Единственная для темного капитана - Мира Никитина

Я подбежала к нему и рухнула рядом на колени.

— Как тебе удалось побороть силу внушения? Это невозможно, — кричала герцогиня, приближаясь к нам.

— Уходи, — пытаясь оттолкнуть меня, рычал Гард, безуспешно пытаясь подняться.

— Ни за что, — я вцепилась в его подрагивающие плечи, — я никогда тебя не оставлю, — глядя в синие глаза, медленно и раздельно произнесла я, чтобы точно услышал и понял.

Он взял мою руку и положил себе на грудь, крепко прижав.

В этот момент между нашими ладонями появилось приятное тепло. Которое с каждой секундой становилось все жарче, а вспыхнувший свет все ярче.

— Что…, - начала было герцогиня.

Но Гард уже поднялся, увлекая меня за собой. Наши тела словно налились невиданной силой, а магия усилилась стократ.

И герцогиня это поняла.

С дикин криком она подряд метала в нас черные сгустки, но Гард словно играючи отбивал их один за другим.

Вновь спрятав меня у себя за спиной, он стал наступать на герцогиню. Когда она допустила секундное промедление, он пустил в нее поток тьмы, который впился в ее тело. Тьма заползала в ее глаза, ноздри, уши. И вытекала обратно, забирая ее собственную тьму до капли.

Я же, с трудом оторвав взгляд от разыгравшейся передо мной сцены, с ужасом поняла, что почти не чувствую Гарда. Что его личность растворяется, стираемая поглощаемой тьмой. Этой сущности было слишком много, и даже наша любовь не могла ее сдержать.

Гарда под моими ладонями, которыми я крепко держалась за его спину, затрясло и через мгновение он повалился на землю.

Герцогиня черной кучей того, что от нее осталось, лежала недалеко от нас.

С трудом перевернув Гарда на спину, я с тревогой вгляделась в его лицо. Из него стремительно уходили все краски, а черты заострялись.

Я в ужасе прижала руку к его груди, но не смогла почувствовать ни сердцебиения, ни дыхания.

Я закричала и стала вливать в него все силы, что у меня были.

Не знаю, сколько времени это продолжалось, но ничего не помогло.

Гард был мертв.

Глава 48

Вокруг ничего не изменилось. Совсем.

Черная сухая земля под нами не разверзлась, и небеса не рухнули. А я с недоумением смотрела и не понимала, почему? Почему все так, как-будто ничего не произошло?

Словно моя душа сейчас не раскололась надвое и теперь медленно умирает, разорванная своими же осколками.

Я уже не плакала, не кричала. Я была опустошена, выпотрошена, иссушена.

Сидела рядом с телом Гарда и просто гладила его волосы, лицо, руки. Наверное, я прощалась. Или еще на что-то надеялась.

Не знаю, мне теперь было все равно. Боги не услышали мои молитвы. Мои безграничные силы оказались совершенно бесполезны. Все теперь было бесполезно.

Я не знаю, как выбраться отсюда. И откуда вообще? Где мы?

Не важно. Теперь все не важно. Зачем мне куда-то выбираться теперь?

Я посмотрела на клокочущие небеса и внезапно разозлилась.

Я вскочила на ноги и во всю силу легких закричала:

— Ты обманщица, Диса! Ты же показала мне мою судьбу! Я видела нас вместе! Живых, счастливых! Никакая ты не богиня…, - силы мои иссякли, и я разрыдалась.

— Ну зачем уж так категорично, — раздался рядом со мной мелодичный голос, словно много маленьких хрустальных камешков одновременно ударили друг по другу.

— Ой, — я последний раз всхлипнула и застыла, пораженная.

Передо мной, окутанная мягким светом тысячи искр, стояла молодая девушка. Я видела очертания ее идеальной фигуры и нечеловечески прекрасного лица. Но, отведя взгляд, уже потом не могла вспомнить.

— Кто вы? — прошептала я.

— Я — та, кого ты здесь несправедливо обвиняла, — улыбнулась девушка.

— Диса? — недоверчиво спросила я.

— Именно, — девушка продолжала дружелюбно улыбаться.

— Ты пришла покарать меня?

Диса фыркнула и рассмеялась.

— Нет, уж. Это по части моего братца Алидиса. Я пришла помочь, раньше не могла. Дела, сама понимаешь.

Я потрясенно кивнула. Диса взмахнула рукой, и все тело Гарда оказалось осыпано переливающейся золотистой пыльцой.

— Это сохранит его тело, пока ты будешь искать душу.

— Что?

— Его душу сможешь вернуть только ты, Ювина.

— Что нужно для этого сделать?

Диса вздохнула.

— Давай я тебе сначала немного расскажу про это место. Не переживай, время у нас еще есть, — заметив мой испуганный взгляд, метнувшийся к Гарду, сказала она.

Я послушно присела на сотворенный богиней стул и приготовилась слушать.

— Герцогиня пыталась переместить тебя за занавес, — указав глазами на небо, начала она, — если бы не Гард, боюсь, ей бы это удалось, и ты не прожила бы и получаса. Но ему удалось задержать ваше перемещение, и до завесы вы просто не долетели.

— Где же мы?

— В междумирье. Это нейтральная территория, на которой действуют свои правила. Поэтому у тебя есть шанс спасти его душу. Законы жизни и смерти здесь тоже свои, — подмигнула она мне, — самое главное, о чем ты должна помнить — в этом месте все может оказаться не тем, чем кажется на первый взгляд. Не верь своим глазам, и даже разуму. Верь только сердцу. Оно проведет тебя.

— Что я должна буду делать?

— Пройти испытание. Не спрашивай, как оно будет проходить. Даже если бы и знала, я бы не смогла сказать. Магия этого места видит тебя, знает твои потаенные страхи и желания. И все это будет использовать против тебя, помни об этом.

Я кивнула.

— Я заберу его, — Диса нежно посмотрела на Гарда, — а когда найдешь его душу, вы вернетесь в наш мир вместе. Мы будем ждать.

— Ты говоришь так уверенно…

— Я богиня, — фыркнула Диса, — мне по должности положено.

Я невольно улыбнулась.

— Как я узнаю, что испытание началось?

— Поверь мне, ты поймешь. Когда мы уйдем, держи путь в ту сторону, которую тебе подскажет сердце, и ты окажешься там, где надо.

— Я готова, — склонившись над Гардом, я в последний раз посмотрела на его застывшее лицо и слегка сжала холодную руку, — я верну тебя. Обещаю.

— Тебе пора, — Диса взмахнула на прощанье рукой, и они с Гардом исчезли в вихре яркого света, от которого я невольно зажмурилась, — Удачи, — словно эхо донесся до меня ее голос.

Постояв несколько минут на том же самом месте, я закрыла глаза и прислушалась к себе. Первое время ничего не происходило. А потом в моем сердце словно зажегся мягкий теплый комочек света. Я откуда-то знала, что это часть души Гарда, которую он оставил мне, уходя. И так теперь будет всегда, всю нашу жизнь. Его душа во мне, а моя в нем.