Непредвиденный поворот - Тиффани Сноу

О, Боже. Я не могла поверить, что он это говорил. Если я ему что-то отвечу, пусть даже для того, чтобы успокоить, он обо всём узнает. Теперь уже меня затопила настоящая паника.

– Мне нужно в душ, – скомкано пробормотала я, соскочив с кровати. Выхватив наугад из шкафа джинсовые шорты и белую футболку, я скрылась за спасительной дверью ванной.

Через полчаса, когда я, наконец, решилась выйти из душа, во мне теплилась надежда, что Кейд уже ушёл. Не тут-то было. Оказалось, что ситуация только ухудшилась.

Кейд сидел на кровати возле открытого чемодана, сжимая в руке белую рубашку. Ту самую, которую я носила в Вегасе. Мне с трудом удалось сдержать панический порыв снова вернуться в ванную.

Кейд поднял в кулаке рубашку, встретившись со мной взглядом.

– Ты когда-нибудь собиралась рассказать мне об этом? – Злость в его голосе хлёстко резанула меня, и я болезненно сжалась.

Когда я заговорила, мой ответ прозвучал слабо:

– Здесь не о чем…

– Прекрати лгать! – Он поднялся на ноги и оказался возле меня за какие-то секунды. Я ударилась спиной об стену, а Кейд надо мной навис. – Я вспомнил, – процедил он. – Я всё вспомнил.

Кровь схлынула с моего лица. Я онемело смотрела на него, страшась того, что могло произойти дальше.

– Почему ты мне ничего не сказала? – потребовал Кейд с болью в голосе, как будто считал себя преданным. – Неужели я так мало для тебя значу?

– Мало для меня значишь? – недоверчиво повторила я. – Это ты обо всём забыл!

– Я был пьян!

– И это тебя оправдывает? – с негодованием вскинулась я. Мне было всё равно, что моя злость не имела никакого смысла. Боль, которую я испытывала, мучила меня с тех пор, как мы вернулись в Индианаполис, и сейчас она, наконец, нашла выход.

– Что-то не припомню, чтобы ты сказала мне «нет»! – сквозь зубы процедил он.

– Я говорю о том, как легко ты обо всём забыл! – едко парировала я.

– Допустим, – согласился он, и его бровь взлетела вверх. – Но теперь я помню. Я помню, что значит, быть в тебе… помню ощущение твоего тела, прижатого к моему, и вкус твоей влажной кожи на моих губах.

Я едва дышала. Его лицо было в сантиметрах от моего, его глаза обжигали, и именно в этот момент он сбросил на меня следующую сенсацию.

– Я помню, как сказал тебе, что люблю тебя. Но не помню, чтобы ты мне ответила.

Боль в его глазах надрывала мне сердце.

– Кейд… – тихо выдохнула я, силясь найти слова. – Ты знаешь, как много для меня значишь…

– Но ты не любишь меня. Ты любишь его. – Кейд дёрнул подбородком в сторону двери, и ему не нужно было уточнять, о ком шла речь. – Он использовал тебя, лгал тебе, предал тебя. И ты всё ещё его любишь?

Слишком поражённая его злым выпадом, я могла только молча смотреть на него расширившимися глазами.

– Я видел вас вчера, – продолжил Кейд, отступая назад. Холодная маска, которую я так хорошо знала, снова вернулась на его лицо. – Ну же, расскажи, Принцесса. Ты спала с ним после того, как мы вернулись? Перешла из моей постели прямо в его?

У меня сдавило грудь.

– Я…

– Или он ни о чём не знает? Скажи, ты лгала ему так же, как мне?

Его обвинения причиняли боль, и в моей крови закипела злость.

– Блейн знает! – бросила я, судорожно сжав пальцы. – И ему неважно, что случилось в Вегасе. Он хочет меня вернуть. А чего хочешь ты, Кейд? Зачем я тебе? Согревать твою постель, когда ты бываешь в городе?

Я видела по его глазам, что зашла на опасную территорию, но мне уже было всё равно.

– Ты хочешь знать, почему я тебе ничего не сказала? – отрывисто спросила я, шагнув к нему. – Потому что в этом нет никакого смысла! Ты сказал, что навсегда уйдёшь из моей жизни. Что в наших отношениях могла изменить одна ночь?

– А может, ты просто так сильно жалеешь, что была только рада провалу в моей памяти? – с обвинением спросил он.

– А ты не жалеешь? – с вызовом бросила я.

– Я жалею только о том, – глухо произнёс он, – что не проснулся рядом с тобой на следующее утро.

После этого Кейд развернулся и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь. Моё сердце опустилось от необъяснимой безысходности. Я с силой дёрнула дверную ручку на себя, но только для того, чтобы увидеть, как в коридоре Блейн и Кейд мерили друг друга холодными взглядами.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

– Что здесь происходит, чёрт возьми? – рявкнул Блейн, поджав челюсть. – После того, что случилось вчера, ты ещё орёшь на неё с утра?

