Единственная для темного капитана - Мира Никитина

Да, мои пациенты ни на минуту не оставляли меня с моими мыслями. И я была счастлива. Я, наконец- то занималась тем, чем всегда хотела. Я была на своем месте.

Частенько ко мне в гости забегали смешливая Марика со своей мамой Леей и младшим братиком. Лея всегда приносила мне что-нибудь вкусненькое, как знала, что плюшки в сахаре — моя слабость. Я начинала привыкать к этому городу, знала в лицо и по имени всех его немногочисленных жителей.

Однажды Грета позвала меня с собой и подвела к восхитительному, как с картинки из детской книжки, домику. Деревянный, выкрашенный белой краской, с голубыми резными наличниками и красно-коричневой черепицей.

Я ахнула от восторга, когда Грета сказала, что этот домик теперь мой. Горячо поблагодарив ее, я тут же побежала осматривать свое новое жилище. Это была жизнь мечты, и мне хотелось, чтобы так было всегда.

Но стоило мне остаться одной, как вся радость померкла. Сердце мое словно горело и плавилось, причиняя невыносимую боль. Что-то тут не так. Почему это происходит, только когда рядом со мной никого нет? Застонав, я прижала руку в пылающей груди.

— Ювина, — дверь распахнулась и в домик вбежала веселая Марика. Ее голубые глазки светились доброжелательностью, но мне все вокруг теперь стало казаться слишком…зловещим. Ненастоящим.

— Нет! — закричала я, стараясь не обращать внимания на то, что боль в груди резко прекратилась, а мои мысли пытались принять обратно благостное настроение, — уйди, Марика. Выйди из моего дома!

Девочка непонимающе посмотрела на меня, и на глазах ее выступили слезы обиды.

— Нет, — шептала я, зажмурившись, — я не дам тебе себя одурачить!

— Милая, я принесла тебе свежей выпечки, — раздался голос Леи, а моего носа коснулся соблазнительный запах сдобы. Но я упорно продолжала стоять, не отвечая и стараясь сосредоточиться на своих ощущениях.

— Ювина! — раздался истошный мужской крик, — моя жена рожает. Пожалуйста, помоги ей, что-то не так с ребенком.

Сердце мое сжалось, и я чуть было не плюнула на все и не побежала спасать роженицу. Но вовремя одумалась и, зажав уши ладонями, изо всех сил закричала:

— Вон! Все вон из моего дома! Вы все ненастоящие.

— Это все ненастоящее, — потрясенно прошептала я, наконец осознав, что происходит вокруг меня, — Гард, боги. Гард!

Я открыла глаза. А рядом со мной больше никого и ничего не было. Ни Леи с пирогами, ни малышки Марики, ни приветливого городка с его очаровательными домиками. Вокруг меня снова простиралась бескрайняя черная степь.

Облегченно вздохнув, я прислушалась к теплому огоньку в груди и двинулась вперед.

______

Идти пришлось даже дольше, чем в первый раз. Силы незаметно покидали меня, и я с трудом заставляла себя двигаться вперед. Но в тот момент, когда мои ноги оказались стерты в кровь, а горло распухло и саднило от жажды, мой слух уловил благословенный звук — мягкое журчание воды. Из последних сил я кинулась вперед, почти не замечая, как вокруг меня вырастает восхитительный оазис. Ярко-зеленые, блестящие жирные листья растений, высокие пальмы и тысячи удивительных цветов, всевозможных форм и расцветок, источающих вокруг сладкие, манящие ароматы. Воздух был плотным и влажным, так, что мое платье мгновенно намокло. Смахнув выступивший на лбу пот, я закрутилась вокруг себя, выискивая источник привлекшего меня звука. Раздвинув мясистые огромные листья, я оторопела. Передо мной стоял прекрасный, величественный дворец из белого мрамора и золота. Он сиял на солнце так, что слепило глаза. Я на цыпочках двинулась вперед, осматриваясь в поисках людей.

Но вся моя осторожность испарилась, стоило мне заметить фонтан. Золотая статуя, изображающая полуобнаженную нимфу и мужественного героя, омывалась высокими хрустальными струями воды, к которой я жадно припала, никак не в силах утолить жажду.

Внезапно моего слуха коснулся веселый переливчатый смех. Которому вторил до боли знакомый мужской голос. Тихо обойдя фонтан, я приблизилась к роскошному шатру, вход в который закрывали невесомые занавеси. Дрожащей рукой я убрала ткань в сторону и заглянула внутрь.

И чуть не оглохла от страшного грохота.

Кажется, это разбилось мое глупое сердце.

Глава 51

На широком круглом ложе, окруженный тремя прекрасными длинноволосыми и ясноглазыми нимфами в легчайших накидках, сидел Гард. Его поза была расслабленной и довольной. Сильное тело облачено в белую распахнутую на груди рубаху и того же цвета широкие штаны. Длинные черные волосы рассыпаны по плечам, и он изредка откидывает их назад, прожигая голодным взглядом каждую из девушек. Его мужественное лицо идеально красиво, нет больше привычного мне шрама. Нет ни усталости, ни затаенной боли в синих глазах. Он по-настоящему счастлив, я это чувствую.

Я случайно задеваю камешек под ногой, и этот звук привлекает собравшихся. Четыре пары глаз одновременно смотрят на меня. Девушки — презрительно, а Гард — равнодушно. И это ранит меня до глубины души.

— А, это ты…, - вздохнув, протягивает он, — зачем пришла?

— Кто это, милый? — щебечет одна из девушек, ревниво глядя на меня, и перебирая тонкими пальчиками волосы Гада.

— Моя жена, — безразлично пожимает плечами Гард.

— Но как же так? Разве ты не любишь меня? — на моих глазах наворачиваются слезы, — ты же клялся в храме перед ликом богини. Ты обещал любить меня, беречь и быть верным до конца наших дней.

— Я передумал, — хмыкнул Гард, поглаживая круглое бедро одной из нимф, — зачем мне ты, если к моим услугам теперь любая? Стоит мне щелкнуть пальцами, и здесь мигом выстроится очередь желающих доставить удовольствие своему господину.

Нимфы согласно защебетали.

— Но…я люблю тебя, — растерянно пробормотала я.

Гард поморщился:

— Уволь меня от этих соплей. На что мне твоя любовь, если моего внимания жаждут десятки, сотни? Уйди с глаз долой. Ты мешаешь мне наслаждаться этим восхитительным обществом, — взгляд Гарда утонул в более чем смелом девичьем декольте.

А я, глотая слезы обиды, поспешила покинуть негостеприимный сад с шатром.

Только ступив под прохладные мраморные своды дворца, я смогла унять бешеное сердцебиение. Хотя предательницы — слезы все же выступили на глазах и теперь скользили солеными дорожками вниз по лицу. Я не понимала, за что он так со мной. Я была ему хорошей, верной женой. Я любила его больше жизни. А он меня? Ошеломленно замерев, я начала лихорадочно думать. Была ли его любовь ко мне настоящей? Или просто отражением моих чувств. Тряхнув головой, я упрямо поджала губы. Нет, я знаю, что Гард любит меня, я вижу это в его глазах. Чувствую в частичке его души, что сейчас теплится в моем