Капризы судьбы - Кэтлин Гивенс

– Я Эйлин Ронли, – гордо произнесла она. – Дочь Катрионы. Ваша внучка.

За спиной Нейла послышались приглушенные голоса: ее слова переводились на гэльский язык. Адара потрясение уставилась на Эйлин, но Филан не выказал никакого удивления.

Эйлин стояла не двигаясь под его внимательным взглядом, и Нейла охватило чувство гордости. Однако в душе его шевелилась досада: Десмонд наверняка предупредил Филана об их приезде. А жаль! Было бы интересно увидеть его первую реакцию.

– Итак, – начал Филан, тщательно подбирая слова, – после нескольких лет забвения мой внук удостоил меня своим визитом. Мало того, он привез с собой графа Торридона и тебя. – Он замолчал, оглядел комнату, потом опять вперил свои темные глаза в Эйлин. – Вы приехали в замок Мозин в самый разгар праздника, когда мой дом полон гостей. Пожалуйста, присоединяйтесь к ним. Когда свадьба закончится, мы познакомимся поближе. – Он посмотрел на Дункана. – Тогда же я продолжу знакомство с тобой. Добро пожаловать.

– Спасибо, – кивнула Эйлин.

Дункан тоже поблагодарил деда.

Нейл нагнул голову, пытаясь скрыть свой гнев. Возможно, Эйлин поверила, что Филан от всей души приглашает ее на праздник, но он-то видел, каким расчетливым взглядом старик окинул толпу. Его гостеприимство, конечно, наигранное. Он просто пытался произвести хорошее впечатление на английских солдат.

Нейл осмотрелся. Так и есть. Английских солдат привез сюда фрегат, который увязался за их «Изабеллой», в том числе и капитана Ашера. Заметив взгляд Нейла, Ашер холодно кивнул.

Филан хлопнул в ладоши и потребовал музыку. Адара повернулась к Нейлу и с улыбкой увлекла его за собой.

Эйлин познакомилась со своими кузинами, другими внучками Филана. Невеста едва заметила Эйлин, зато остальные, в том числе и Адара, обступили неожиданную гостью со всех сторон и принялись сравнивать ее с собой, обращая внимание на цвет волос и глаз, рост и черты лица.

Она улыбалась и болтала с теми, кто понимал английский язык. Но в разговоре то и дело возникали неловкие паузы: женщины смотрели друг на друга, ожидая, когда кто-нибудь переведет сказанное. Битан, который знал всех, с большой охотой взял на себя роль переводчика. Между тем танцы продолжались. Дункан несколько раз подходил к их компании, но его быстро уводили женщины. Он считался их любимчиком. Так же как и Нейл.

Кстати, где он? Обернувшись, Эйлин увидела, что Нейл увлеченно разговаривает с высоким мужчиной, одетым в Шотландский костюм. Он оторвал взгляд от своего собеседника и посмотрел на английских солдат. Лицо его сохраняло настороженность. Неужели здесь ему грозит опасность? Вряд ли. Филан обязан уважать законы шотландского гостеприимства, охранявшие и хозяев, и их гостей. Впрочем, напомнила себе Эйлин, Макдональды из Гленко думали то же самое.

Во время трапезы она сидела с другими женщинами, а Нейл и Дункан расположились среди членов клана Филана. Спустя некоторое время Эйлин увидела, как Нейл встал из-за стола и вышел из комнаты. Дункан проследовал за ним. Когда они вернулись, их лица приобрели мрачное выражение.

Адара вела себя очень приветливо. Она познакомила Эйлин со своим мужем и, радостно улыбаясь, объявила, что теперь они все родственники. Проходя за спиной у Нейла, Адара приобняла его за плечи, потом, быстро оглядев комнату, заметила, что на них смотрит Эйлин, и сделала то же самое с Дунканом.

Ночью Эйлин спала на полу, на соломенном тюфяке, в большой спальне, вместе с одиннадцатью другими женщинами. Когда она уходила, Нейл и Дункан еще сидели внизу, в холле, и увлеченно беседовали со своими земляками: Эйлин заметила, что в отличие от людей Филана они стараются держаться подальше от английских солдат.

Свадьба намечалась утром, поэтому женщины начали готовиться к церемонии, как только рассвело. Эйлин поблагодарила жену Битана, которая постирала ее грязные вещи, но старые рваные платья все равно не стали новее. Со вздохом взглянув на свое отражение в зеркале, она подумала: «Ладно, ничего страшного. Все равно на меня никто не будет смотреть». Не успела она собраться, как ее окликнула одна из местных девушек.

– Торридон, – захихикала юная барышня и указала на дверь.

Эйлин выглянула в коридор и беззвучно охнула, увидев Нейла. Он стоял повернувшись в профиль, на его красивом лице застыло суровое выражение. Его костюм произвел на Эйлин сильное впечатление: белоснежная рубашка, облегающий сюртук из синего шелка с разрезами, в которых виднелась белая шелковая подкладка, и клетчатый сине-зеленый плед, один конец которого заброшен на плечо и укреплен там с помощью большой сапфировой броши. В своем наряде Нейл выглядел просто великолепно. Сразу чувствовалось, что перед ней граф – богатый человек, облеченный властью.

Он повернулся и посмотрел на Эйлин. Его глаза показались ей еще более темными, чем обычно.

– Доброе утро, Эйлин. Пойдем поговорим.

– Что мы можем сказать друг другу, Нейл?

Он нахмурился:

– Черт возьми, нам надо поговорить! Выйди, пожалуйста.

Эйлин закрыла дверь и последовала за ним. Они поднялись по лестнице и вышли на парапет. Не обращая внимания на любопытные взгляды охранников, Нейл хмуро уставился вдаль. Эйлин встала рядом.

Перед ней расстилался Глен-Мозин. Деревенские улицы сбегали со склонов и растворялись в зеленой долине. Неприступные горы соседствовали с широкими плодородными лугами, их каменные лики, повернутые друг к другу, образовывали кольцо. В центре кольца возвышался замок ее деда, подчиняя себе все, что находилось внизу. Неудивительно, что ее мама жила в Англии. Трудно представить, что кто-то находил такие края привлекательными.

Нейл кашлянул и обернулся к Эйлин:

– Спасибо, что вышла ко мне.

– Что ты хотел сказать?

– Я хотел сказать, чтобы ты соблюдала осторожность. Следи за своими словами и не доверяй первым встречным.

– Хороший совет, милорд Торридон, – холодно бросила она. – Я обязательно им воспользуюсь. Осторожность – ценное качество.

Щеки Нейла вспыхнули.

– Я знаю, ты все еще сердишься на меня. Мы друг друга обидели. Но нам надо общаться, ведь мы столько пережили вместе. Надеюсь, наши отношения что-то для тебя значат.

Эйлин увидела в его глазах тревогу и участие. Опустив взгляд к его губам, она вспомнила его страстные поцелуи.

– Да, – тихо проговорила она. – Для меня значат.

– Ты мне небезразлична, милая.

– А ты мне. – Она подняла руку. – Но пожалуйста, давай не будем об этом. Ты же не хочешь, чтобы мы поссорились. Как сложилось, так сложилось.

– Все еще изменится, Эйлин.

– Что ты имеешь в виду?

– Я поговорю с Сифортом и Фионой и расторгну соглашение.