Фауст - Лео Руикби

В то время Шёнер не был единственным астрологом Бамберга. Учёный-гуманист Лоренц Бехайм также считался специалистом по астрологии и вдобавок обладал незаурядной юридической хваткой. Виллибальд Пиркгеймер, считавший Бехайма самым образованным человеком своего круга, состоял с ним в длительной переписке, в которой обсуждались вопросы алхимии и астрологической медицины. Во время учёбы в Италии Бехайм встречался с Рейхлином, познакомившим его с тайнами Каббалы.

Важно, что, имея под рукой столь квалифицированных специалистов, епископ выбрал пришлого астролога – Фауста. Доподлинно неизвестно, советовался ли Георг III с Шёнером или Бехаймом, но эти астрологи, вхожие ко двору, могли предоставлять свои советы неофициально, в благодарность за покровительство. Понятно, что общее мнение о Шёнере и Бехайме было выше репутации, обычно приписываемой Фаусту, но то, что в 1520 году епископ выбрал Фауста, было ярчайшим доводом в пользу оклеветанного некроманта.

Роскошная сумма

Что касается суммы, поражают два обстоятельства: то, что деньги были «выданы и пожалованы в награду» и что это произошло в воскресенье. И то и другое предполагает некую публичную церемонию, хотя бы в узком придворном кругу. Вдобавок выплату зафиксировали в документах – значит, из этого не делали секрета. Наконец, интересен размер вознаграждения.

В 1520 году 10 гульденов были значительной суммой. Для сравнения достаточно сказать, что разнорабочий, поденщик получал менее 2 гульденов, ремесленник – 3 или 3,5 гульдена, а солдат – 3–4 гульдена месячного жалованья. При ценах середины XVI века кошелёк нормально питавшегося ландскнехта пустел так быстро, что у солдата не хватало на пиво. Даже вполне состоятельный базельский печатник Джон Аморбах мог тратить на питание и проживание сына, учившегося в университете, только 16 крон в год. Изучая местные экономические порядки, можно заметить, что Фаусту заплатили больше, чем причиталось художнику или переплётчику. Иоганн Шёнер получал за одну переплетённую книгу меньше 4 гульденов. Ганс Вольф, помогавший Альбрехту Дюреру писать портрет Георга III, заработал всего около 2 гульденов. Астрологи – современники Фауста могли зарабатывать большие суммы – по крайней мере, некоторые из них делали такие заявления. Итальянский учёный, инженер и астролог Джироламо Кардано (1501–1576) утверждал, что однажды получил 200 крон за один гороскоп. Более надёжные сведения сообщал Вирдунг, сделавший запись о том, что заплатил 4 венгерские золотые монеты математику Альберту Брудзевському за помощь в составлении астрологических натальных карт.

В XVI веке было трудно оценить точную величину суммы в 10 гульденов. Монета могла называться гульденом, гильдером или флорином, и все эти названия на самом деле относились к золотым монетам, впервые отчеканенным во Флоренции в 1252 году. В XVI веке гульдены чеканились скорее из серебра, чем из золота, а поскольку монеты не имели стандартной курсовой стоимости, то их хождение ограничивалось отдельными экономическими районами. Вообще говоря, гульдены считались монетой южных регионов империи; в Центральной Германии в ходу были талеры, а на севере – марки. Хотя в современных Фаусту письменных источниках и легендах о Фаусте можно встретить упоминания о гульдене, флорине и талере, эти названия не всегда означали одно и то же. Вплоть до 1559 года официальной валюты Священной Римской империи не существовало.

С трудом разобравшись с размером суммы, полученной Фаустом, мы встречаем по-настоящему серьёзную проблему при оценке того, за что конкретно ему заплатили. Несомненно, что Ганс Мюллер был грамотным управляющим, но хотелось бы знать больше подробностей о том, что скрывалось за предельно лаконичной записью в статье о расходах.

Прежние исследования отражают непонимание критически важных моментов. Большинство исследователей интерпретируют оказанную Фаустом услугу как «свидетельство» (Indicium), не предлагая никакого внятного объяснения этого термина. После изучения оригинального документа я пришёл к выводу, что управляющий епископа написал слово Judicium{234}. Термин Judicium означает «заключение» или «суждение» – по крайней мере, именно в этом смысле термин использован в названии текста 500 года н. э. Judicium Dei, или «Суд Божий», посвящённого применению ордалий (церковно-судебных испытаний), а также в тексте середины XIV века Judicium Pillorie. Ещё более знаменательным выглядит использование этого термина в названии работы Николаса Шадека Judicium Astronomicum издания 1524 года. Последнее относится к конкретной астрологической практике, так называемой astrologia judiciaria.

Такая практика, называвшаяся также гаданием по звёздам, имела целью определение человеческой судьбы и развивалась отдельно от направления, называвшегося «естественной астрологией» (или astrologia naturalis) и изучавшего способы астрологического предсказания погоды. Хотя астрология данного типа запрещалась каноническим законом из-за того, что в ней отрицалась свобода воли, епископ мог иметь своё особое мнение о каноническом законе, и, в конце концов, Фауст мог легко выйти из положения, прибегнув к известному тезису о том, что звёзды ходят по небосклону «без принуждения». Только в XVI веке римский папа Сикст V издал буллу, поставившую вне закона не только гадание по звёздам, но и все прочие виды магических искусств.

Шёнер мог оказать епископу такую услугу. Сохранилась также копия гороскопа, автором которого был немецкий историк, математик и астроном Иоганн Карион, впоследствии вместе со своим другом Меланхтоном составивший гороскоп Лютера. В 1547 году Карион опубликовал книгу, посвящённую гаданию по звёздам, – De Ivdiciis Nativitatum, предисловие к которой написал Меланхтон. Возможно, именно мысль о Лютере подтолкнула Георга III обратиться к пришлому астрологу?

Гороскоп

Скорее всего, Фауст начинал карьеру так же, как любой другой астролог XVI века, и мы можем проследить его шаги на примере других. Гороскопы того времени разительно отличались от современных вариантов. Вместо планет, изображённых на диске с размеченными по краю созвездиями, гороскоп XVI века представлял собой рисунок, выполненный в системе из квадрантов, с двенадцатью домами, расставленными по треугольнику вокруг центрального элемента и знаками зодиака, либо проставленными по краям, по три знака с каждой стороны рисунка, либо изображёнными у каждого из домов. Считалось, что поскольку каждый из домов управляет определённой сферой человеческой жизни, то присутствие планет и их взаимное влияние определяет то, как сложатся и в каком направлении разовьются те или иные аспекты человеческого существования.

Сложные средневековые гороскопы постепенно вытеснялись так называемыми эфемеридами, по сути представлявшими собой астрономические альманахи, в которых предсказывалось положение небесных тел. Положение объектов описывалось с указанием координат в градусах, минутах и секундах, что давало возможность определить, в каком знаке зодиака находится та или иная планета. Так, на 23 апреля 1466 года мы находим Солнце в позиции с координатами 11°7′33″, соответствующими знаку Тельца. Кроме того, астрологу приходилось вносить поправки, вычислявшиеся в зависимости от времени и места. Печатные таблицы – эфемериды обычно рассчитывались для крупных городов по состоянию на 12 часов дня, и астрологу приходилось учитывать все отклонения от этих параметров.