Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

я помнила перед тем, как потеряла сознание, это вспышку голубого цвета и крик напавшего на меня мужчины.

Я передернула плечами, отгоняя навязчивые мысли.

— И как продвигается твоя работа в Бергтауне? — предприняла я еще одну попытку докопаться до сути.

На лбу Макса проявилась глубокая морщина.

— Честно говоря, пока не очень, — признался он. — Я не думал, что этот заказ окажется практически невыполнимой задачей. Иногда легче найти потухшую звезду на небосклоне, чем… — Макс замолчал и, закинув голову, задумчиво уставился в небо.

Больше я не решилась спрашивать его. Толку от этого все равно не было никакого, зато вопросов без ответов становилось еще больше.

Что так усердно Максимилиан Флем ищет в Бергтауне или, возможно, кого?

В том, что Макс был занят именно поиском, я теперь была совершенно уверена. Он проводил дни и ночи напролет, прочесывая город и его окрестности и разыскивая какого-то конкретного человека или людей. Его не останавливала ни грязь, ни горные кручи, ни местные бандиты.

Я было решила, что хоть немного приблизилась к разгадке тайн Максимилиана, когда вдруг вспомнила о завтрашнем бале. И тут все мои логические рассуждения рухнули. Максимилиан идет на Летний бал — мероприятие, на которое можно попасть лишь в паре. Получается, несмотря на всю кажущуюся занятость, Флем нашел время на то, чтобы обзавестись романтическим знакомством.

Я резко остановилась посреди дороги.

— Мия, в чем дело? — голос Макса выдернул меня из собственных мыслей. — Ты не замерзла?

— Совсем нет, — я и не заметила, когда просунула руки в рукава его пиджака.

Расставив руки в стороны, я помахала ими, точно крыльями.

— Там, откуда я приехала, так же выглядят огородные пугала, — вспомнила я.

Макс изобразил на лице ужас:

— Вот, значит, как я выгляжу, когда надеваю пиджак!

Он рассмеялся, а я завороженно смотрела, как лучатся его глаза в лучах восходящего солнца. Надо же, только что был задумчивый и хмурый, и вдруг так заразительно смеется, точно нет у него никаких забот.

Максимилиан заметил мой изучающий взгляд.

— У тебя красивые глаза, — слова будто сорвались с моих губ.

Теперь мужчина внимательно смотрел на меня. Я смутилась и отвела взгляд.

— Ты удивительная девушка, Мия Винд, — произнес Максимилиан.

Внутри словно стало теплее от этих слов, но я тут же одернула себя — это всего лишь ответный комплимент.

— И что же во мне удивительного? — все же, не удержавшись, спросила я.

— Много чего, — не сводя с меня медовых глаз, сказал Макс. — Например, ты не стесняешься того, что приехала из деревни, и спокойно рассказываешь, как обстоят дела в этих ваших Больших Котлах.

Я вспомнила о том, что поначалу как раз долго утаивала название родной деревни, но я точно никогда не стеснялась своего происхождения — это было правдой. Поэтому, как только я озвучила название Большие Котлы матушке Бульк, я перестала его скрывать и от других.

— И что? — вернулась я к разговору. — Что в этом удивительного?

— Не многие девушки признаются, что они родом из деревни, — Макс мягко прикоснулся к моему плечу, направляя в переулок, выходящий на улицу Синих птиц.

— Не вижу в этом ничего зазорного, — удивилась я. — Я родилась в Больших котлах, всему что я знаю, я научилась там. Так почему я должна этого стесняться?

— Понятия не имею, — откликнулся Макс, и я чувствовала, что сейчас он искренен.

У меня перед глазами возникла родная деревня, бескрайнее поле с травами, родительский дом и маленький домик Вуны. Не то, чтобы я соскучилась по Большим котлам, но в груди вдруг что-то защемило.

— А еще я не часто встречал девушек, которые открыто заявляют то, что думают, — Флем хитро прищурился. — А главное чистую правду.

Я в недоумении уставилась на него, и Максу пришлось пояснить:

— Про мои красивые глаза, — остановившись, он деланно захлопал ресницами, и я расхохоталась. — Надеюсь, ты это не всем мужчинам говоришь.

— Пожалуй, кое-чему мне стоит поучиться у городских девиц, — я закатила глаза.

— Это чему же? — поинтересовался Максимилиан, когда мы снова зашагали к дому.

— Меньше говорить и думать о других, и больше о…

— Себе?

— О нарядах! — закончила я, и потянула на себя ручку, раскрывая перед нами тяжелую красную дверь гостевого дома.

Максимилиан не обманул: Матушка Бульк действительно не спала. Она сидела на подсвеченной парящими светильниками кухне и машинально помешивала в чашке наверняка уже остывший чай.

— Мия! — воскликнула старушка, едва мы вошли. — Слава всем богам! Я так волновалась!

— Не о чем было беспокоиться, — мягко произнесла я, обнимая ее. — Я просто задержалась в лавке и решила там же и заночевать.

Мы с Максом уселись на соседние стулья.

— И правильно сделала, — неожиданно похвалила меня Лусия. — Не знаю, зачем ему понадобилось нестись туда посреди ночи. Говорила же я вам, что с ней наверняка все в порядке, — произнесла матушка, обращаясь уже к Максу.

Я удивлено перевела на него взгляд.

Макс прокашлялся, а потом протянул:

— Для вашего же спокойствия, Лусия.

— Я и так была спокойна, пока ты, точно ополоумевший гусак, не разбудил меня, выспрашивая, где Мия, — буркнула Матушка.

Интересная получалась история, но сейчас я решила в нее не углубляться, еще будет время расспросить матушку о подробностях.

— Что ж, раз все нашлись и все живы-здоровы, я, пожалуй, отправлюсь все-таки спать, — Лусия соскользнула со стула, шурша изумрудным атласным халатом, надетым поверх ночной сорочки. — Если, конечно, никто не возражает, — матушка многозначительно скосила глаза на Макса, но больше ничего не сказала.

Тот лишь виновато развел руками.

Где-то в глубине дома за матушкой Бульк захлопнулась дверь. Я до сих пор не знала, где находится спальня самой Лусии.

— Наверно, нам тоже нужно поспать, уже и правда поздно. Или рано, — сказала я, просто чтобы что-то сказать.

Мне совсем не хотелось уходить из кухни, где, благодаря приглушенному свету шаров, сейчас была такая уютная атмосфера.

— Не так уж и поздно. Или рано, — решительно заявил Макс. — Ты наверняка продрогла, пока мы сюда шли.

— В общем-то мне было теп…

— И чтобы ты согрелась, я просто обязан напоить тебя горячим чаем, — быстро закончил Флем.

Похоже не мне одной