Пограничные стрелки - Макс Брэнд

Я готов подтвердить это на любом судебном разбирательстве под присягой.

Входить в подробности сейчас нет смысла, и вам было бы неприятно узнать о них. Тело находится у меня. Вы, конечно, понимаете, что меня это беспокоит. Сообщите, как им распорядиться. Но, надеюсь, вы быстро сообразите, как меня избавить от него.

Преданный вам,

О. Х. Мартин».

Бросив бумагу в огонь, Уэлдон смотрел, как пламя превращает ее в черный пепел, затем в белые хлопья, которые в конце концов унеслись в трубу благодаря каминной тяге.

— Вы давно подозревали это? — наконец спросил он.

Она кивнула.

— И не могли сказать мне?

— Нет.

— Вы подозреваете кого-то, кто дал яд вашему отцу?

— Я знаю, кто его дал!

— Кто же?

Она покачала головой:

— Не могу вам этого сказать.

— Но я встречался с этим человеком здесь?

— Да.

Он закусил губу. У него сразу же возникло множество вариантов. Но прежде, чем он успел задать следующий вопрос, в дверь постучали и вошла тетушка Мэгги с дымящейся чашкой молока.

— Отдохните и успокойтесь, — сказала она девушке. — Я не уйду, пока вы это не выпьете!

Элен О'Маллок взяла чашку с блюдцем:

— Молоко слишком горячее, тетушка Мэгги. Я выпью его, когда оно остынет.

— А что вы скажете об этом мистере? — с вызовом спросила тетушка Мэгги, кивнув на Уэлдона. — Он снова останется с нами?

— У тебя много дел, тетушка Мэгги, и сейчас самоё время с ними управиться, — спокойно промолвила девушка. — Ты не должна оставаться здесь, чтобы сплетничать. Конечно, мистер Уэлдон останется с нами!

Но как только тетушка Мэгги вышла из комнаты, Элен вопросительно посмотрела на него.

Парень был в замешательстве.

— Не знаю, — наконец пробормотал он. — Останусь, если я вам нужен. Но вы справляетесь и без меня. Держите меня в неведении. И кажется, можете обойтись без моей помощи!

Элен вполне владела собой, но ее хриплый голос звучал еле слышно, когда она заговорила:

— Ни одной живой душе я не осмеливалась признаться в своих подозрениях. И сейчас еще не могу рассказать всего. Только хочу попросить вас остаться со мной на этот последний день. Для меня это вопрос жизни и смерти. Но это вопрос жизни и смерти также и для убийцы моего отца. А без вас я беспомощна сделать что-нибудь, если вы не останетесь. Вы можете, не задавая вопросов, остаться и сделать то, о чем я вас попрошу?

Ответ сорвался с его губ, казалось, помимо его воли.

— Я останусь до конца, — серьезно сказал он.

Вздрогнув, она закрыла глаза и принялась поглаживать маленькую, с коричневой мордочкой кошечку, которая взобралась на кровать и теперь лежала, свернувшись, возле девушки, довольно мурлыча.

— Они не будут ждать, — продолжила Элен. — Они умны и осторожны, но они не станут ждать, я в этом уверена. Слишком многое для них поставлено на карту, они незамедлительно нападут.

— На вас?

Она не ответила на вопрос. Вместо этого промолвила:

— Смотрите, бедняжка умирает от голода!

Кошечка, принюхиваясь, тянулась к чашке с молоком.

Элен налила немного молока в блюдце, и кошечка с жадностью его вылакала. Она налила еще, и снова молоко мгновенно исчезло.

Наконец кошечка оторвалась от блюдца, закрутила хвост вокруг передних лап, слизала капли с усов и полуприкрыла глаза в блаженной сытости.

Элен поднесла чашку к губам.

— Это все, что у вас на завтрак? — нахмурившись, спросил Уэлдон.

— Это все, что мне нужно. И…

В этот момент кошечка спрыгнула с постели и подбежала к двери.

— Она хочет вернуться к тетушке Мэгги, — объяснила Элен. — Вы не откроете ей дверь?

Уэлдон тотчас подошел к двери, но котенок, выгнув спину дугой, неожиданно бросился на него и зашипел.

— Что с ним такое? — удивился он.

Котенок пронзительно мяукнул, выгнув спину еще сильнее и подтянув живот.

Элен О'Маллок повернулась на постели.

— Молоко! — неожиданно воскликнула она. — Он только что пил молоко!

Уэлдон понял, и лоб его покрылся холодным потом.

Что касается котенка с коричневой мордочкой, его агония была недолгой. Он вертелся, словно искал, куда спрятаться. Затем, вскочив на ближайший подоконник, вцепился коготками в решетку и, наконец, ослабев, упал на пол и замер. Белая пена выступила на его губах.

— Это негритянка! — воскликнул Уэлдон. — Я вас предостерегал относительно этой женщины, а теперь она…

— Нет, нет! — неожиданно звонким голосом отозвалась девушка. — Она не имеет никакого отношения к этому. Тетушка Мэгги? Да она во всем свете самая преданная душа! Но вот другие… — Она оборвала свою речь. — Попросите тетушку Мэгги, пожалуйста.

Уэлдон вышел на лестничную площадку и позвал негритянку, которая весело ему ответила. Вскоре она появилась и вразвалку стала подниматься по лестнице, часто и тяжело дыша.

— Вверх-вниз, вверх-вниз, и так весь день! — пожаловалась кухарка. — Я работаю за троих, мистер Уэлдон, а получаю за одного. Это несправедливо. Я намерена прекратить это!

Она прошла мимо Уэлдона, так как он сообщил ей, что ее требует к себе хозяйка.

Уэлдон поспешил за ней и вовремя очутился у двери, чтобы услышать крик тетушки Мэгги.

Когда же вошел в комнату, в ее больших и сильных руках уже лежало хрупкое, безжизненное тельце кошечки.

— Я дала ей немного молока, — пояснила Элен.

— Молоко! — вскричала тетушка Мэгги. — О Господи, прости их!

— Ступай к доктору Уоттсу, — велела Элен О'Маллок. — Поезжай как можно быстрее. Сообщи ему, что ты дала мне утром молоко. После этого у меня были спазмы и я умерла с пеной на губах!

Пораженная, тетушка Мэгги застыла у двери.

— И еще скажи доктору Уоттсу, что мистер Уэлдон вернулся рано утром, но я отослала его, так как была сердита на него за то, что он оставил дом вчера вечером!

Глава 41

ДВЕРЬ В СТЕНЕ

Тетушка Мэгги, вытаращив глаза, выслушала эти странные распоряжения. Цепляясь за косяк двери обеими руками, она пробурчала, негодуя:

— А если вы умерли, что тогда я должна говорить?

— Ты видела, как я умирала, тетушка Мэгги. У меня были страшные конвульсии. Вскочив с постели, подбежала к окну и забарабанила по оконной решетке. Затем бросилась назад и, распростершись на полу, скончалась!

— О Господи, прости меня! — простонала пожилая женщина, прикрыв рукой глаза.

— Успокойся, тетушка Мэгги, я же, в конце концов, не умерла, — улыбнулась Элен.

— Нет, нет, дорогая, благодарение Господу! — воскликнула негритянка, смеясь и плача.

— Так вот, ты отнесла мое тело на постель, скрестила мои руки на груди и закрыла мне глаза. Слышишь меня, тетушка Мэгги?