Вокруг и около - Сергей Баблумян

– То, что Швейцария страна неторопливая, известно всем, – утверждает швейцарская журналистка Маргрит Шпрехер, написавшая книгу о жизни коллег из радиостанции DRS-2. – В редакциях, офисах, бюро и прочих присутственных местах царит порой противоестественное спокойствие. Пришлось мне из московского офиса одной крупной российской группы компаний попасть в швейцарский офис этой же группы, – рассказывает дальше Маргарит Шпрехер. – Разница была как между небом и землей: в Москве летали клочки по закоулочкам, в Цюрихе меня встретила полная нирвана. Понятно, что сами по себе торопливость или спокойствие еще ничего не означают, и все же, все же…

Рассказывают, что живя в швейцарской гостинице, Толстой обнаружил, что местному населению не было абсолютно никакого дела ни до него самого, ни до России, что жизнь здесь наполнена иным смыслом, и тогда он сел за фортепьяно и вызывающе громко сыграл «Боже, царя храни».

Прожив в Швейцарии два с лишним месяца, выносить заключение о национальном характере, конечно, несерьезно, но почувствовать загадочность «швейцарской души» можно. Откуда безмятежная убежденность в том, что все шло, идет и будет идти своим путем и никогда иначе? А чего ждать от страны, которая с 1815 года объявила «вечный нейтралитет» и что значит война – знает только по кино.

Веру в неизменность бытия придает даже умеренный климат, которому не свойственны крайние проявления жары, холода или влажности. Такую же уверенность поддерживают здешние знаменитые банки. По твердому убеждению швейцарцев они просто не могут разориться уже хотя бы потому, что в рискованных финансовых операциях не участвуют.

Конфиденциальность сведений банки гарантируют согласно государственному закону о банковской тайне, принятому еще в 1713 году, и в своей решимости не говорить лишнего неизменны по сей день, отказав, к слову говоря, выдать французскому правительству информацию о переводах со счета гражданина Швейцарии Йеслама Бен Ладена – родного брата «террориста номер один». Да что там Бен Ладен. В 2006 году банк «Кантональ» провел ревизию невостребованных вкладов и обнаружил незакрытый счет на имя Владимира Ульянова, на котором лежит… тринадцать франков!

…Ровно в семь часов тридцать минут утра к лозаннскому причалу подходит паром и ровно в семь сорок отчаливает. Дворники скребут лоснящиеся от чистоты мостовые ровно до девяти. Каждый час башенные часы отбивают наступившее время. Строго по размеченным дорожкам катят велосипедисты. Неизменный утренний променад: бонжур, мадам – бонжур, месье… Тем временем одна часть швейцарцев (26,4 процента) приступает к производству отменного качества промышленной продукции, другая часть (4,7 процента) – к выращиванию экологически безупречной сельскохозяйственной, третья (68,9 %) оказывает всевозможные услуги. Полиция до неприличия предупредительна. Люди беспричинно вежливы. Над всей Швейцарией безоблачное небо. С утра до ночи, изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год – всю сознательную жизнь: бонжур, мадам – пардон, месье…

…И тут из супермаркета выходит мужчина. В руках держит горшок с цветком. Остановился, пристроил горшок на голову и, улыбаясь, пошел к припаркованному строго в рамках отведенного пространства автомобилю. И все вокруг расцвели улыбками, как показалось, немного смущенными: в стране, где на первом месте порядок, почудить решится не всякий. А месье, который с горшком, взял да выкинул фортель. Почти по-нашенски. И ничего в мире, пардон, не изменилось. Мерси, месье…

Имена

Хорошо известный старым ереванцам музыкант с мало к чему обязывающим именем Мамикон имел одну, но пламенную страсть. Он грезил Америкой и мечтал переехать туда на постоянное место жительства.

Любовь ко всему новосветско-несоветскому запала в душу Мамикона с тех давних пор, когда наши люди впервые вкусили «пепси-колу», вдоволь наелись Эллой Фитцджеральд с Фрэнком Синатрой и уже были готовы к триумфальному маршу «Великолепной семерки» по всем широким экранам Советского Союза.

Надо ли говорить, что очень скоро вкусовые пристрастия нашего героя обернулись принципиальными разногласиями с советской властью, так как все американское в интерпретации Мамикона – белое и пушистое, а все советское – серое и дребанное. Понятно, что с такой политической ориентацией Мампкону на родине делать было нечего, однако один из парадоксов СССР состоял в том, что своих врагов страна никому не отдавала. Тем не менее, в изнурительном противостоянии Мамикон – ОВИР пусть измором, но победил Мамикон.

Здесь мы сделаем первое отступление, чтобы представить читателю еще одну мамиконовскую мечту, не уступающую его страстям по Америке и даже их превосходящую. Дело в том, что всю свою сознательную жизнь Мамикон хотел иметь детей. Но не с бухты-барахты, не самопроизвольно, не кого Бог пошлет, а в сугубо строгом соотношении: две девочки и один мальчик с интервалом в два года ровно. И тогда вступало в силу третье заветное желание – одной дочери дать имя Джессика, другой – Дженнифер, а сына назвать Эндрю. Надо ли говорить, что называться другими именами дети нашего американолюба не могли никогда, нигде и ни при каких обстоятельствах.

Между тем, жизнь Мамикона в разных уголках Америки если и налаживалась, то долго, со скрипом, сбоями и многими другим непонятностями, отлитыми поэтом Игорем Иртеньевым в четкий стихотворный ответ.

Я всю Америку проехал

Буквально вдоль и поперек,

Но, хоть убей меня, не въехал,

Кому там нужен Игорек.

Исколесив немалую часть США и окончательно осознав себя в виде архитектурного излишества, Мамикон осел в малопонятной Южной Дакоте. Женился на американке, которая с точностью до микрона воспроизвела запрограммированное: двух девочек и одного мальчика в два года раз и навсегда. Но и это произошло нелегко и не сразу. До того как решиться на продолжение рода, фанат американского образа жизни перепробовал себя в разных делах, пытаясь найти то единственное, которое может хорошо кормить, но так, чтобы не сильно ишачить, и в конце концов пришел к выводу, что так в Америке не бывает. А в Америке бывает так, как говорит Уилл Смит: «Когда другие спят, я работаю. Когда едят, я тоже работаю. Когда занимаются сексом, я, конечно, тоже занимаюсь сексом. Но и над этим я очень много работаю», – объясняет заслуженный артист Голливуда.

На осознание этой заповеди Мамикону понадобился не год и не два, но со временем он ее хорошо усвоил, с головой ушел в работу, сумев доказать себе и окружающим, что когда не щадишь себя в труде, два плюс два часто не четыре, а уже пять.

…В настоящее время Мамикон на пенсии, живет не так, чтобы как кот в масле катался, но и не бедствует. Чему способствуют две дочери – Арменуи, Анаит и сын Тигран с разницей в возрасте ровно в два года.