедиций.

Кеттлберн, пользуясь внеплановыми каникулами, с утра до позднего вечера возился в своем зверинце, так что Снейп, конвоируя студентов, почти не сомневался, что застанет коллегу именно там.

Макнейр и Розье всю дорогу хранили сердитое молчание и лишь поморщились, когда ветром донесло специфический запах магических животных. Вскоре стал слышен гулкий храп, отдаленно напоминающий человеческий. Позже выяснилось, что храпел выползень, впавший в спячку еще в ноябре.

По мере приближения к зверинцу вонь становилась гуще. Розье достала кружевной платочек и прижала его к носу, Макнейр шепотом выругался.

— Профессор Кеттлберн, вы здесь? — громко позвал Снейп, войдя вместе со студентами внутрь просторного длинного строения. Здесь, по обе стороны от широкого прохода, располагались стойла, закрытые на две трети высоты прочными деревянными загородками.

— Одну минуту! — донеслось откуда-то из дальнего конца одновременно с грохотом, ревом и столбом ядовито-зеленого дыма, ударившим в высокий потолок. Вскоре на проходе показался и сам профессор — как всегда энергичный, уверенный и быстрый, несмотря на покалеченную ногу, которую он заметно приволакивал при ходьбе. Длинный кожаный фартук, надетый поверх грубой рабочей рубахи и брюк, был порван и прожжен в нескольких местах.

— Добрый день, чем обязан? — приветливо улыбнулся хозяин, с насмешливым любопытством поглядывая на девушку, брезгливо подобравшую полы дорогой мантии, и юношу, с нескрываемым отвращением смотрящего на дыры в фартуке.

— Профессор, вот эти двое студентов пришли вам помогать... Правда, не по своей воле, — Кеттлберн понимающе хмыкнул, слушая объяснение. — Каждое ваше нарекание прибавит им день отработки, так что не стесняйтесь.

Студенты содрогнулись: такого яда в голосе декана им еще не доводилось слышать.

— Очень хорошо, в стойлах драконов как раз необходимо убраться. Впрочем, могу вас отправить в Запретный лес на сбор прошлогодней паутины акромантулов — из нее хорошие подстилки получаются... Как вы считаете, декан Снейп, что будет полезнее вашим студентам?

— О, пожалуйста, профессор, распоряжайтесь так, как сочтете нужным!

Кеттлберн и Снейп раскланялись самым любезным образом.

— Ну что ж, господа наказанные, — обратился к ученикам Кеттлберн. — Будьте добры сдать ваши палочки. На время отработки магия вам не понадобится.

Только сейчас Эделия и Гордон до конца поняли, как сильно влипли.

* * *

Оранжереи Хаффлпаффа благодаря чарам расширения пространства сегодня не уступали