Женщина в библиотеке - Джентилл Сулари

Я подхожу к ним. Мэриголд не закончила:

— Пулю достали. — Она радостно меня обнимает. — С ним все будет в порядке.

Мне хочется одновременно смеяться и плакать, но я не такая раскованная, как Мэриголд, поэтому держу себя в руках — едва.

Женщина берет меня за руку. Как я и думала, это мать Каина. Она благодарит меня:

— Полицейские сказали, что, если бы две девушки не сдержали нападавшего, мой сын мог быть мертв. — Голос у нее мягкий.

Я рассказываю ей, что, даже истекая кровью, Каин пытался убедить Уита в том, что мы с Мэриголд не представляем для него опасности. Он пытался нас защитить.

Мэриголд рассказывает ей, что Каин меня любит. Вот так просто — пятилетний ребенок выбалтывает секрет:

— Вы знаете, Каин во Фредди влюблен.

Я смотрю на его мать, имени которой я не знаю. Мне стыдно.

Ее явно удивило заявление Мэриголд, однако она быстро приходит в себя.

— Я так и думала, что у него кто-то есть. — Она все еще держит меня за руку. — Я Сара Меннерс. Это мой брат Билл. Мы очень рады с вами познакомиться.

Билл пожимает мою руку, которую наконец выпускает его сестра.

— Мы ваши должники, — говорит он. — Авель не рассказывал, что у него неприятности. Мы узнали, только когда к Саре постучались полицейские, которые его искали.

— Полагаю, он не хотел вас волновать, — отвечаю я, пытаясь защитить Каина. — И все произошло так быстро.

— Авель… — Сара замолкает, улыбается и начинает снова. — Каин всегда пытался решать свои проблемы сам.

— Да, и смотри, к чему это привело, — бормочет Билл.

— Не обращайте на Билла внимания, — говорит мне Сара. — Он любит Каина как собственного сына.

Каин еще некоторое время будет приходить в себя после операции, поэтому мы идем в буфет. Там, за кофе, мы с Мэриголд рассказываем матери и дяде Каина о том, что случилось. Мэриголд честно признается в своих отношениях с Уитом, объявляет о них, словно на исповеди.

— Нам всем нравился Уит, — подтверждаю я. — Даже Каину. Он всех нас обманул.

— Кажется, он несчастный юноша, — говорит Сара.

Билл утвердительно кряхтит.

Наконец Каин выходит из-под наркоза, и его переводят в палату. Саре и Биллу разрешают его навестить.

Мы с Мэриголд сидим в зале ожидания, не зная, что нам делать.

Когда Сара и Билл возвращаются, Сара говорит нам, что доктор разрешил визит и нам с Мэриголд.

— Он о вас спрашивал, — шепчет она, когда я ее благодарю.

Мэриголд останавливается у двери в палату.

— Я дам вам пару минут наедине, — говорит она, толкая меня вперед. Деликатная, как кирпич.

К Каину подсоединено множество трубок и устройств. Он поворачивает ко мне голову и улыбается, и я едва не падаю от накативших эмоций.

— Анестетик еще не выветрился. — Голос у него хриплый. — Так что не обращай внимания на то, что я говорю.

— Никогда и не обращала, — отвечаю я, сжимая его руку. Из ладони с тыльной стороны торчит катетер, так что я стараюсь его не задеть.

— Мама сказала, вы выжили.

— Да.

Чувствую легкое давление на своей руке.

— Хорошо.

В этот момент входит Мэриголд.

— Мать ты моя! — шепчет она, глядя на Каина. Кажется, она смущена.

Мы тихонько разговариваем. В основном ни о чем. Что тут можно сказать? Я глубоко счастлива. Мне больно от того, что произошло, я не знаю, что будет дальше, но я счастлива. В конце концов приходит медсестра и мягко выгоняет нас с Мэриголд в коридор. Я целую Каина и, выпуская его руку, обещаю, что вернусь. На коже остается след тепла, и я борюсь с желанием вновь до него дотронуться.

Вокруг него начинает суетиться медсестра, с улыбкой проверяя жизненные показатели.

— Господи, как мы проберемся через репортеров? — говорит Мэриголд, пока мы ждем лифт.