Бровь Кейда взлетела вверх.

– О, извини. Не знал, что я должен спросить у тебя, как с ней обращаться. Тогда позволь мне растоптать её мечты, публично унизить, а потом бросить. Я ничего не упустил?

– По крайней мере, мои намерения предельно ясны. Я хочу её вернуть. А ты только морочишь ей голову и подвергаешь опасности.

– Хочешь сказать, это из-за меня Гейдж пытается её убить? И, разумеется, я виноват в том, что ты ценишь своего скользкого дядю Роберта выше собственной невесты? – едкий голос Кейда был пропитан презрением. – Со сколькими ты спал последние три месяца, не считая, конечно, Кенди? Уверен, Кэтлин хотела бы знать, в чьей постели ты побывал.

Блейн схватил его за ворот рубашки и прижал к стене.

– А ты всё это время ждал, верно? – рявкнул он. – Я знал, что как только уйду, ты попытаешься с ней переспать!

– Кто сказал только о "попытке"? – с издёвкой поинтересовался Кейд, переместившись так быстро, что я даже не заметила, как он освободился.

– Почему ты так поступаешь со мной? – с болью спросил Блейн. – Ты всё ещё злишься, потому что я долго тебя искал? Винишь меня за всё, через что тебе пришлось пройти? Пытаешься мне отомстить?

– Да хватит уже, – саркастично бросил Кейд. – Не пытайся всё списать на вздор о моём травмированном детстве.

– Тогда почему?

Кейд ничего не ответил, и они молча уничтожали друг друга взглядами.

– Скажи мне почему?! – закричал Блейн, заставив меня вздрогнуть.

– Потому что я люблю её!

После внезапного признания повисла оглушительная тишина. В этот момент Блейн, наверное, выглядел точно так же ошеломлённо, как и я.

– Я тоже её люблю, – наконец негромко сказал он.

– Знаю, – ответил Кейд, и от поражения, пронизывавшего его голос, моё сердце сдавило. – И она любит тебя. Поздравляю. Ты победил.

Он повернулся, и его взгляд встретился с моим. Блейн тоже смотрел на меня. Я замерла, предполагая, что они во всём винили меня.

Проглотив боль, я заставила себя произнести:

– Хватит. Вы терзаете друг друга, и в этом только моя вина. Эти отношения не должны были зайти так далеко. – Положа руку на сердце, я и сама не знала, об отношениях с кем из них сейчас говорила.

Неожиданно раздавшийся звонок в дверь прервал нас, лишив их возможности возразить. Воспользовавшись моментом, я вернулась в свою спальню, чтобы посмотреть в окно. От вида нескольких машин, припаркованных возле дома, моё сердце подпрыгнуло к самому горлу.

– Это полиция! – испуганно сообщила я, оглянувшись через плечо. – Две патрульные машины и одна без опознавательных знаков. – Копы не стали бы присылать такую делегацию без серьёзных оснований, и мне стало страшно, потому что я уже знала, для чего они приехали.

– Я спущусь, – ровно сказал Блейн.

Оторвавшись от окна, я поспешила к нему.

– Я с тобой.

– Не нужно. Тебе лучше остаться здесь, – возразил он, нахмурившись.

Я замотала головой.

– Не выйдет. И даже не думай снова меня запереть.

На его губах промелькнула тень улыбки, которая сразу же исчезла. Блейн взял меня за руку, а потом посмотрел на Кейда.

– Не спускайся. Я не хочу, чтобы копы начали рыскать вокруг тебя.

Кейд только поджал губы в усмешке:

– Как будто мне не всё равно. Они не заберут тебя.

– Ты ничего не сделаешь, – возразил Блейн. – Только развяжешь им руки и попадёшь за решётку, если попытаешься. Я не хочу этого. – Его тон был непререкаемым, и губы Кейда дрогнули в горькой улыбке.

– Всё ещё думаешь, будто можешь говорить мне, что делать?

Блейн потрепал его за плечо.

– Я всё ещё защищаю своего младшего брата. И это никогда не изменится. Так что держись подальше от копов или увязнешь в этом вслед за мной.

Кейд ничего не ответил, его взгляд не отрывался от нас, пока мы спускались по лестнице. Рука Блейна крепко сжимала мою, когда он вёл меня по коридору. Складывалось ощущение, что мы шли навстречу своему приговору. Прежде чем открыть входную дверь, Блейн сделал глубокий вдох, и на его лице появилась маска вежливого безразличия.

На пороге стоял мужчина в штатской одежде в сопровождении двух полицейских. Он показал удостоверение, согласно которому мы имели дело с детективом Уокером.

– Блейн Кирк? – спросил он.

– Да.

Детектив перевёл взгляд на меня.

– А вы – Кэтлин Тёрнер, верно?

Я сглотнула.

– Да. – Мой ответ прозвучал невнятно, и я заставила себя повторить: – Да, детектив.

– Мисс, вы должны проехать с нами в участок, чтобы ответить на вопросы по делу об убийстве Кенди Миллер.