Арбалетчики князя Всеслава - Безбашенный

— Фетишист! А она, между прочим, суеверная религиозная мракобеска! А ещё — закоренелая рабовладелица! Ведь подкладывала же она под тебя свою рабыню? Подкладывала, я знаю! Салтычиха она малолетняя, вот она кто! — вообще-то Салтычиха была по совсем другой специализации, но буду я ещё доказывать чего-то этой…

— Зато КАКУЮ рабыню! — я снова дурашливо закатываю глазки. На самом деле Алтея, хоть и недурна, но самой Велии ну никак не затмевает, но Юлька-то ведь её не видела, гы-гы!

— Ну конечно, девчонка из знатной и богатой семьи! Приданое, связи, карьера! Завидная невеста!

— Ага! И КАКАЯ! — на самом деле в древних языческих социумах за невесту выкуп платить полагается — вроде мусульманского калыма. Так что в смысле приданого тут, как и у мусульман, чаще всего где-то то на то и выходит. Карьера — ну, Велия ведь не вполне законная, и суперкарьеру мужу едва ли обеспечит, но об этом Юльке уж точно знать никчему. Слишком длинный язык…

— И вообще, Макс, ну тебя в задницу! Затрахал ты уже! — вот он, великолепнейший образчик обезьяньей… тьфу, женской логики — оказывается, это я её затрахал, гы-гы, — В Гадесе твоя капризная и расфуфыренная малолетка, а ты тут, в этой дыре!

— Ага, в Гадесе, — и я опять предвкушающе закатываю глазки, отчего Юлька возмущённо фыркает и оставляет меня наконец-то в покое. То, что их не взяли в Кордубу, они с Наташкой простили нам лишь тогда, когда услыхали о наших не самых безопасных приключениях в пути и на месте. А Гадес — он ведь куда круче Кордубы. Это всё равно, что Орехово-Зуево какое-нибудь с Москвой сравнивать… ну и не садист ли я после этого, гы-гы?!

И поделом ей, потому как — нехрен! В смысле — нехрен мне на больную мозоль наступать. Увы, тут Юлька права — я тут, а акселераточка моя в Гадесе. Серьёзный фактор, со счёта не сбросишь. Не зря ведь мамаша ейная, упорно тёщей моей становиться не желающая, в последний день жлобствовать не стала и попрощаться нам дала. Даже — и спасибо ей за это огромное — наедине нас тогда ненадолго оставила. Очень ненадолго, дабы внука нежеланного я ей сделать не успел, но уж наобнимались и нацеловались мы с девчонкой всласть. Типа, пусть уж помилуются напоследок. Ну, насчёт «напоследок» — это мы ещё очень даже будем посмотреть! Зря, что ли, все наши иберийские камрады Велию давно уже «моей» кличут, не говоря уж о наших? Но если наши полушутя, то «сипаи» — полувсерьёз, а кое-кто и просто всерьёз, без всяких «полу», а ведь им это дело виднее, надо полагать. И зря, что ли, на моём мизинце вот это бронзовое колечко? Это в нашу современную насквозь атеистическую эпоху древний обычай выродился в банальную символику, а в этом мире все насквозь «религиозные мракобесы», ежели по Юльке. В этом мире и это колечко, и та монетка на ниточке — вовсе не пустые символы, а своего рода магические амулеты, призванные охранять и оберегать то, на что настроены. Для того и пролежали вместе целую ночь в храме соответствующей по специльности богини, как бишь её там… Религиозный эгрегор — великая сила.

А ещё великая сила — вера. Вот почему, например, даже у сильного паранормала тот же телекинез почти никогда перед глазами у зевак не получается? А очень просто. Когда никто не наблюдает, а сам ты от современного атеистического эгрегора, как и от всех прочих, отрешён — твоей веры хватает, поскольку ничего ей при этом не противостоит. А вот когда ты пытаешься продемонстрировать эффект зевакам, то твоей вере в то, что ты это можешь, противопоставлена ихняя вера в то, что это невозможно — для человека по крайней мере. Да еще и эгрегором атеистическим усиленная, а эгрегор этот через означенных наблюдателей как раз на тебя в тот момент и нацелен. И неважно даже, посрамить тебя желают эти наблюдатели или — напротив, искренне желают тебе успеха. Абсолютно без разницы. Вера — она глубже и эмоций, и желаний. И что в результате? Правильно — пшик! Сумма векторов, в данном случае направленных противоположно. Но в этом мире — иначе. Верит «почтенная» Криула в то, что околдовал я её дочурку, или просто в раздражении ляпнула — это тонкости. А «толстость» в том, что в саму возможность подобного она верит безоговорочно. И сама её дочурка верит в такую возможность безоговорочно — вот, даже и задачу эту сама же мне и облегчила — прекрасно зная и понимая, что делает. И весь окружающий нас античный социум верит в такую возможность безоговорочно, и это прописано в тутошнем эгрегоре. И получается — правильно, такая же сумма векторов, только на сей раз сонаправленных — со всеми вытекающими. Никакой мистики, голая физика. Квантовая физика, кстати, давно уже «эффект наблюдателя» признаёт. Может, в этом мире и телекинезить полегче окажется? Не пробовал, а надо бы попробовать — облегчающий ходьбу эффект «частичной невесомости» тут работает прекрасно. Обязательно попробую и телекинез — как-нибудь позже. Сейчас — увы, пока не до того…

