Дети Грозы - Тиа Атрейдес

— Как же, Ваше высочество? Все танцуют эста-ри-касту! — продолжала допытываться одна из фрейлин.

— У меня нет настроения.

— Не стесняйтесь! Или вам не с кем танцевать? — снова вступила Ристана. — Перевелись благородные рыцари в нашем королевстве… неужели никто так и не пригласит Её Высочество?

— Окажите честь, Ваше Высочество. — Лощеный аристократ, острым лицом и выражением глаз напоминающий куницу, подступил к Шуалейде и отвесил нарочито-изящный поклон.

— Другой раз, милорд. — Младшая принцесса попыталась отодвинуться, но толпа придворных стояла слишком плотно.

— Ах, простите, дорогая! Как я не подумала… вы же, наверное, не умеете… — Ристана жалостливо покачала головой. — Не волнуйтесь, эста-ри-каста очень простая. Её даже селянки по праздникам танцуют.

— Ничего подобного, Ваше высочество! С чего вы взяли? Я просто не желаю.

— Полно, милая сестра. Не танцевать на первом балу? — Ристана обратила на кавалера притворно строгий взор. — Что же вы, сишер? Извольте…

Момент показался Дайму вполне подходящим для явления благородного избавителя юных принцесс из пасти злого дракона. Он прекратил прикидываться незаметной деталью интерьера и театрально вышел из воздуха чуть позади Ристаны. Придворные, заметив его, насторожились. Куницеподобный хлыщ отдернулся от Шуалейды, словно гуль от серебра.

— Ваше Высочество, дивный вечер, не находите? — обращаясь к старшей принцессе, Дайм дружелюбно улыбнулся младшей.

Её Высочество обернулась, сияя улыбкой, но её раздражение не могло укрыться от мага.

— Ах, маркиз! Рада вас видеть…

— Ваше Высочество, как всегда, великолепны. — Маркиз поклонился. — Представьте меня вашей очаровательной сестре!

— Вы так редко бываете в Суарде. Расскажите же нам, как здоровье Его Всемогущества? Что нового при дворе? — Ристана протянула ручку для поцелуя и попыталась оттереть маркиза от сестры подальше, делая вид, что не услышала второй его фразы.

— Наш Светлейший Император, да не оскудеет милостивая длань Райны над высоким престолом, как всегда, в заботах… — он вежливо поцеловал воздух около кончиков надушенных пальцев и тут же повернулся к Шуалейде. — Ваше Высочество, безмерно счастлив встрече!

— Добрый вечер, маркиз. — Сумрачная одарила его чуть напряженной улыбкой и изучающим взглядом. — Рада знакомству.

— Я столько наслышан о Вашем Высочестве! — Он осторожно завладел рукой Шуалейды и склонился над ней, согревая дыханием и бережно касаясь губами. — Я надеюсь, вы не сочтете за труд оказать коллеге содействие в научных изысканиях.

— Вы мне льстите, маркиз. Разумеется, я попытаюсь, если мой скромный опыт будет вам чем-то полезен.

— Не такой уж и скромный. Вашему Высочеству, несомненно, знакомы теории двойственности Чиаверо Бундарке?

По загоревшимся интересом глазам девочки Дайм понял, что нащупал нужную струну. Теперь немножко лести, немножко флирта — и сумеречная будет его. А Ристана может хоть до зеленых гоблинов дуть губки и поводить плечиками. На главу Тайной Канцелярии примитивные женские уловки не действуют.

— Тирис Бродерик придерживается несколько своеобразных взглядов… — продолжил Дайм. — У Вашего Высочества имеется последний сохранившийся в Империи трактат магистра Дундарке об аспектах взаимодействия вероятностных потоков в условиях высокоэнергетических полей, не так ли?

— Вы имеете в виду взаимопроникновение спектров при расширении ареала воздействия заклинания?

— Да, в том числе. Меня больше интересует принцип отрицания вероятностей.

— Я не совсем ещё разобралась… эта теория полностью противоречит классическому представлению о взаимодействии разноспектровых энергопотоков при создании композитных метаструктур реальности…

— О, простите, Ваше Великолепное Высочество! — Дайм окинул выразительным взглядом поскучневшие лица придворных и изобразил смущение. — Похоже, мы рискуем быть обвиненными в незаконном применении усыпляющих заклятий к цвету валантской аристократии!

— Не хотелось бы утомлять благородное общество столь далекими от поистине важных вопросов моды материями, Ваше Высочество, — поддержала его Шуалейда.

— С позволения Вашего Высочества, я похищу вашу прекрасную сестру? — обращаясь к Ристане, Дайм добавил в голос немного льда. — Осмелюсь предположить, исполнением эста-ри-косты Её Высочество изволит почтить благородное общество несколько позже.

— Конечно, маркиз. Боюсь, ещё немного высокоученых разговоров, и мои фрейлины позабудут собственные имена. — Старшая принцесса ослепительно улыбнулась. — Надеюсь, вы вернете мою дорогую сестру в целости и сохранности.

— Не извольте беспокоиться, Ваше Высочество.

Слегка поклонившись Ристане, Дайм подал руку Шуалейде и, продолжая беседу о трудах несправедливо позабытого в Империи теоретика магии, повел её прочь. Придворные послушно расступились, и он уловил облегченные вздохи.

— … вам этот трактат, маркиз.

— Буду весьма признателен. Вы простите меня, Ваше Высочество?

Принцесса вопросительно приподняла бровь.

— Я так и не представился. Если позволите…

— Ваша Светлость маркиз Дайм Дукрист, глава Тайной Канцелярии. — Шуалейда озорно улыбнулась в ответ. — Вас трудно не узнать. Герцог Дарниш много рассказывал о вас.

— Неужели? Надеюсь, Его Сиятельство не упоминал о том, что я кушаю на завтрак младенцев?

— Что вы, маркиз! Его Сиятельство не выдает государственных тайн. Он всего лишь порекомендовал, увидев вас, сразу чистосердечно признаваться во всех грехах и просить о снисхождении. Тогда, быть может, Ваше Превосходительство не изволит нас кушать на ужин… о! Кажется, я проговорилась…

— Ай, как неосмотрительно. Но, раз уж Ваше Высочество признались, то не изволите ли продолжить беседу на свежем воздухе? Пожалуй, Наше Превосходительство проявит милосердие, если Ваше Высочество раскроет парочку самых страшных государственных секретов.

— Маркиз… право, вы не оставляете мне выбора.

— Разумеется. А разве сишер Дарниш не предупреждал Ваше Высочество, что юным очаровательным принцессам очень опасно попадаться на глаза Нашему Превосходительству?

Шу второй раз за вечер оказалась очарована. Вряд ли маркиза можно было назвать красивым: ему достались все фамильные черты Кристисов, от длинноватого носа с горбинкой и словно вырубленного в камне подбородка до почти сросшихся бровей. Но характерную для императорского рода жесткость скрашивала мягкая открытая улыбка и тепло бирюзовых, как морская вода, глаз. Он сам напоминал Шу обманчиво спокойное море, полное опасной силы и тайн — в скрытой от глаз глубине. Море, в любой момент способное из ласкового котенка превратиться в бешеного дракона, сминающего корабли одним взмахом крыльев.