Черная нить горизонта - Игорь Федорцов

− Так спрашивайте!

− Еще ничего не готово! - палач показал на разложенный инструмент. - Ко всякому разговору следует приступать подготовленным. Когда я учился в Мохэ.... У меня аттестация носокомия и рекомендации самого Геллена... так вот когда я учился, мой учитель на каждый диспут приходил с ворохом книг и записей. В них он искал подтверждения своим доводам и опровергал доводы оппонентов. Эти железки и есть мои книги, − рассмеялся Амбуаз. - Непохожи?

− Мы можем говорить и так. У нас не диспут.

− Я не вполне уверен в вашей искренности. Вдруг вы о чем-то умолчите? О том, о чем хотелось бы узнать. Или станете выгораживать человека, чьи прегрешения вопиют о наказании. Примерном наказании.

Амбуаз склонил голову, рассматривая Кайрин, долго и внимательно.

− Вы знаете, что вы красивы? - спросил он, поправляя брагетт и не стесняясь своего возбуждения.

Кайрин не решилась ответить. Ведь ответ мог ускорить действия палача.

− Вот видите, вы уже сейчас упрямитесь отвечать на пустяковые вопросы, а что будет когда мы перейдем к вопросам важным?

− Знаю, − едва произнесла Кайрин.

− Но сейчас вам это не поможет. Понимаете о чем я?

− Нет.

− Многие пленницы пытаются обратить свою красоту себе на пользу. Подкупают своих тюремщиков. Удар полегче, еда получше в обмен на свою красоту и ласки. Даже клянутся в любви. Да-да! Бывало и такое. А все почему?

Кайрин поняла, от нее ждут вопроса. И ей нужно спрашивать. Необходимо.

− Почему? − постаралась она сохранять спокойствие.

− Палач единственное препятствие попасть туда, − Амубуаз указал вверх. - На небо. Многие ознакомившись с действием части нашего инструментария, мечтают скорее предстать перед Создателем. Но не все удостаиваются такой великой милости.

− Я ничего предлагать не буду.

− Хотите, поспорим?

− Не буду.

− Будете! Ведь время когда вас будут пежить, это время без боли.

− Я ничего предлагать не буду, − заупрямилась Кайрин. Признавать его правоту еще тяжелее, чем ею воспользоваться.

− Поверьте мне, будете. Будете. Как только дело дойдет хотя бы вот до этого, − палач достал из очага тонкую иглу и приложил палец. Отдернул и поплевал на ожог. - Еще малость.... Стоит ее ввести в ухо... Неповерите, ухо крайне чувствительно к боли. Чувствительней даже вашего чочуле*. Моя речь вам понятна?

− Понятна.

− Глупо об этом спрашивать уроженку Венчи. Так вот, пытуемый должен быть надежно зафиксирован. Некоторые хитрецы пытаются покончить с жизнью. Ведь войди игла на дактиль глубже и пронзит мозг!

Кайрин замотала головой не желая слышать страшные слова. От его речей она теряла мужество быстрее, чем от вида самих предметов.

− У вас дивные волосы, − покачал головой палач. - У меня есть не большая коллекция. Волосы лучше не состригать, а снимать вместе с кожей. Так они долго хранятся, не теряя блеска.

Сквозь камень послышались удары колокола.

− Скоро начнем, − пообещал Амбуаз.

− Так что вам от меня нужно? - крикнула Кайрин в отчаянии. Слабость, наконец, взяла над ней верх. Палач добился то, чего хотел.

− Опять задаете вопросы. Что нужно? Что нужно? Конечно ответы. Много ответов. Что за странная болезнь приключилась с нашим патриархом Бриньяром? Еще три месяца назад его энергии завидовали молодые, а теперь он похож на эксгумированного полугодовалого покойника. Что вы делали в Старом Городе? Почему остался жив Джэлех? Как он оказался жив? Для чего он вам? Почему столь странно погибла Шари ди Дуце, невинное пустое существо, твердившая о потери вами девственности. И как оказалось, что волхвы не узрели вашу порочность? Что за человек Гроу? Что он вез вам? Почему умер его наниматель шен Матуш. Почему умер сам Гроу? От чьей руки? А ваш брат? Он ваш брат? Вы нисколько не похожи. Думаю, наши беседы затянуться надолго-надолго.

Кайрин мысленно повторила услышанное. На какие вопросы ответить, какие оставить без внимания? Весть что Гроу убит, её не порадовала. Она все равно в Серных Банях. Палач угадал её мысли. Это видно по довольной ухмылке. Она решила повременить с отвечать.

− А что потом?

− Потом это всегда после чего-то...

− После того как вы получите ответы на свои вопросы.

− Я право не знаю. Вы так говорите, будто заранее согласны добровольно и честно ответить. Согласны?

− Да, − выдохнула Кайрин.

− Легкость, с какой вы сказали, означает, на самом деле вы собираетесь что-то утаить. Нам нужны не просто ответы, а честные ответы. Без малейшей утайки. Вы, наверное, подумали как на исповеди? Умоляю! Вы же не наивная деревенская шена. На исповеди говорят только то, за что рассчитывают получить прощение и отпущение грехов. А вот то, за что никакого прощения не будет, остается тут, − Амбуаз постучал себя по лбу. − И потребуется много часов и усилий узнать сокрытое.

Он отвернулся и через плечо показал ей очередную пыточную принадлежность. Очень похожую на большие клещи.

− Это называется паук. Им вырывают грудь у женщин....

Палач достал из огня раскаленную выгнутую сетку с отверстиями глаз и рта.

− Морда, − пояснил он, вновь погружая приспособление в самый жар огня. - Стоит ее один раз приложить к лицу и отпечаток навсегда украсит обладателя своеобразным рисунком.

Последняя демонстрация носила психологический характер. Многолетний опыт Амбуаза показывал, пока у женщины остается нетронутым лицо, она цепляется выжить. Но приложи ,,морду" и надежды канут в небытие. С такими, потом ни до чего не договориться. Визжат, воют, несут околесицу повредившись умом. Для них ,,морда" означает гибель всего. Красота для женщины, что донжон для крепости. Последний оплот бытия. Большинство (бывают, конечно, и исключения) выдержав многое, перед ,,мордой" пасуют.

− Представьте, останется от вас туловище и голова. Согласно вере Кайракана, рейнх Натан обязан заботиться о супруге до скончания дней, − продолжал копаться в инструментарии Амбуаз. − Иногда это хорошо. Иногда плохо. Он может прийти в отчаяние и лишить вас жизни. Кайракан не простит ему такого греха. Как видите, ваши прегрешения косвенно повлияют и на его судьбу. Справедливо ли это? А ведь, наверное, кто-то, может и он сам, взывал к вашему благоразумию, просил не делать глупостей, не лезть в дела результат которых не предсказуем.

"Не делать глупостей... Не делать глупостей...", − эхом отозвалась мысль. Костас! Он просил её не делать глупостей. Просил остаться дома! Он знал! Знал!

Палач вытащил из огня раскаленные клещи.

− Начнем? − спросил он разрешения.