Фауст - Лео Руикби

«Расход. Выдано 10 (десять) гульденов досточтимому философу доктору Фаусту, составившему моему господину заключение или карту. Уплачено в воскресенье после [дня] [св.] Схоластики по приказу его преподобия»{232}.

Несомненно, что упомянутое «заключение или карта» было астрологическим предсказанием, а неопределённость слов казначея могла означать либо незнание терминологии, либо нежелание раскрывать некую тайную информацию. Принимая во внимание злобные письма Тритемия (1507) и Муциана (1513), можно лишь удивляться тому, что Фауст мог оказывать услуги епископу. Это также доказывает, что, несмотря на все старания своих врагов, Фауст обладал авторитетом и мог завоевать расположение сильных мира сего. Кстати, это нашло отклик в «народной книге» о Фаусте, где, помимо нравоучений, говорится: «Стал он хорошим астрономом или астрологом, человеком ученым и искусным, наученным своим духом читать по звездам и составлять предсказания погоды, и, как известно многим, все, что он написал, снискало ему похвалы среди математиков»{233}.

По своему значению пост епископа Бамбергского заметно выделялся на фоне других епархий Германии. Епископы Бамберга значились в церковной иерархии сразу за архиепископами ещё с тех пор, как Генрих I фон Бильверсхайм (занимавший эту должность в 1242–1257 годах) получил от императора титул князя-епископа и некоторые суверенные права, унаследованные его преемниками. Клиентом Фауста был не просто епископ, а первейший из германских епископов того времени.

В 1520 году во главе епархии стоял Георг III Шенк фон Лимбург, 40-й епископ Бамберга. Георг, родившийся в 1470 году в знатной дворянской семье, был ненамного старше Фауста и получил хорошее образование. Он поступил в университет Ингольштадта в возрасте 16 лет, успев послужить каноником в соборах Бамберга, Вюрцбурга и Страсбурга. Летний семестр 1490 года он провёл в университете Базеля. Записей об окончании одного или другого университета не сохранилось, но известно, что в 1505 году Георг стал епископом.

Начиная с 1251 года резиденцией епископов Бамбергских была возвышавшаяся над городом крепость Альтенбург. Чтобы попасть внутрь, Фауст должен был перейти по узкому мосту через оборонительный ров и миновать дом с воротами, над которыми угрожающе возвышалась башня-донжон. Дворец епископа, очевидная цель его визита, располагался во внутреннем дворе слева. Полученная Фаустом сумма позволяет косвенно судить об оказанном ему приёме. Он вошёл как почётный гость и как высоко ценимый астролог. Он пришёл ко двору епископа как учёный, а не как торговец, которого пропустили бы через боковую дверь.

Епископ был во многих смыслах нежелательным клиентом. Его высокое положение в церковной иерархии заставляло думать, что епископу не стоило прибегать к услугам астролога, тем более астролога-некроманта. При такой высокой должности Георг III непосредственно участвовал в борьбе церкви против магии. В 1507 году он выпустил новые законы, среди прочего резко ограничившие применение магии. Георг III объявил практическую магию серьёзным преступлением, разрешив использовать пытки и определив наказанием смерть подсудимого через сожжение. Могло показаться, что Фауст вошел в логово льва.

Явное несоответствие между тем, что Георг III, с одной стороны, преследовал магию и, с другой стороны, пригласил Фауста для составления гороскопа, заставляет предположить, что епископ не считал Фауста магом-практиком (или не имел доказательств). В противном случае Фауст с неизбежностью подпадал под действие закона. Даже в начале XVII века это влекло за собой самые страшные последствия для человека. Едва ли можно предположить, что Георг хотел рискнуть своей репутацией и проконсультироваться именно с Фаустом: в Бамберге хватало и других астрологов. Единственный вывод может состоять в том, что среди заявлений Фауста, сделанных (по словам Тритемия) в 1507 году, было нечто, весьма ценное с точки зрения Георга III. Мы можем предположить, что Фауст делал упор на свои философские и астрологические возможности, а вовсе не на некромантию и заклинания. Очевидно, за 13 лет Фауст добился большего, чем предполагали враги.

Несмотря на принятые им новые законы против магии, Георг III был необычайно просвещённым епископом. Двор епископа в величественном Альтенбурге стал раем для художников и высокообразованных людей, таких как гуманист и бамбергский каноник Лоренц Бехайм и Ульрих фон Гуттен. Фон Гуттен вместе с гофмейстером епископа Иоганном фон Шварценбергом собирались даже переводить Цицерона на немецкий. Впоследствии Ульрих фон Гуттен посвятил епископу свою речь о турецкой проблеме, опубликованную в 1518 году. При дворе Георга III часто бывали братья Андреас и Якоб Фуксы – гуманисты и бывшие ученики Крота Рубиана, служившие в учреждениях церкви в Бамберге. Георг спонсировал художников. Взяв в придворные художники Ганса Вольфа, епископ также обеспечивал заказами скульптора Лоя Геринга, а также Альбрехта Дюрера. Переплётчиком у Георга служил почтенный Иоганн Шёнер (Шёнерус, 1477–1547), географ и астролог, позднее ставший профессором математики и астрологии Нюрнбергского университета.

Шёнер был выпускником Эрфуртского университета и вёл собственные исследования в области астрономии и астрологии в Нюрнберге. На старинной гравюре Шёнер изображён в докторском одеянии, с короткой чёлкой, открывавшей высокий лоб, и со слегка удлинённой причёской, смыкавшейся с бородой, как будто состоявшей из отдельных косичек. Мешки под глазами заставляют предположить, что учёный ночи напролёт вглядывался в небо. Перебравшись в Бамберг, Шёнер занялся изготовлением глобусов, на которых изображал последние открытия Нового Света, а в 1515 году напечатал свою книгу по географии, которую посвятил Георгу III. Шёнер питал большой интерес к астрологии, и его более поздние работы были в основном посвящены открытию закономерностей небесных сфер. К тому же Шёнер был довольно непредсказуемым человеком. Он прижил дочь от любовницы и до такой степени забросил свои церковные обязанности, что был лишён доходов от прихода в Бамберге. Но епископ, благоволивший Шёнеру, не оставил учёного без покровительства. Одной из несомненных привилегий была возможность доступа к епископальной библиотеке, где хранились рукописи, считавшиеся древними уже в XVII веке.

В то время Шёнер не был единственным астрологом Бамберга. Учёный-гуманист Лоренц Бехайм также считался специалистом по астрологии и вдобавок обладал незаурядной юридической хваткой. Виллибальд Пиркгеймер, считавший Бехайма самым образованным человеком своего круга, состоял с ним в длительной переписке, в которой обсуждались вопросы алхимии и астрологической медицины. Во время учёбы в Италии Бехайм встречался с Рейхлином, познакомившим его с тайнами Каббалы.