Надо работать — и деньги зарабатывать, и оснащаться. За прошедшие с нашего возвращения две недели Нирул уже выплавил с десяток слитков чёрной бронзы и пару слитков — «нечёрной», но тоже вполне себе бериллиевой. По той же самой технологии выплавлялась, по той же и термообрабатывалась, это я парню строго велел, только «заклинания» я ради конспирации читал другие. Для первого раза, требующего особой торжественности — как-никак, «жертвуем» богам на сей раз весьма дешёвые камешки, и требовалось убедительно объяснить им, что искренность жертвы важнее — я зачитал «Манифест барона Врангеля» — один из стихотворных перлов Демьяна Бедного, который, как известно, был «мужик вредный». Мы-то, в отличие от поколения моих родителей, в школе его уже не проходили, но в интернете он мне попался и весьма понравился, так что вызубрил я его с удовольствием. Когда знаешь в общих чертах, каким НА САМОМ ДЕЛЕ был пресловутый Чёрный барон, то и перл «дюже вредного мужика» воспринимается совсем иначе. Наше поколение, кто интересовался, знало — оттого и убрали его из нашей школьной программы…

— Часы с полёманний пружина,

Есть власть советский такова.

Какой рабочий от машина

Имеет умный голова?

Какой мужик, разлючний с поле,

Валляйт не будет турьяка?

У них мозги с таким мозоля,

Как их мозолистый рука!

«Ассистировавший» мне в тот день Серёга ржал, как сивый мерин, что и требовалось для должного задабривания нашего великого божества Авося. Потом я, естественно, упростил процедуру, зачитывая при обходе плавильни «Однажды осенью…» — доводилось слыхать? Нет? И чему вас только в школе учили, гы-гы! Ладно, тогда слухайте сюды:

Однажды осенью, обходя окрестности Онежского озера, отец Онуфрий обнаружил обнажённую Ольгу. «Ольга, отдайся! Озолочу, особняк отгрохаю!» Ольга отдалась. «Отче, отдавай обещанное!» «Отойди, окаянная! Обоссу — околеешь!» Ольга, обидевшись, откусила отцу Онуфрию окаянный отросток.

Володя-то учился в правильной школе, и прикол этот знал. Но в обстановке магического священнодействия и юмор получался дополнительный, так что и в этом случае свою долю священного веселья Авось получил сполна.

Испытания первого слитка после термообработки показали его полное соответствие по свойствам «настоящей» чёрной бронзе, что привело начальника рудника в неописуемый восторг. Он уже мысленно нарисовал себе картину маслом, как мы с ним скупаем втихаря простенькие дешёвые бериллы, стоящие сущие гроши по сравнению с аквамаринами, а все ценные самоцветы захомячиваем. По правде говоря, была у меня сперва такая мысля — поди хреново! Разве трудно вместо отсутствующей в обычных бериллах примеси железа добавить в порошок обычной железной окалины из кузницы?

Но подумав, я решил сию «бизнес-идею» попридержать при себе. Во-первых, я не собирался торчать здесь всю жизнь, а с уходом отсюда неизбежно терял свою долю в этом прекрасном «левом» бизнесе. Какие расклады будут на новом месте, я не знал, так почему бы не прихомячить ценную идею про запас? Запас — он ведь карман не тянет. А во-вторых, бериллиевая бронза — прекрасный пружинный материал. Самые ответственные пружины — в часах, например — делаются в нашем мире из неё, а более дешёвая пружинная сталь используется в менее ответственных целях. Но здесь с хорошей пружинной сталью напряжёнка, и пружинной бронзе достойной альтернативы не наблюдается. А значит — её цена не должна быть заоблачной.

Без железной присадки слиток «нечёрной» бронзы чернеть, естественно, не пожелал, и начальник рудника, конечно, был изрядно этим разочарован. Кто ж примет по настоящей цене «ненастоящий» товар? Зато коммерческий интерес к моим экспериментам он потерял полностью и дал мне на них полный «карт-бланш» — при условии, конечно, что не остановится и производство «настоящей» чёрной бронзы. Цена меди, не говоря уж о древесном угле, была настолько пустяковой по сравнению с ценой аквамаринов, что за некоторый её перерасход никто с него особо не спросит. Ясно же, что наш будущий мастер пока ещё молод и неопытен, и не всё у него пока получается, так что некоторые дополнительные затраты на его обучение неизбежны. В результате у нас накапливалась постепенно и пружинная бронза для моих задумок.