Вокруг и около - Сергей Баблумян

Не так важно, что именно говорили на церемонии вручения наград швейцарский инженер Джованни Ломбарди, которому уже за восемьдесят, и живописец Ханс Эрни, которому скоро все сто. Но часто ли вы видели, чтобы люди в таких годах становились героями года, публично размышляли о разном и их внимательно слушали молодые?

Милан – Лозанна

Найти свое место

В Милане умеют красиво есть, со вкусом одеваться, до ненормальности любить детей и не придавать при этом значения условностям. Приметив подходящего бамбино, с ним тотчас начинают заигрывать, напевают всякие тру-ля-ля, не спрашивая, берут в руки и заключают в объятия. Вам остается только стоять в виде дерева и растерянно улыбаться. Грань между формальностью и фамильярностью практически неразличима.

Очень похоже на Ереван тех времен, когда автомашин в городе было мало, а заслуживающих внимания и того меньше. Их мигом брали в кольцо, придирчиво рассматривали и чуть ли не на зуб пробовали. При этом владелец мог находиться рядом, в некоторых случаях даже внутри автомобиля, но исполнял сугубо прикладную функцию – отвечал на вопросы трудящихся, давал справки, уточнял некоторые детали.

Другая особенность Милана, вызывающая недоумение оттого, почему Ереван с ним все еще не побратимы – это атмосфера, а точнее, температура общения в объектах общественного питания. Их здесь так же много, как и у нас, и точно так, как в Ереване, не все всем по карману. Но к тебе повсюду предупредительны, вежливы и неизменно точны в расчетах. Сожаление американского коллеги по поводу того, что у него есть две неосуществимые мечты, а именно – заставить официанта вас заметить, пока он этого не захотел сам, здесь, в Милане, неактуально. (Вторая неосуществимая мечта мистера Брайсона – переспорить телефонную компанию.)

Отношения между клиентами и обслуживающим персоналом в миланском исполнении строятся на основе свободы, равенства и отчасти братства. Пусть гастрономического. В здешних ресторанах отсутствует швейцарская чопорность и свойственная многим американским ресторанам запрограммированность. Приняв заказ, миланский официант не бросается со всех ног на кухню, а готов обсудить с вами интересную новость, важное событие, курьезный случай из жизни. И тем не менее, не опоздать с подачей на стол. Это создает атмосферу доверительности и почти домашнего уюта, что помимо прочего способствует правильному пищеварению.

Основы подобных отношений в Армении сложились очень давно, однако со временем были частично утрачены либо перетекли во что-то иное. Два имени для освежения памяти. Нынешнему поколению они, скорее всего, ничего не скажут, но тем, кто помнит, объяснять ничего не надо. Имен, собственно, не два, а три. Серго Амбарцумян со своей забегаловкой на улице Красноармейской в Ереване, Петик и Бурчо с их придорожными трактирами в предместье города. Люди шли сюда не только потому, что вкусно, но еще и потому, что близко по душе и предсказуемо по стилистике общения. Так сегодня ходят в миланскую «Ла Ризака» или открывшуюся совсем недавно в Москве Nobi под патронажем великого Де Ниро, где тарелки обработаны таким образом, что на них не остаются отпечатки пальцев.

Насчет следов на посуде в наших ресторанах говорить не стану, но температура общения здесь ничуть не ниже, чем в Милане, и так же отменно вкусно. За что первопроходцам армянского ветеркового общепита отдельное спасибо.

Недели высокой моды в Милане проходят с той же неотвратимостью, что и приход весны. То есть раз в году. Однако красиво одетых людей можно видеть все двенадцать месяцев. Ведь в Милане разрабатывается, производится и продается продукция лучших модельных домов мира. Но дело не только в этом, дело во вкусе (то ли врожденном, то ли выращенном, как английские газоны), в высоком вкусе миланцев, едва ли превосходящем умение ереванцев одеваться красиво и современно. Гремевшие в советское время швейное объединение «Гарун» и обувную фирму «Масис» в один ряд с «Дольче и Габбана» и «Джордже Армани», конечно, не поставишь, но и судьбы у них разные. Итальянцы демонстрировали образцы лучшего, армяне, отталкиваясь от достигнутого в Италии, пытались воспроизвести что-то равное. Иногда получалось недурно. Так или иначе, ереванцев часто можно было узнавать по одежке, но с какой стати сегодня понадобилось расцвечивать ее турецко-персидскими мотивами, я не знаю.

А теперь о том же, но иначе. В самом свежем рейтинге европейских городов Москва удостоилась упоминания в трех категориях и оказалась не очень дружелюбной, ее жители не очень хорошо одеты, а кухня оставляет желать лучшего. Лондон назван самым дорогим и самым грязным городом, где при этом еще и самая плохая кухня и самые плохо одетые жители. Зато в Лондоне самые лучшие в Европе городские парки, бесплатные развлечения и самая интересная ночная жизнь. Париж оказался наименее дружелюбным и самым перехваленным европейским городом, зато его жители одеты лучше всех, и кухня – самая лучшая. Столица Франции оказалась второй среди самых грязных городов Европы, уступив Лондону и опередив Афины. А в категории «Самый романтичный город» Париж уступил Венеции. Самые дружелюбные к приезжим жители живут в Дублине, Амстердаме и Эдинбурге. Самыми скучными городами Европы признаны Брюссель, Цюрих и Дублин, а самыми чистыми – Копенгаген, Амстердам и Барселона, причем Барселона еще и опередила всех по красоте архитектуры.

Вопрос: как в это смысле выглядит Ереван и на какое место вы бы его поставили?

Ницца – Вильфранш (Франция)

Портрет в лазурном интерьере

Следуя устоявшемуся правилу сравнивать чужое со своим, автор не стал пренебрегать им и сегодня, решив подобрать незнакомому подходящий аналог из знакомого. Сказать, что все вышло наилучшим образом, автор, увы, не скажет, но обнаружить некоторые похожести ему все же удалось.

Природно-географические прелести Монако с административным центром Монте-Карло во главе вполне сравнимы с ландшафтными красотами Ехегнадзора с курортом Джермук в центре картины. Даже с учетом изъятия из первоначальной карты Армении Средиземного моря (но не забывая о неповторимой красоте джермукских водопадов), надо бы помнить и о том, что если все монакское княжество можно пересечь за каких-нибудь пятьдесят минут, то и на обход Джермука потребуется ничуть не больше. Вот вам еще одно сходство. В принципе сопоставима и численность населения: в Монако живет чуть больше тридцати пяти тысяч человек, а средняя продолжительность жизни здесь приближается к восьмидесяти годам, что для армянских горцев тоже не сенсация.

Вопросы начинаются дальше. Ведь если очень постараться, в Джермуке, как и в Монако, тоже возможны автомобильные гонки по схеме «Формула-1», но в Монако в отличие от Джермука в футбол не поиграешь. Потому что, если врезать по мячу сильно и с душой, он залетит либо в соседнюю Францию, либо в Италию, которая тоже рядом. Такая уж это страна: площадью в два квадратных километра (почти вдвое меньше территории Центрального парка в Нью-Йорке и едва ли больше нашего старого Норка в предместье Еревана), протяженностью береговой линии в четыре километра и длиной сухопутных границ – примерно столько же. Правда, карликовое государство пытается каким-то образом вырасти из коротких штанишек и нельзя сказать, что совсем уж безуспешно: за последние двадцать лет к его территории приросло почти сорок гектаров земли, и произошло это за счет осушения прилегающего водного пространства.