Возвращение - Дмитрий Манасыпов

Зал в рассветных сумерках казался очень большим. Да так оно и было. В районе, в основном, находишься в крохотных замкнутых пространствах, если уж заходишь под крышу. Коридоры, комнаты, служебные помещения бывших жилых домов и учреждений. А здесь – потолки во сколько-то там метров высотой, зал длинный и широкий и не завален хламом. Разве что пласты штукатурки, которая таки не выдержала и обвалилась. Большая часть стекол вылетела со временем, но грязи внутри было не так уж и много, как ни странно. А вот пыли хватало.

В пролом скользнул последний из ребят Кефира, незнакомый мне Измененный с АКСом наперевес. Ну что, летс мортал комбат бегин, что ли? Похоже, что прям сейчас и бегин…

Видели когда-нибудь, как летят вперед локомотивы грузовых составов? Когда ветка свободная и можно разогнаться? Даже нет, не так. Самое лучшее, хоть и пафосное до невозможности сравнение, – танки на учениях. Тех самых, показательных, с демонстрацией мощи и прочего, с полетами над грязевыми болотцами и всякой разной выпендрежной туфтой. Во-во, что-то типа того мы и увидели. Потрясающее и незабываемое зрелище, доложу я вам. Больше никак и не скажешь, именно так. Две живые махины, поблескивающие и полязгивающие металлом, не стали разбегаться или еще как-то демонстрировать, у кого больше маракасы и прочее. Просто сразу сошлись в поединке, незамысловатом и страшном.

Абрамс был первым, он успел нанести удар ногой, впечатав Крюка в стену. Тот ударился боком, выбив тучу пыли от раскрошенного бетона и осколки от уцелевшей части деревянных поперечин «шведки». Развернулся, встречая противника прямым и жесточайшим ударом в голову. Тот успел отклониться, подставил плечо, но все равно проехался назад, потеряв равновесие. Наш голем не замедлил этим воспользоваться, засадив коленом аккурат под нижнюю челюсть… ох ты, е-мое!!! Меня аж перекосило от такого, а Абрамсу с виду и ничего. Откатился безумным полумеханическим колобком и ринулся на Крюка, зарычав и выставив клешни.

Они снова сшиблись, издавая совсем уж непотребные звуки, молотя друг друга бревнами рук. Прокатились по полу, треща досками, давно прогнившими и сейчас ломающимися под весом живых танков. Чуть расцепились, лязгнув чем-то, и Крюк с размаху заехал Абрамсу головой в лицо. Тот снова рыкнул, сплюнул густую темную кровь со слюной и вцепился в шею противнику. Потянул за собой, заваливая того на пол, налег сверху, вогнав кулачище куда-то в район ребер, где был кусок свободного от брони тела. Крюк громко выдохнул и долбанул Абрамсу прямо в голову. Тот не успел закрыться, что-то хрустнуло, и голем качнулся в сторону.

Вдогонку ему прилетел удар коленом, отправив Абрамса к стене. Снова облако пыли, только теперь от другого полумеханического Измененного, грохот и лязг. Вот где жесть-то, уважаемые болельщики боев боксеров-супертяжеловесов. Это вам не ринг с рефери, где правила, это вам настоящая жизнь и бой насмерть. Интересно, почему Абрамс так не любит Крюка, что согласился на бой? Так, а что у нас Кефир и его ребятки делают? О как… расслабились и болеют? Это просто прекрасно, больше никак и не скажешь. Ладно, смотрим дальше и ждем развязки.

Ох ты ж, елки ты палки… Насколько быстро меняется ситуация в таких случаях…

Абрамс смог не только встать с колен, но еще и поймал Крюка на каком-то из выпадов. И выкручивал ему руку, возя нашего невольного напарника по полу, не давая ему даже приподняться. Тот громко сопел и не оставлял попыток дотянуться до соперника. Абрамс с размаха вбил ему кулак прямо в спину, но тут же рухнул сам, после того как цепь левой руки Крюка обвилась вокруг его ноги и дернула. Голем упал, сумев откатиться в сторону от руки Крюка, с хрустом пробившей многострадальный пол зала.

Ну, ты смотри, что творится… охренеть не встать. И как они терпят такое, интересно? Кости вроде должны уже давно переломать или что у них там вместо костей, и все молотят друг друга почем зря. Так… а ведь все равно они не железные и скоро надо ожидать развязки. Да и наши Измененные не-друзья, видно, это тоже почувствовали. Заметно напряглись, удобнее ухватившись за стволы. Ну-ну…

А развязка наступила не совсем так, как ожидалось. Сначала Абрамс, заработав сильнейший пинок от Крюка, отлетел к дверям комнаты инвентаря. Влетел туда, с хрустом проломив старенькие створки. Крюк тяжело пошел в его сторону, когда, просвистев в воздухе, в него понесся блин для штанги. Он еле успел отшатнуться от первого, как в плечо врезался второй. Голем крикнул, страшно и протяжно, пригнулся и бросился вперед, топая с тем звуком, с которым колеса поездов бьют по стыкам рельсов. Тенью размазался в воздухе, неожиданно развив поразительную скорость, и скрылся там, откуда только что вылетели импровизированные снаряды. В темноте громко рявкнуло и рыкнуло, потом лязгнуло – и все…

Тот самый Измененный, которого я не знал, стоял, вытянув длинную шею и смотря в ту сторону. В комнате что-то заворочалось и, шаркая, двинулось к снесенным с петель дверям. В проеме возникла высоченная фигура… Абрамса. Вот черт… Хотя?!!

