Что-то кроме магии - Akana again

был, потом вместе со всеми получал письма, затем Снейп вышел из зала, чтобы поговорить со Спраут... а когда вернулся, то отвлекся каким-то другими делами и потерял мальчишку из виду.

«Спросите у Бэрка, где Роули», — пустил он вперед тихое приказание. Шепот прошел по ряду, Бэрк удивленно пошушукался с соседями и от него в том же порядке к Северусу вернулся недоумевающий ответ: «Он получил письмо, а потом мы его не видели».

Придется идти искать прямо сейчас: от этого меткорисователя всего можно ожидать.

— Треверс, следуйте за мной. Надо найти Торфинна Роули.

Пригнувшись, они выскользнули из зала и поспешили в подземелья. Джералд вполголоса костерил младшекурсника, по вине которого старосту факультета лишили интересного зрелища.

В гостиной было пусто. Пока Снейп обыскивал туалет и укромные закоулки, которых в слизеринских покоях имелось предостаточно, Треверс проверил спальни.

— Чемодан его здесь, но, кажется, нет верхней одежды.

Преподаватель и студент растерянно переглянулись.

— Он мог пойти в лабиринт?

— Нет, сэр, Долохов еще с вечера закрыл там все.

— Мальчишки не было около часа... Надо искать вне школы.

По пути к выходу Снейп послал к Кровавому Барону Патронуса с просьбой обыскать замок. Директору решили пока ничего не сообщать.

— Посмотрите у озера, а я пойду к лесу, — распорядился декан. — Если там его не окажется, идите вдоль опушки к выходу из лабиринта. У него встретимся.

Треверс свернул на тропинку, ведущую к катку, а Снейп вдоль школьной ограды поспешил к темному массиву деревьев.

В такой солнечный, с легким морозцем, день хотелось бы думать о чем-нибудь веселом. Или хотя бы оптимистичном. Допустим, мальчишка просто захотел погулять и сейчас беспечно лепит снеговика. Стоит завернуть за угол — и вот он, шельмец... Но за углом оказался лишь хмурый Треверс.

— У озера его нет. Затоптано все капитально, но следов, ведущих вглубь леса, я не нашел.

Цепочка одиноких следов обнаружилась недалеко от выхода из лабиринта. Очевидно, Роули зачем-то попробовал проникнуть туда, ткнулся в запертую дверь и побрел прочь.

На счастье беглеца, зимой самые опасные обитатели Запретного леса спят в своих норах. Мальчишка забрался в чащу и теперь нахохлившимся воробьем сидел на поваленном бревне. Услышав шум за спиной, обернулся, но не вскочил, а лишь глубже втянул голову в воротник пальто.

— Роули, паршивец... — только и смог выдохнуть Снейп, спеша к нему и увязая в глубоком снегу. — До конца учебы — к Филчу на отработки! И родителям напишу!

— Некому писать, сэр, — глухо проговорил Торфинн. — Отец в Азкабане, а мама... ей тоже не до меня.

— Пойдемте в тепло, — уже мягче сказал декан. — Там разберемся.

* * *

Закутавшись в одеяло, Торфинн с ногами забрался на диван в деканском кабинете, тянул Бодроперцовое, вцепившись двумя руками в кружку, и молчал.

— Джералд, спасибо вам за помощь, возвращайтесь в зал, пожалуйста. Проследите, чтобы больше никто никуда не бегал. Я подойду, как только смогу.

— Северус, я тоже удалюсь, если не возражаешь, — заметил призрак. — И так пропустил самые интересные вопросы.

Отпустив помощников, учитель молча сел на диван рядом с учеником.

— Вот, — Роули протянул ему помятый листок бумаги. — От сестры.

— Вы уверены, что мне необходимо его читать?

Угрюмый кивок.

Круглый аккуратный почерк. В глаза бросилось: «Не осуждай ее. Ты же знаешь, что папино прошение отклонено. Мама говорит, что ты, если захочешь, сможешь жить со мной, раз я уже совершеннолетняя. Папе еще ничего не сказали».

— Профессор, несовершеннолетних в Азкабан сажают? — не поднимая головы, спросил Роули.

— Насколько мне известно, нет.

— Значит, я убью его, — зло блеснул глазами Торфинн. — У меня уже получаются непростительные!

В этот момент больше всего хотелось послать подальше деканство и учительство, оказаться в лаборатории и забыть свихнувшегося мальчишку, как страшный сон. Он не был готов к такому, он не знал, как и о чем говорить с такими вот...

— Торфинн, расскажите мне про него. Планы мести иногда бывает неплохо обсудить с кем-нибудь.

Роули начал рассказ. Поначалу неохотно, потом разговорился, стал припоминать детали. За его словами вставала не такая уж редкая послевоенная история: отец — верный последователь Волдеморта, суд, тюрьма пожизненно. Мать не столько осуждала, сколько боялась за семью, повезло с адвокатом, спас главу от Поцелуя, а имущество — от конфискации. Кстати, оказался неженат и настойчив. Мать уступила. Кто знает почему.

— И какое из трех непростительных вы планируете применить?

— Круцио! — ощерился Роули. Он уже не кутался в одеяло и отставил в сторону пустую кружку.

— У вас отберут палочку и исключат из школы, — Снейп, сложив руки на груди, откинулся на спинку дивана и спокойно посмотрел на изумленного ученика. — А по достижении совершеннолетия упекут в Азкабан лет на десять. Устраивает такая перспектива?

Торфинн растерянно заморгал.

— Что же мне делать?

— Прежде всего успокоиться. Одной ненависти мало. Точнее, она здесь далеко не главная. Темный Лорд в совершенстве владел непростительными, оставаясь бесстрастным в такие моменты.

Роули слушал его, жадно ловя каждое слово.

— Есть заклинания, за которые не сажают в Азкабан. А между тем они хорошо подходят для мести.

— Профессор, вы научите меня?!

— Со временем научу. Но обещайте мне, что больше не станете никуда убегать. И никаких планов мести без моего ведома.

Эх, хорошо быть одиннадцатилетним... Письмо отправилось в карман штанов, а их владелец, вдохновленный обещанием учителя, вприпрыжку побежал наверх — досматривать представление. Учитель поглядел ему вслед почти с завистью.

Надо бы возвращаться в зал... но в кабинете такая тишина! Пристроить гудящую голову на подголовник, прикрыть глаза, еще раз мысленно повторить только что состоявшуюся беседу. Начиная разговор, он чувствовал себя человеком, входящим в темную комнату. Ни свечи, ни «Люмоса», двигаешься медленно и на ощупь, не имея представления, на что наткнешься в следующий миг. И таких комнат у него — семьдесят четыре. И никто не знает, что таится в темноте.

* * *