Дети Грозы - Тиа Атрейдес

Шу второй раз за вечер оказалась очарована. Вряд ли маркиза можно было назвать красивым: ему достались все фамильные черты Кристисов, от длинноватого носа с горбинкой и словно вырубленного в камне подбородка до почти сросшихся бровей. Но характерную для императорского рода жесткость скрашивала мягкая открытая улыбка и тепло бирюзовых, как морская вода, глаз. Он сам напоминал Шу обманчиво спокойное море, полное опасной силы и тайн — в скрытой от глаз глубине. Море, в любой момент способное из ласкового котенка превратиться в бешеного дракона, сминающего корабли одним взмахом крыльев.

Разве можно устоять, когда тактический маневр по спасению от сестрички с подпевалами в его исполнении прошел столь изящно и непринужденно? И к тому же, настоящий светлый маг! По сравнению с тяжелой и вязкой аурой темного, бело-лиловые потоки Света успокаивали и согревали, словно парное молоко.

Принцесса наслаждалась обществом Дукриста и удивлялась, как же он не похож на того опасного и безжалостного человека, что описал Урман шер Дарниш. В двадцать пять лет — глава Тайной Канцелярии, единым словом умиротворяющий самых оголтелых нарушителей спокойствия, Тихий Голос Императора, что доносит волю повелителя без лишней помпы и шума, но с неотвратимостью горной лавины.

К любопытству Шу примешивалась некоторая доля опасений. Как бы ни был очарователен и внимателен светлый, подозревать его в бескорыстии не приходилось. Оставалось только надеяться, что интересы маркиза не противоречат её собственным.

Шу плохо удавалось сохранять бдительность — романтический полумрак сада рассеивали цветные фонарики, тихонько журчал фонтан, из бального зала доносились приглушенные звуки скрипок, голос маркиза обволакивал свежим бризом, а его улыбка опаляла жаркой волной.

Дайм рассказывал истории из жизни Метрополии и внимательно изучал принцессу. Вопреки слухам, предубеждениям и основному правилу дипломатии, Шуалейда нравилась ему все больше. Её искренний восторг и смущение невинным флиртом, непривычная естественность — никакого набившего оскомину жеманства. И наряд, и манера держаться, и легкость, с которой Шуалейда приняла игру — всё противоречило образу настоящей принцессы. Ни следа наигранной скромности и беззащитности, ни намека на попытку соответствовать нарочитому блеску двора. Чертополох среди орхидей. Непросто ей придется рядом с Ристаной Великолепной.

В маркизе пробуждалось давно позабытое чувство — беспокойство за чужую жизнь, желание оградить и защитить.

Теперь уже он подпал под очарование. Дайм начинал понимать Рональда, с пылом влюбленного юнца зовущего Шуалейду в ученицы. Он сам все больше желал быть рядом, чувствовать её, как чувствуют животные близкую грозу, слышать запах леса перед дождем, погружаться с головой в прохладную, клубящуюся синим и лиловым магию: в резкую, пряную и опасную, но в то же время манящую глубину Сумрака.

Наверное, обычные люди воспринимают её иначе. Видят лишь резкую, угловатую и странную девочку, но для мага… Дайму она казалась притягательней первых красавиц Империи. Скорее даже это чувство можно было сравнить с влечением воина к совершенному оружию, ученого к древним книгам гномов… наркомана к ках-бришу.

Да, вот это похоже…

Светлый усмехнулся пришедшему в голову сравнению.

Интрига обещала быть на редкость увлекательной: играть против тёмного не только в политике, но и побороться за сумеречную колдунью. И пусть она сейчас ближе к Тьме, нежели к Свету — тем острее интерес.

Дайму надоело ходить вокруг да около, Шуалейде тоже, и со светской ерунды разговор перешел к более интересным предметам.

— Конечно, Ваше Высочество, придворный маг хорошо знаком со многими влиятельными лицами, но я не сказал бы, что весь имперский Конвент от него в восторге.

— Но почему именно магистра Бастерхази направили в Суард? Разве мало светлых?

— Интриги, Ваше Высочество, интриги. Магистр ученик самого Великого Паука, а на тот момент партия тёмных определяла политику Конвента. Магистру Тхемши удалось протолкнуть на совете нужную кандидатуру. Через пару лет Конвент опомнился, но сменить придворного мага гораздо сложнее, чем назначить нового. Для этого требуются более чем веские основания, а Рональд до сих пор умудряется прикидываться белой овечкой — ни одного следа прямого воздействия, ни одного доказательства его причастности ни к болезни Его Величества, ни к исчезновениям слабоодаренных шеров, ни к заговору против принца.

— К болезни отца? Но, как же так… Мне казалось, что отец просто стар, и болезнь его не имеет магического происхождения…

— О да. Прямого воздействия и не было — Рональд осторожен. Но иногда достаточно просто соответствующего питания, тревожного известия, невнимательности слуг и отсутствия лекаря в нужный момент… Абсолютно недоказуемо, но очень эффективно.

— Ваша Светлость, но ведь в комнатах Кейранна я нашла артефакты, несущие болезнь и безумие, ослабляющие волю… разве нельзя доказать, что это дело рук Рональда?

— Наверняка он не делал их сам, и даже не брал в руки. Вы почувствовали отпечаток его ауры хоть на одном из них?

— Не прямо. Но связь определенно была.

— Не все так чувствительны к вторичным связям. Не говоря уже о том, что вы брали в руки эти предметы, и ваши следы заглушат все остальные. Так что, при изворотливости Рональда, вы же ещё и окажетесь виноваты.

— Но как? Как я смогу противостоять ему? У меня нет ни знаний, ни опыта, ни достаточных сил… у меня даже учителя нет, кроме тириса Бродерика. Он замечательный ученый, но он не маг! Всё приходится искать методом научного тыка! Я сама не знаю, к чему приведет использование очередного нового заклинания… Маркиз, вы сами маг, как вы учились?

— В основном тем же методом, Ваше Высочество. Я понимаю, Рональд наплел вам гоблиновых песенок — поделиться опытом, научить всему, что знает сам… но вряд ли это возможно.

— Но почему?

— Слишком велики различия между магами. Тем более, у вас только одна общая стихия. Уж лучше наставник-теоретик. По крайней мере, не даст вам иллюзии безопасности и ложной уверенности в собственной правоте.

— Но тогда зачем вообще Академия? Если на самом деле там никого и ничему не учат?

— Разве я сказал, что невозможно ничему научить? Практические азы, собственный опыт под присмотром грамотного преподавателя, плюс книги, лекции и верно подобранное направление работы, плюс адекватная оценка результатов — Академия неплохо готовит магов.

— Как бы я хотела туда попасть… У нас в Валанте совсем мало магов. Берри говорит, что до магистра Рональда было больше, но многие уехали. В Суарде почти никого не осталось.