Чем ему так приложил наш полумеханический друг, интересно? В принципе-то мне без разницы, но все же. Вся правая сторона головы Абрамса была смята в лепешку одним ударом чего-то тяжелого. Темная кровь медленно текла, смешиваясь с чем-то бурым и явно липким. Хотя что тут непонятного при таком ударе по голове?

Крюк вышел следом. Ему тоже досталось, но он держался на ногах, шел, не пошатываясь. Голем не стал обгонять собрата, которому явно осталось не так уж и много на этом свете. Остановился, глядя, как тот прошел еще несколько метров, прежде чем споткнуться и рухнуть на исковерканные доски пола. В воздух поднялись клубы пыли, не очень большие, и почти сразу осели. Следом, с громким звуком, рядом с телом Абрамса приземлился длинный гриф от штанги. О как… тогда все понятно. Вон, один конец, обычно блестящий, сейчас весь в темном и стекающем на пол. Да, дела…

Ну и что дальше, а?..

Молчание, повисшее в пустоте зала. С такими четкими запахами страха, адреналина и холодного пота на ладонях, стискивающих оружие…

Страх в глазах, страх и ожидание того момента, когда вместо людей заговорит их оружие…

Сейчас и здесь, как же это ясно, яснее всего другого, наносного и ненужного…

Кто первый, кто сможет сделать это первым?..

Ну?!!

– Уходим. – Кефир сплюнул на пол. – Бывайте, рейдеры. Не знаю, как оно там дальше будет, но воевать с вами я не хочу. Бывайте…

Во так вот… мир рухнул.

Сестра проводила Измененных до самого пролома в стене, встала в нем. И, нисколько не скрываясь, подняла винтовку, направив ее в спину уходившим. Будда, шедший замыкающим, хотел что-то сказать. Даже повернулся, открывая рот, но потом передумал и отвернулся. Да и правильно, друг, иди себе спокойно и не парься по поводу чего-то, что тебе не очень и понятно. В первый раз столкнулся с чем-то честным в Районе, правда. Если говорить именно об Измененных, именно о них. Ну и ладно, надо дальше топать, воины, больше ничего и не остается.

Крюк, покряхтывая, подошел к Абрамсу. Наклонился, взялся клешней за его голову, поворачивая к себе лицом. Что-то прошептал, глядя, как изменяется мертвое создание, с которого, кажется, стекала восковая маска, показывая того, каким он мог быть. Да, именно так оно и происходило, стоит задержаться рядом с погибшим Измененным. Смерть освобождала их, на какое-то мгновение вновь делая людьми… Если можно это так назвать. И каждый раз, когда это происходило… Нет, я не жалел ни о чем. О чем можно жалеть в ситуации, когда только что это существо хотело убить именно тебя? Нет, дело в другом. Сам момент вот этого обращения и возврата к тому, что было. Наверняка такие, как голем, что идет с нами, очень остро переживают именно это. Понимают, что ждет в конце пути каждого из них, и именно поэтому сейчас Крюк стоял и смотрел на то, что осталось от Измененного, который только что хотел отправить его на тот свет. А что сказать? Да ничего, каждому свое, вот и все.

– Прощай… – Мне не послышалось? Нет, именно так голем и сказал, отпуская голову Абрамса. – Пойдемте дальше, рейдеры, пора уже идти. Ноги-то держат?

Держат-держат, дядя Крюк, не сомневайтесь, не только держат, но еще и дальше понесут так, что только догоняй. И даже не буду применять чудо-коктейль, который лежит у меня в аптечке, делать нечего. Адреналина и злости и так хватает, на них и вытянем. Да, пора дальше двигать, это верно. Время ни фига не ждет, равно как и то, ради чего мы идем.

Скопа скользнула в проем, мгновенно взяв в прицел совсем уже удалившуюся группу «кефировцев», я шагнул следом, стараясь полностью перекрыть противоположный сектор. Идти предстоит вдоль здания, в сторону квартала пятиэтажек, и мы выйдем в самый последний двор в городе. Именно там, открыв дверь – такую небольшую дверь, – мы попадем в один из коридоров, который приведет нас к запасному КП, где находится то, что нам необходимо. Очень хочется надеяться, что Точинов жив и встретит нас там. И что у него есть с собой план этих самых катакомб, где нам предстоит идти. Помню, конечно, кое-что, но коды от автоматических турелей с крупнокалиберными пулеметами… Вот-вот, очень хочется, чтобы все это было с собой у нашего профессора. Ну, вообще-то, рановато об этом думать, туда еще добраться надо.