ДНИЩЕ: Отрывая лица - Пол Фейн

— Он живой? — Спросил кто-то, когда нёсший меня робот остановился.

Тот, естественно, ничего не ответил, однако мою голову приподняли и посмотрели в лицо. Я сделал вид, что с трудом разлепляю глаза. Пусть думают, что я в невменозе.

— Положи сюда, — сказал тот же голос.

Меня бросили на пол. Я падал и больнее, поэтому не обиделся. А тут ещё был и мягкий ковёр.

— Сходи в ремонт, — приказал мужчина, и робот оставил нас.

Судя по сквозняку, мы находились в каком-то цеху, или, точнее, в месте, которое ранее было цехом. Об этом говорили только размеры помещения, хотя убранство было весьма странным — ковры, мягкие кресла, почти целый кожаный диван и стеклянный стол.

Меня обошли кругом несколько раз. Затем мужчина подошёл к столу, стоя ко мне спиной, и налил стакан воды.

— Не нервничай, — сказал он мне, когда мой нож оказался около его горла, — мы оставили тебе твою игрушку для того, чтобы ты чувствовал себя спокойнее. Хочешь воды?

Не опуская нож от его горла, я взял стакан из его руки, поднёс к носу, хорошенько принюхался, попробовал кончиком языка и, убедившись, что эту жидкость можно употреблять, жадно выпил до дна.

Похоже, он меня не боялся. И действительно, чего ему было бояться в центре хорошо укреплённой базы, где я был всего лишь человеком с ножом. Хоть и с ножом у его шеи. Но что мне делать? Вытащить его на улицу и, шантажируя, что пущу кровь, пробовать выяснить, где здесь девочка с рыжими волосами? Нет, действовать нужно было иначе. Я подумал, что выглядел глупо, и убрал нож.

— Хорошее начало, — сказал человек, медленно поворачиваясь ко мне.

Когда он повернулся и посмотрел на меня своим спокойным лицом, я в голос расхохотался. Он долго смотрел на меня, не понимая, что вызвало такую реакцию, но всё же не выдержал и спросил, не выдавая степень своего недоумения.

— Что такое?

Я понял, что выгляжу неловко, но затем сделал усилие над собой и глубоко вздохнул, чтобы не смеяться.

— Фууух! — Сказал я, еле сдерживая улыбку, — это… Это!

Я сделал жест, будто погрозил ему пальцем, но потом окончательно успокоился и принял самое серьёзное выражение лица, которое только мог изобразить.

— В чём дело? — Возмущённо спросил обсмеянный мужчина.

Я был готов закатиться новым приступом смеха, но нет. Пора бы уже перехватить инициативу в свои руки. Он и так уже был обескуражен, и мне оставалось лишь точечно выведать у него необходимую мне информацию.

— У вас тут не пробегали… — Начал было я заезженную пластинку, но собеседник поднял вверх палец и стал смотреть на меня, словно в комнате никого, кроме него не было.

Присмотревшись, я увидел, что у него в ухе торчал едва заметный наушник, который, судя по всему, он и слушал. Терпеливо выждав требуемое время, я наконец получил внимание.

— С тобой хочет кое-кто поговорить, — сказал он.

— Кто? — Закономерно поинтересовался я.

— Скоро узнаешь, — ответил он, собираясь выйти, но замедлился, обратив внимание на мой значок Хранителя.

Некоторое время он рассматривал эту деталь моего костюма с интересом, затем с таким же интересом окинул взглядом и меня самого.

— А, — заключил он, — я понял. Что ж, не вижу никаких препятствий, чтобы эта беседа произошла.

Боковым зрением я наблюдал за тем, что происходило на улице. Мы находились в просторном помещении, в ворота которого спокойно мог въехать танк, поэтому просматривалось всё очень хорошо. Впрочем, ничего нового для себя я не увидел: всё те же роботы, куча вооружённого народа, ни одной женщины. И оно понятно, почему. Женщины, вероятнее всего, были скрыты от посторонних глаз, либо занимались общественно полезным делом. Например, собирали патроны, или чем тут они ещё могли развлекаться.

— Вы имеете в виду такую рыжую девочку? — С надеждой спросил я.

Мужчина улыбнулся мне отнюдь недружественной улыбкой.

— Нет, это решать не мне.

Ага, значит информация подтверждалась, и Мирта была здесь.

— Но ведь вы — верховный жрец…

И на этот раз расхохотался он. Его смех был натянутым, словно с ним разговаривал ребёнок, спросивший конфетку у Хранителя. Затем он похлопал меня по плечу… Как же я ненавидел, когда так делают!

— А ты с юмором, — сказал он, — но именно с ним тебе и предстоит встретиться. Тебя проводят, но сначала…

Он стал приближаться к выходу.

— Подойди сюда.

А ещё я не любил, когда мне говорили, что делать. Но я подошёл и стал смотреть в ту же сторону, в которую смотрел этот хер. На улицу. По сторонам от нас у входа стояли роботы — двое слева и один справа. Несколько людей с автоматами бездельно тёрлись возле них.

— На что смотреть? — Спросил я, почувствовав, что вновь моё неумение поддерживать диалог даёт о себе знать не в самый подходящий момент.

Продолжая улыбаться, мужчина смотрел на центр небольшой площади, которая некогда образовалась посреди производственной базы между административными зданиями. На ней не происходило ничего. Поняв это, странная улыбка переметнулась на меня, а затем глаза мужчины опустились на значок Хранителя.

— Когда пойдёшь разговаривать с верховным жрецом, не нужно, чтобы тебя отвлекало что-то. Оставь эту штуку мне.

Сказав это, он стал ждать. И я тоже. Я думал, что сейчас обязательно должно произойти что-то, что заставит его передумать. Оракул уже выкидывала потрясающие фокусы, но в этот раз, кажется, она встревать не собиралась. И это показалось мне очень странным, ведь именно благодаря ей меня притащили сюда, в храм Культа Вечности, на цементный завод, в место, где каждый был увешан оружием как рождественская ёлка, и я имел в виду те ёлки, которые наряжали в нормальном мире. Который навсегда канул в небытие.

— А… — Я затруднился, прежде чем возразить, потому что не знал, как.

— Что? — Без агрессии спросил мужчина, — не переживай, я верну тебе значок в целости и сохранности. Если, конечно, ты сам вернёшься от верховного жреца в целости и сохранности. Просто…

Он мечтательно запрокинул глаза к жёлтому небу.

— Я знаю, что Оракул не будет со мной разговаривать, да и кто я такой. Но мне бы так хотелось хотя бы ненадолго прикоснуться к тому, что изменило наш мир. К чему-то прекрасному…

Значок незаметно дрогнул на моей груди. Я не знал, что это может означать, но пока приходилось играть по местным правилам игры.

— Вы точно в этом уверены? — Спросил я даже не столько у него, сколько у Оракула.

— Давай. Сюда.

А вот это уже был командный тон. Мы играли в эту замечательную игру, где