Весенний марафон - Марина Порошина

– Да… н-никак, – растерялся Василий. – П-пес. Или п-парень. А что?

– Нет, это неудобно, – решила Катерина, задумчиво поглаживая подставленное пузико. – Пусть будет… Умка! Он же умный. И тебе будет говорить легко. Вот скажи – Умка.

– Умка, – послушно сказал Василий и с умилением посмотрел на Катеньку – это же надо так здорово придумать – Умка. Ему бы и в голову не пришло. И Катенька сказала ему «ты»!

Умка тоже был счастлив и готов обожать Катерину. От гостьи пахло очень приятно, и пузико она чесала так восхитительно, почти как сам хозяин. А Василий так разошелся, что в конце концов спел Катерине под гитару – так, как мечтал. Сперва из «Весны на Заречной улице», потом про шоферов – «Есть по Чуйскому тракту дорога», а потом, и вовсе расхрабрившись, – «Мурку». Катенька смеялась и даже хлопала, Умка подвывал, и вечер удался на славу!

…За разговорами не заметили, как добрались до Малого Куяша. Катерина достала конверт и прочитала Васе адрес, и пока он крутился по двум имевшимся в селе улицам, вслух прочитала письмо, благо, почерк был четкий, красивый – учительский: « Здравствуйте, уважаемая Катерина Титова! Пишет вам Галина Ивановна Травкина, глава крестьянского хозяйства «Берегиня». Очень хорошее дело вы делаете! В наше время люди одинокие и потерянные нуждаются в духовной поддержке ничуть не меньше, чем в материальной. Я сама не одинока, слава Богу, у меня есть муж и трое взрослых сыновей – двое в армии, младший учится в техникуме. Но вот какая у меня к вам просьба… даже не знаю, с чего начать. Дело в том, что у нас в селе не много рабочих рук – кто уехал, кто спился, кто просто работать не желает. Поэтому приходится брать на работу в прямом смысле кого попало: одного жена из дома выгнала за пьянку, другой освободился из мест лишения свободы и, пока сидел, остался без жилья, третий просто бомж. Не все из них, кстати сказать, пьяницы и бездельники, иногда просто судьба складывается у людей так, что без посторонней помощи им не выбраться из тупика.

Вот и я прошлой осенью «пригрела» семерых таких гавриков, пожалела – замерзнут ведь на улице. Урожай собрали, зиму прожили, весной двое ушли, а пятеро остались – в поле работать и скотниками, а один даже в технике понимает. Мужики оказались толковые и даже не особенно пьющие. И вот я подумала: а может быть, помочь им познакомиться с женщинами, создать семью. У нас в селе и с жильем вопрос можно решить, да у меня у самой мамин дом стоит пустой, потому что мама ко мне переехала, ей одной трудно. Если получится что – мне прямая выгода, семейный мужик за работу держится. Да и просто по-человечески их жаль, хочется помочь. А как – не знаю, женщин у нас в селе мало, опять же пьют некоторые, а другие от моих архаровцев шарахаются, как черт от ладана. Если хотите – приезжайте, посмотрите, как мы живем. А если поможете – спасибо. С уважением, Травкина Галина Ивановна ».

Галина Ивановна Травкина оказалась крупной, высокой, кустодиевских статей женщиной. Катерина сразу заметила, как восхищенно загорелись глаза Василия. Но вскоре и она сама стала смотреть на Травкину точно так же: Травкина ей понравилась. Фермершей и предпринимательницей она стала пять лет назад. Бывшая учительница литературы, она, осталась без работы после того, как вмешалась в конфликт своей коллеги с директором школы. Директор был не прав, и ему пришлось уволиться, но и Травкина обрела репутацию склочницы – вечная участь борцов с ветряными мельницами. Уезжать из села, где прожили несколько поколений ее предков, Травкина не захотела, а другой школы и другой работы в селе не было. Тогда и появилось на свет крестьянское хозяйство «Берегиня». Хлебнули с мужем всякого: и рэкета, и угроз, и кредитов по грабительским процентам – но выстояли.

А еще Травкина из тех людей, про которых говорят – в каждой бочке затычка. То задумает создать крестьянскую школу, то с главой сельсовета, который ветеранов прижимает, воюет, то школьный музей создает или за бабками деревенскими старинные сказки записывает. Скучая по учительской работе, ездит в соседний райцентр, в тамошнем ПТУ преподает литературу и маркетинг. С детишками деревенскими в походы ходит, рассказывает им местные легенды. А теперь вот задумала мужиков своих пристроить, потому что она за них, как и за все село, отвечает – раз уж приручила.

Катерина провела в Малом Куяше целый день, вполне понимая, что именно за такие вот особенные встречи она и любит свою профессию (кто говорит – что вторую древнейшую, кто – первую), что дарит она порой встречи с таким вот, например, человеком, как Травкина, которая именно себя назначила ответственной за то, чтобы все не рассыпалось к чертовой матери, чтоб не прервалась связь времен. И не за деньги, не за славу она хлопочет, а потому, что иначе не может на своей земле жить, потому что она близким своим и селу своему – Берегиня. Поговоришь с такими людьми – и сам подтянешься, хоть и не под Лениным, а себя почистишь.

…Василий сперва ходил за Катериной по пятам, потом куда-то исчезал и снова появлялся. В конце концов Катерина поняла, что он ходит не за ней, а за Травкиной, и исчезает, когда Катерина беседует с «архаровцами» или с односельчанами. И когда они, нагруженные банками с вареньем, домашней тушенкой и парным молоком, отбыли наконец домой, Катерина спросила Василия:

– А тебе, я вижу, Галина Ивановна понравилась? – просто так спросила, даже и без ехидства.

– Т-такая женщина! – восхищенно покрутил головой Василий, не отрывая, однако, глаз от дороги. – Ради нее можно все б-бросить!

– Да ты с ума сошел! – расхохоталась Катерина. – Совесть поимей, она же замужем.

– А ты видела этого м-мужа? – вскинулся Василий. – Сморчок!

«Сморчка» Катерина видела, поэтому возражать не стала, только плечами пожала.

– У него руки не тем концом! – завелся Василий. – Ты бы видела, как он к-крышу в сарае перекрывал! Е-мое! – От возмущения он отвлекся, проворонил яму на дороге и виновато покосился на Катерину. – А эти ее ханыги! Не знаю, к-какие они там с-скотники, а уж этот, к-который с тракторами, – ему бы точно коровам х-хвосты крутить. Я обещал Г-Галине на неделе заехать, помочь. В технике п-понимать надо.

– А ты и в тракторах понимаешь? – задремывая под его страстную речь, из вежливости спросила Катерина.

– А как же! Я в армии в т-танковых войсках с-служил, механиком. Трактор – тот же т-танк. – Василий помолчал и, вздохнув, добавил: – Ей бы вместо этих дармоедов одного мужика т-толкового – и пошло бы дело. А то бьется женщина одна, с-смотреть жалко.

– Ну давай бросай работу, переезжай в Малый Куяш, отбей ее у мужа и женись – вот это будет кино! Двухсерийное, – даже проснувшись по такому поводу, подзудила Катерина.