MITI и японское чудо: рост промышленной политики, 1925-1975 гг. - MITI

(БФВ), созданного 24 января 1947 года. Это был один из множества институтов, которые японцы создали после войны, чтобы попытаться вывести себя из послевоенного экономического коллапса и восстановить производство до довоенного уровня, несмотря на вызванную этим жестокую инфляцию.

 

SCAP назвал эти институты продолжением старых уютных отношений между правительством и бизнесом, а конкретные действия посла Джозефа Доджа в 1949 г., получившие название "линия Доджа", заключались в прекращении дальнейшего кредитования РФБ и предписании правительству сбалансировать свой бюджет. Тем не менее, ключевые японские лидеры утверждают, что так называемая система приоритетного производства 1947 г. действительно сработала, поскольку позволила восстановить производство таких товаров, как уголь и сталь, до уровня, близкого к довоенному. Система приоритетного производства важна тем, что она и ее институты были четко основаны на прецедентах довоенного и военного времени, а также тем, что, за исключением фискальных нововведений 1949 и 1950 гг. для борьбы с инфляцией, она стала прототипом системы высоких темпов роста, которую MITI и другим министерствам предстояло создать в 1950-е годы.

 

В конце войны добыча угля практически сошла на нет, ввергнув Японию в острый энергетический кризис. Объем добычи упал с более чем 4 млн. тонн в месяц во время войны до всего 554 тыс. тонн в месяц в ноябре 1945 года. Причиной этого стала немедленная репатриация SCAP около 9 тыс. китайских и 145 тыс. корейских шахтеров, многих из которых Киси ввез в качестве фактически рабской рабочей силы, когда был министром МКИ. 6 декабря 1945 г. по распоряжению кабинета министров новое МКИ преобразовало свое старое Топливное бюро в расширенное полуотдельное агентство - Угольное агентство (Секитан Чо*). Ему суждено было стать одним из крупнейших подразделений

Экономическая бюрократия начала свою работу не сразу. SCAP очистило двух своих первых директоров - бывшего президента Южно-Маньчжурской железной дороги и представителя дзайбацу Ясукава, а также попыталось очистить заместителя директора Окамацу Сейтаро *, которому удалось спастись только потому, что начальство сочло его незаменимым для восстановления экономики (в 1947 и 1948 гг. он стал заместителем министра МКИ). Непосредственной задачей Угольного агентства было перевести японских шахтеров с металлических шахт на угольные и организовать через Министерство сельского хозяйства и SCAP снабжение их более значительными продовольственными пайками, чем те, которые выдавались корейским и китайским шахтерам во время войны или населению в целом после ее окончания. Таким образом, "продовольствие за уголь" стало первой послевоенной промышленной политикой Японии.

Новая система не оправдала себя. После прекращения государственных субсидий шахтостроители стали испытывать трудности с выплатой заработной платы. Угля не хватало для удовлетворения как промышленных, так и гражданских нужд, а себестоимость продукции резко возросла не в последнюю очередь из-за активности нового рабочего движения среди шахтеров. Отдел планирования Секретариата МКИ в течение всего 1946 года разрабатывал политику, направленную на преодоление этих условий. Начальником отдела планирования был Токунага Хисацугу (будущий заместитель министра MITI), ему помогали Такасима Сэцуо (начальник Бюро тяжелой промышленности в 1960-е гг.), Морозуми Йосихико и др. Они разработали Временный закон о контроле за поставками материалов и спросом на них от сентября 1946 г. и предложили возродить планы мобилизации материалов, получившие название "планы спроса и предложения материалов", чтобы гарантировать поставки угля промышленному и транспортному сектору, а не гражданскому населению для потребления.

 

Однако на самом деле им нужен был орган, сравнимый со старым Плановым советом кабинета министров или Главным мобилизационным бюро ММ, - орган, который мог бы не только разрабатывать дальнейшие планы, но и управлять новым законом о контроле.

Уже 15 февраля 1946 г. кабинет министров обратился к "чрезвычайному штабу экономической политики", который должен был решать проблемы нехватки угля и продовольствия, инфляции, конвертации старых иен в новые, замораживания кредитных средств и введения новых налогов. SCAP также признала необходимость создания подобного органа, но прежде чем дать свое согласие, она настояла на том, чтобы новое ведомство было поставлено выше существующих министерств, чтобы попытаться положить конец частой борьбе за юрисдикцию. Кроме того, SCAP хотел, чтобы руководство было набрано из гражданских, а не бюрократических источников. Условия SCAP, естественно, возобладали, но они гарантировали, что новая организация начнет свою жизнь довольно анемично, поскольку сложившиеся министерства были настроены к нему враждебно и бойкотировали его как угрозу своим территориям.

Новая организация, получившая название Экономический стабилизационный совет (ЭСБ; Keizai Antei Honbu), была создана 12 августа 1946 года. Он стал преемником старого КСП и предшественником современного Агентства экономического планирования. Как и оба этих органа, он был органом планирования и координации, а не оперативным подразделением; выполнение его планов возлагалось на МКИ. Часть сотрудников нового совета была набрана из старых кадров ЦКБ, в частности, из числа тех, кто был арестован как "красные" во время инцидента с плановым советом кабинета министров в 1941 г., поскольку теперь они считались гражданскими лицами. Согласно уставу, президентом ESB являлся премьер-министр, но фактическим руководителем был гражданский ставленник в ранге члена кабинета министров.

Правительству Ёсиды было нелегко найти первого генерального директора ОВС. Ёсида предложил эту должность Арисаве Хироми, профессору экономики Тодаи *, уволенному из университета в 1938 г. за антимилитаристские настроения, но тот отказался, хотя и согласился стать личным советником Ёсиды по вопросам экономической политики. Затем Ёсида обратился к Такахаси Масао, другому академическому экономисту и советнику научно-экономической секции SCAP, но и он отказался. Тогда Ёсида отказался от профессоров и предложил эту должность Янагиде Сэйдзиро*, вице-губернатору Банка Японии (а впоследствии президенту Japan Air Lines), но SCAP очистила его, прежде чем он успел вступить в должность. В итоге Ёсида остановился на Дзэне Кейносукэ, бывшем бюрократе MAC и MCI, члене Палаты пэров и человеке, которому Ёсино помог в начале 1930-х годов основать Japan Mutual Life Insurance Company. Проблема заключалась в том, что никто не знал, что должна делать ESB, и пока это не было выяснено, министерства и их клиенты смотрели на нее как на чистое изобретение SCAP.

Осенью 1946 г., когда субсидии окончательно прекратились, экономика практически рухнула. Ямамото Такаюки и Токунага Хисацугу из MCI, а также Инаба Хидэдзо* из ESB выдвинули свой знаменитый тезис о "мартовском кризисе", предсказав, что к марту 1947 г. японская экономика перестанет что-либо производить из-за истощения запасов, отсутствия импорта и острой нехватки угля. Чтобы предотвратить это, 5 ноября 1946 г. премьер-министр Ёсида создал личный "мозговой трест", известный как "Угольный комитет", который должен был подсказать ему, что делать. Его председателем стал Арисава Хироми, а в состав вошли Инаба Хидэдзо (бывший сотрудник КПБ), Окита*