Академия чаросвет. Тень - Ольга Ярошинская

– Я не могу тебе сказать, – прошептала Фелиция, и ее глаза наполнились слезами. – Мне так жаль, Мэди, но я не могу тебя подталкивать. Все так хрупко, так ненадежно. Один шаг – и все пропало.

– Я увижу Расмуса снова? – спросила я, сделав еще один глоток.

– Может быть.

– Выходит, он и правда мой отец?

– Так и есть.

– Он знал обо мне?

– Нет, – ответила Фелиция, даже не задумавшись. – Он не знал. Но он защитил тебя когда-то, Мэди, и делает это сейчас. Остается надеяться, что не напрасно.

– Эти люди приходили за мной, – поняла я. – Они увидели у Расмуса связь с седьмым домом, но на самом деле они ищут меня!

– Только давай без резких движений, – быстро попросила она. – Расмус умен, он пустит их по ложному следу, потому что отчасти говорит правду. Библиотекарь, снабжающий студентов академии чаросвет не теми книгами, мог и правда изменить множество судеб. А вот чего он точно не хочет, так это чтобы его дочь добровольно сдавалась в руки эквилибров.

Серая стража оракулов следила за равновесием в мире, но раньше я не задумывалась, какими средствами оно достигалось.

– Больше в дом Расмуса не ходи, – строго приказала Фелиция. – Может, ты и не попадешься, но рисковать не стоит. Ты все равно не найдешь там больше ничего интересного, кроме того факта, что ты Корреган.

– А вам это все зачем? – спросила я у Фелиции. – Зачем вы помогаете мне, пусть и так… дозированно. Что такого ужасного в будущем, что вы решили его изменить?

Фелиция помолчала, посмотрела на меня испытующе, словно не зная, можно ли мне доверять, и ее губы вдруг задрожали.

– Фалько, – призналась она, и две слезинки стремительно выкатились из ее глаз, прочертив на щеках влажные дорожки.

– Он умрет? – испугалась я и, потянувшись через стол, сжала ее тонкие пальцы, но Фелиция мотнула головой.

– В Сумерках зреет сопротивление. Чтобы усмирить повстанцев отправят боевых чаров. Такие большие потери, Мэдерли! Столько крови! Не чаров, конечно, теней. Фалько будет в одном из отрядов. Не в первую волну, так в следующую, или потом. Как я ни крутила вероятности – он пойдет туда.

– Его ранят? – спросила я, но Фелиция вновь покачала головой и запрокинула ее выше, чтобы удержать слезы в глазах.

– Он убьет человека, – сказала она. – И больше никогда не будет прежним.

Чай закончился, и я посмотрела на несколько чаинок, собравшихся на дне. Они напоминали черную птичку, распахнувшую крылья.

Люди в Сумерках роптали все чаще. О свете и равенстве говорили все громче.

– Но восстания может и не быть? – тихо спросила я, и на этот раз Фелиция кивнула и посмотрела на меня с такой отчаянной надеждой, что мне стало стыдно.

Зачем я вообще терзаю ее вопросами? Я ведь и так знаю все, что нужно, но трачу время на ерунду.

Тени в моей голове улеглись. По крайней мере, теперь я поняла, что должна делать.

– Спасибо, – сказала я. – Чай очень вкусный.

***

Бастиан вошел в башню и замер, прислушиваясь к звукам, доносящимся сверху. Тихо поднялся по лестнице, стараясь не шуметь, приоткрыл дверь в спортивный зал. Мэди была там, в белой майке, синих штанах и босиком. Волосы она завязала в высокий хвост, а на ее запястье блестел браслет Альваро.

Сперва Найрин, а потом и ректор атаковали его вопросами о браслете, заставив задуматься – уж не поступил ли он опрометчиво с этим подарком. Но Бас все же надеялся, что Найрин уймется, а госпожа ректор будет вынуждена накинуть Мэди баллов, когда он привезет подтверждение помолвки от отца. Ему хотелось защитить Мэдерли и от нападок ревнивых девчонок, и от возможного отчисления, и от всего мира.

А она в это время готовилась защищаться сама.

Мэди подсмотрела в тетрадку Расмуса, а потом плавно соединила руки и резко развела их в стороны.

Брызги света сорвались с ее пальцев сияющими каплями, но растаяли, не долетев до пола.

– Это не так делается, – не выдержал Бастиан, и Мэди подпрыгнула от неожиданности.

– Ты меня напугал! – укоризненно воскликнула она, повернувшись к нему.

– А ты меня очаровала, – признался он.

– С чарами у меня не очень, – вздохнула она. – Покажешь, как это делается?

Бастиан бросил сумку с учебниками на пол, стал позади Мэди и взял ее руки в свои.

– Смотри, когда соединяешь руки, своди не столько пальцы, сколько центры ладоней, как можно плотнее. Надави сильнее. Энергия сольется в один канал, чувствуешь?

– Я чувствую, что ты прижимаешься ко мне очень тесно, – проворчала она. – Это отвлекает.

– Ты обедала? – спросил он. – Я искал тебя в столовой, но Фалько сказал, ты не приходила.

– Я пила чай. Давай ближе к делу. Дальше что?

– Теперь разведи ладони. Пальцы должны быть напряжены и вытянуты.

Мэди послушно развела руки, и свет ударил из ее пальцев лучами.

– Получилось! – воскликнула она, развернувшись к нему, и Бастиан, улучив момент, обнял ее и прижал к себе.

– Пойдешь со мной на свидание? – спросил он, отчего-то волнуясь как мальчишка.

– Пойду, – согласилась Мэди. – Только сперва еще потренируюсь.

***

Пол в зале был выложен черно-белыми плитами, как шахматная доска, и Артирес Альваро не мог отделаться от ощущения, что играет самую важную партию в своей жизни. Здесь присутствовали главы всех шести домов и один оракул от совета. Семь человек собрались, чтобы решить судьбу мира, а восьмой сидел чуть в отдалении, у колонны, сливаясь с тенью.

– Что-то не сходится, – проворчал Эльгред Монтега, глава дома рыжих котов, и задумчиво пролистал доклад еще раз. Его голубые глаза на миг вспыхнули чаросветом, проверяя документ на подлинность.

– Отчего же, – пожал плечами Тибальд Дюрен, прозванный серебряным львом. Артирес подозревал – он сам подобрал себе это имя и аккуратно внедрил в обиход. – Расмус Корреган из дома черных котов уже был завязан в альтернативном варианте будущего. Это даже логично – все равно что попасть в наезженную колею.

– Куда проще, чем проложить новый маршрут, – важно подтвердил оракул. – Реальность инертна. Изменить ее не так-то просто.

– Однако нас пытаются убедить, что слепой библиотекарь из захудалого рода меняет мир, просто подсовывая детям книжки, – едко заметил Монтега.

– Ты что-то имеешь против дома черных котов? – вскинулся Стерх Уилсон, как будто его погладили против шерсти, и Монтега миролюбиво поднял ладони.

– Давайте сосредоточимся на цели, – предложил Грай Равий из дома красных псов. Артирес возлагал на него большие надежды. – Как мы можем вернуться на нормальную дорогу, и надо ли нам это вообще. Быть может, возрождение седьмого дома откроет новые возможности?

Тибальд Дюрен так энергично замотал