Цветок Грина - Алексей Мишуков

   Нахмурив брови, гардемиец бросил тревожный взгляд в сторону вардарима.

   - Есть одно существенное но, которое все время не дает мне покоя. На сегодняшний день нам неизвестно, что случится с Лексиором, когда он попытается покинуть замок. К сожалению, мои собственные расследования в Деферине ни к чему не привели: мы по-прежнему не знаем, что удерживает его в замке, а потому не имеем ни малейшего представления чего ожидать.

   Эрду подошел к камину и, подбросив пару поленьев в огонь, твердо произнес: - Что бы ни случилось, мы не оставим вас один на один с бедой, ибо защитники своих не бросают.

   Внешне Лексиор оставался спокойным, но где-то внутри его мысли снедала тревога. Сейчас, когда пришло время покинуть родной замок, эта идея уже не казалась такой замечательной. Часть его противилась грядущим переменам и задавала многочисленные вопросы ответов, на которые он не знал. Будущее пугало вардарима, своей неопределенностью; от него хотелось убежать скрыться и больше никогда не вспоминать. Хозяин замка вдруг почувствовал, как под столом дергается его нога: вверх-вниз, вверх-вниз, словно отсчитывает секунды до побега. Он попытался успокоиться и рассеянно оглядел сидящих вокруг стола новых друзей. Их лица расплывались, словно в тумане, а голоса звучали как будто издалека.

   - М-мне нужно отлучиться, - сказал Лексиор и рывком поднялся со стула, - я все понял: в нужный час буду на месте.

   - С тобой все в порядке? - озабоченно спросил Бэнкси, - какой-то ты бледный стал.

   - Да, все хорошо, - выдавил из себя улыбку мужчина, - сам понимаешь, не каждый день приходится покидать дом, из которого не выходил полторы тысячи лет. Это пройдет, - добавил он и, слегка пошатываясь, побрел в сторону лестницы.

   - Вас проводить? - спросил Грин.

   - Не стоит, юноша, я же сказал все в порядке, - проговорил Лексиор и скрылся за колонной.

   - Странно, он как будто испугался, - сказал Грин, - совсем на него не похоже.

   - А кто тут не боится? - сурово отозвался Эрду, - ты? Или, может быть, я? Совсем недавно именно страх гнал нас от черных всадников, потому не нам его судить.

   Внезапно в глубинах зала раздался сильный гром, как будто кто-то со всей силы ударил в гигантский барабан. Когда низкий гул докатился до защитников, свечи с камином мгновенно потухли, и стало непроглядно темно.

   Друзья повскакивали со своих мест и, вооружившись чем попало, начали отступать к окнам, в которые едва пробивался тусклый свет Старда. Пока они наперебой спрашивали, что случилось, Эрду снял со стены секиры и щит, а Льявалла начала творить заклинание. Гардемиец оставил одну секиру себе; вторую вручил Артего, а щит достался Грину, который ко всему прочему успел схватить стоявшую рядом с камином кочергу. Спустя полминуты, девушка легонько хлопнула ладонью по наконечнику посоха, и с него, словно пушинки с одуванчика, вспорхнули зеленые светлячки. Все, кроме одного, потухли также быстро, как и появились. Оставшийся светляк продолжал кружить вокруг эскритки, со временем становясь все больше и больше, пока зал не наполнился изумрудным светом.

   - Вирр в помощь, друзья, - с улыбкой сказала эскритка.

   - Звук, кажется, донесся оттуда, - еле слышно проговорил Эрду, указывая в дальний конец западного крыла. - За мной.

   Держа оружие наготове, отряд осторожно продвигался вглубь зала. Тьма неохотно отступала, то и дело, норовя испугать или обмануть зрение. Неспешным шагом они продвинулись в западную оконечность зала, откуда, по мнению гардемийца, доносился гром. Вирр озарил украшенную мозаикой стену, и они всего на мгновение успели заметить, как по ней скользнула неразборчивая тень. Все, кроме северянина, в испуге отшатнулись.

   - Кто здесь?! - нарочито сурово спросил Эрду. - Назовись.

   Ответом гардемийцу была лишь зловещая тишина.

   Страшась внезапного удара, Грин испуганно озирался по сторонам. В обступающей со всех сторон темноте ему виделись кошмарные чудовища. Он крепче сжал в руке кочергу и, отгородившись от мрака щитом, приготовился сражаться.

   Прошло около минуты, но ничего не происходило. Сбросив оцепенение, защитники принялись обыскивать каждый угол. Страх сопровождал на каждом шагу; мешал трезво мыслить и сосредоточиться на поисках, но никто из них не поддался панике и не бросился наутек. Минуты казались вечностью, от любого шороха сердце замирало в груди, и даже собственная тень порой настораживала.

   Спустя полчаса не обнаружив признаков чужого присутствия, друзья решили вернуться к обеденному столу, где вновь разожгли потухший камин и запалили свечи.

   - Надо поскорей убираться отсюда, - сказал Эрду. - У меня дурное предчувствие и я более чем уверен, что Деферин так просто Лексиора не отпустит. Ночью готовьтесь к чему угодно.

   Когда вардарим покинул защитников, первым делом он направился в оружейную комнату. Миновав дюжину лестниц и коридоров, Лексиор добрался до обитой железом двери и, сняв с груди ключ, вставил в замок. Раздался громкий щелчок отпираемых засовов и, повинуясь сильной руке вардарима, дверь распахнулась. Отыскав среди бочек и ящиков украшенный золотом сундук, он осторожно поместил его на колени. Нащупав по бокам две выемки в форме ладоней, он прижал к ним свои руки и тут же почувствовал исходящее от металла тепло. Крышка сундука медленно отворилась; внутри лежали доспехи из черной кожи, два коротких кинжала в ножнах и серебряная печатка с изображением цветка над которым словно звезды поблескивали три драгоценных камушка.

   - Привет. Давно не виделись, - проговорил мужчина, - нам предстоит долгая дорога.

   Он бережно сложил содержимое сундука в мешок, после чего неспешно побрел в свои покои.

   В назначенный час защитники собрались в каминном зале. Каждый из них облачился в свою обычную походную одежду. На некоторое время внимание привлек вардарим, черные доспехи которого были еле различимы в неярком свете горящих канделябров.

   - Вот это да! - удивленно присвистнул Бэнкси, - как мы тебя от всадников отличать будем? Если вдруг случай снова сведет.

   - Это обмундирование личной стражи дрема, - сказал Лексиор. - У вардаримов черный цвет означает принадлежность к воинскому искусству. Если нам доведется сражаться бок обок, сударь гальмитл, ты уж постарайся меня не спутать; не хочется получить выстрел в спину.

   - Посидим на дорожку? - обратился ко всем Артего.

   - Посидим, - вздохнул гардемиец.

   Спустя несколько минут отряд отправился на каменную площадку у воды, где ждала приготовленная поклажа и две совершенно новые лодки.