Академия чаросвет. Тень - Ольга Ярошинская

– Седьмой дом нам нужен как собаке пятая нога, – безапелляционно заявил он. – Роли поделены. Еще одна сила, которая грозится подмять остальные дома, – нет, спасибо.

– Сложно, – прошамкал глава белых псов. Его седые волосы и в молодости были белоснежными – особо благоприятный знак рода. – Если будущее изменилось из-за того, что Расмус Корреган снабжал студентов академии книгами о седьмом доме, то вряд ли мы сможем что-то сделать. Но как знать, вдруг оно и не надо. Чем дольше я живу на свете, тем больше понимаю, что вмешательства редко идут во благо. Поначалу кажется – да, а потом глянешь – и нет…

– Мы поняли вашу точку зрения, глубокоуважаемый Освальд, – нетерпеливо перебил его Эльгред Монтега.

– Судьба человека – что нить в руках богов, – продолжил тот, не обратив никакого внимания на Эльгреда. – Если есть узелок, так значит, он нужен. Развяжешь – и весь узор насмарку. Когда-то седьмой дом был настолько силен, что озарял темную половину. Всем хватало места, а зеркала отражали истинный свет. Люди жили в любви и достатке.

– Я поддерживаю ваше мнение, – согласился Артирес. – Седьмой дом может быть благом. Давайте подождем. Посмотрим на перспективы. В будущем, по прогнозу оракулов, нас ждали серьезные волнения на сумеречных землях, не так ли?

Оракул кивнул, подтверждая его слова.

– Так может, в этом новом варианте реальности мы избежим кровопролитий?

– С каких это пор Альваро боится драк? – усмехнулся Монтега.

– Ни с каких. Но первыми мы не лезем, – отрезал Альваро. – А вот кого ты боишься, Эльгред? Слепого библиотекаря?

– А он и не из седьмого дома, – подал голос Тибальд. – Мы все видели ковер. Птица распахнула крылья. Но без истинной темной крови этого не случилось бы. Библиотекарь может хоть обчитаться своими книжонками, если некому зажечь свет.

– Кто-то должен был возглавить седьмой дом, – кивнул Монтега.

– Именно, – щелкнул пальцами Тибальд. – Наследник. Или наследница. В прошлый раз свет вспыхнул в женщине из теней.

– В женщинах темная кровь сильнее, – вновь пустился в рассуждения Освальд. – Истинный свет загорается, когда встречаются двое, предназначенные друг другу судьбой. А ведь я читал, из-за чего началась давняя война домов. Из-за женщины, которая вспыхнула, полюбив главу дома черных котов. Он был давно и прочно женат, наследники не желали делить власть отца с кем-то еще…

– Может, вернемся к теме беседы? – предложил Монтега, едва скрывая раздражение.

– Так я и говорю, – удивленно продолжил Освальд. – В седьмом доме есть истинная суть. Встречаются тьма и свет, божественное воплощение матери и отца. Из их любви рождается жизнь.

– Если позволите, в Сумерках недавно произошло нечто примечательное, – подал голос мужчина, сидящий до этого тихо и чуть в стороне от стола.

Глава службы эквилибров держался особняком, не принимая ничью сторону. Перед назначением на пост он по традиции отрекся от рода и дома, чтобы не иметь личной заинтересованности. Он звал себя Серым, словно какая-то тень, но Артирес видел в нем яркий безжалостный свет.

– Река, протекающая между Правыми и Левыми Порожками вспыхнула как зеркало, – продолжил он. – Чар, который дежурил на сторожевой башне, засек время. Свет горел не менее получаса.

– Быть может, студенты забавлялись? – предположил Грай.

– Вся река светилась, насколько было видно из башни. Чтобы заставить реку сиять так долго, понадобился бы целый отряд чаров. Расставить их с ровными промежутками, синхронизировать время… – Серый покачал головой. – Реку словно напитали светом совершенно иного качества.

Все умолкли, а потом заговорили разом.

– Значит, седьмой дом возродился в Сумерках!

– Перетряхнуть их там хорошенько и найти!

– Нужно знать точно!

– Мы знаем достаточно – местонахождение, – перебил голоса спорщиков Серый. – Свет разлился от Правых Порожков.

– В Сумерках зреет сопротивление, – напомнил оракул. – Восстание неминуемо.

– В наших силах ослабить бунтовщиков уже сейчас, – предложил Тибальд.

– Один из центров, по нашим данным, как раз в Правых Порожках, – поддакнул оракул.

– Наследник седьмого дома – все равно что знамя, за которым поднимутся тени, – задумался Монтега.

Глава дома черных котов молчал, но его зеленые глаза зло сверкали. Освальд из белых псов склонил седую голову на грудь и, кажется, задремал.

– Да и пусть себе поднимаются, – отмахнулся Грай, осклабив белые зубы. – Как будто мы с ними не справимся.

– Потери плохо скажутся на экономике, – попытался воззвать к разуму Артирес.

– Если гниет палец, то не надо ждать, пока зараза перекинется на всю руку, – возразил Тибальд. – Мы можем решить две проблемы одним махом.

– Я против, – подал голос Стерх Уилсон.

– А я предлагаю лишить голоса Стерха Уилсона, главу дома черных котов, – произнес Тибальд. – Это справедливое требование, раз уж Расмус Корреган, замешанный в предательстве, вышел из-под его крыши. Надеешься возвыситься за счет седьмого дома?

– А ты не веришь в мое человеколюбие? – усмехнулся Стерх.

– Ни капли.

– Ты прав, Расмус Корреган из моего дома, а значит – под моей защитой. У меня тоже есть требование: я настаиваю, чтобы его выпустили из цитадели и вернули домой. Он не сделал ничего плохого.

– Нет, – категорично отказал Тибальд, подняв руку и предлагая голосовать.

Монтега, оракул и, тьма бы его побрала, Грай тоже подняли руки.

– Расмус Корреган должен остаться в цитадели если не как обвиняемый, то как особо ценный свидетель, – кивнул Грай.

– Мы выясним, что он скрывает, – тихо пообещал Серый, и от его голоса у Артиреса мороз продрал по коже.

– Темная кровь! – выкрикнул Освальд, резко вскинув голову, и Тибальд, серебряный лев, успокаивающе похлопал его по плечу.

– Мы проследим, чтобы и ты, и темная кровь могли и дальше спать спокойно, – снисходительно пообещал он.

Голосования по более важным вопросам так и не вышло, и Артирес был рад. Тьма знает, откуда вылез этот несчастный библиотекарь, но он появился очень кстати, чтобы прикрыть и тень, и бабочек Бастиана.

Он нагнал Стерха Уилсона в коридоре, и какое-то время они шли рядом молча.

– Значит, новые возможности? – спросил Стерх.

– По крайней мере, это интересно, – осторожно ответил Артирес.

– Согласен, – кивнул тот.

Глава 20. Практика по твареводству

Я сидела за столиком ресторана, на окнах которого висели роскошные шторы из тяжелого алого бархата. У нас в Сумерках штор не вешали никогда – не было в том нужды, каждую крупицу света считали за благо. Распорядитель зеркал вел строгий учет лучей, и за то, чтобы получить дополнительные полчаса света на свой огород, тетя Рут каждый месяц отстегивала тридцать монет. Но на солнечной половине ценили тень и прохладу.

– Ты как будто не здесь, – заметил Бастиан, взяв меня за руку, и по моей коже тут же заплясали