Я смотрю на себя — на кровь, испачкавшую куртку и рубашку. Мэриголд тоже в пятнах. Незаметно мы не проскочим. Но сейчас у меня нет сил сражаться с журналистами.

Когда открывается лифт, мы с Мэриголд обсуждаем возможности побега. Поэтому мы не сразу замечаем мужчину, стоящего в углу. Закрываются двери. И мы видим его.

Лео.

Я смотрю на него, сбитая с толку его присутствием:

— Что ты?..

Он улыбается:

— Думал, что буду тебе нужен.

Вопросы для книжного клуба

Когда Фредди, Уит, Каин и Мэриголд в первый раз уходят пить кофе, Фредди упоминает, что так началась ее дружба с убийцей. Кого вы подозревали в этот момент?

Переписка постоянно напоминает нам, что история Фредди выдуманная. Изменило ли это ваше восприятие?

Фредди, Уит, Мэриголд и Каин очень быстро становятся близкими друзьями. У вас был похожий опыт? Какие обстоятельства (помимо выдуманной беды) привели к такой внезапной крепкой дружбе?

Мэриголд настаивает, что «кричат о помощи, и мы слышали, как она кричит». Вы считаете себя ответственными за незнакомцев? Насколько эффективно может помочь незнакомый человек?

Опишите роль соседа Фредди Лео. Как он меняет взгляд Фредди на происходящее?

Как вам кажется, серьезно ли относились персонажи к преследованиям Мэриголд? Что бы вы сделали, если бы похожим образом вел себя ваш друг?

Фредди несколько раз сомневается в невиновности Каина, но никогда не изменяет своего мнения. Откуда, по вашему мнению, исходит такая преданность?

В переписке Лео настаивает, что Ханна должна указать расу своих персонажей, отмечая, что она сильно влияет на жизнь и взгляды жителей Америки. Какие плюсы в том, чтобы явно указывать расу? Какие минусы?

Кэролайн и Уит хотели проверить, смогут ли они подтолкнуть Каина к новым преступлениям. По вашему мнению, что бы произошло, если бы они смогли выполнить свой план? Что подобные эксперименты говорят о нашем отношении к осужденным?

Разговор с автором

Переписка с Лео не только жуткая, но и добавляет еще один слой вымысла к истории Фредди. Как вы пришли к решению обернуть книгу в такую сюжетную рамку?

Честно говоря, когда идея пришла мне в голову, я писала другой роман. Его действие тоже происходило в Штатах. Я живу в Австралии, поэтому, чтобы верно передать все детали, я воспользовалась помощью друга — он тоже писатель и, самое главное, американец, который в то время проживал в США. Мы вели электронную переписку, и он помогал мне, когда мне нужно было изучить какую-нибудь локацию. Мой друг (назовем его Лео) — очень серьезный и скрупулезный исследователь. Он присылал мне не только информацию, но и фотографии, карты и видеозаписи, которые, по его мнению, могли помочь мне сильнее проникнуться местом. В какой-то момент он прислал мне видео с места преступления — в паре блоков от его дома произошло убийство. На видео были в основном автомобили коронеров и полицейские кордоны (никаких трупов), но, когда я упомянула видео в разговоре с мужем, он ответил: «Господи, надеюсь, Лео никого не убивает, чтобы прислать тебе материал». Хмм. Конечно, он никого не убивал, клянусь, но это показалось мне прекрасной идеей для романа.

Так что решение я приняла во время работы над другой книгой. Отложила эту идею подальше, пока не закончила работу. Когда была готова взяться за рукопись, которая впоследствии станет «Женщиной в библиотеке», я знала, что начнется она со слов «Дорогая Ханна…».

Как отмечается в переписке, современным авторам придется решать: включать в роман коронавирусную пандемию или нет. Что вы думаете по этому поводу?

Помимо того что коронавирусная пандемия — это катастрофа мирового масштаба, она представляет для авторов дилемму. Коронавирус стал частью нашей реальности: игнорировать его — это как игнорировать мобильные телефоны и компьютеры. В лучшем случае от упоминания роман устаревает, а в худшем — становится совершенно неправдоподобным.