ДНИЩЕ: Отрывая лица - Пол Фейн

голове в тот момент, когда робот делал шаг мне навстречу. Этот шаг был весьма необычным, так как нога робота изгибалась в нескольких местах, но походка его не основывалась на постоянном падении — как у человека. Робот осуществлял именно перемещение — планомерное и ровное. Выверенное и очень опасное. Для меня. Ломкость и резкость изгибов, приводящих махину в плавное движение, наполняли меня животным страхом. И, как антропологу, мне было понятно, почему.

Сделав этот шаг, робот замер. Потому что я тоже не двигался.

— Как дела? — Спросил я, наконец дотянувшись сапогом до ножа.

И дальше со мной произошёл головокружительный аттракцион, словно меня бросили в бетономешалку.

Я хлопнул по рукоятке ножа, он лишь слегка подскочил, но мне и нужно было всего-то чуть-чуть, чтобы швырнуть его в ту же сторону, куда планировал следом полететь и я…

Да, я не испытывал иллюзий относительно того, что робот будет быстрее, точнее и сильнее меня. Также не следовало полагаться на распространённое заблуждение о том, что человек многократно умнее искусственного интеллекта. Полная чушь! Но о разнице человеческого и искусственного интеллекта я всё же поразмышляю в другой раз. А прямо в данный момент я врезался в окровавленную стену, от которой только что отскочил подброшенный мной нож.

Мой бросок оказался удачным, и я успел схватить своё оружие.

Интересно, что мне теперь — бросаться на бронированного робота с ножом? Дело, конечно. Но было в этом нечто сюрреалистичное.

В следующий миг робот переместился в другую позицию. Его ноги действовали как будто отдельно от туловища, а руки уже тянулись ко мне. И я ни за что не должен был ему попасться, так как это означало верную смерть!

Я схватил лежащую на полу руку и даже не бросил, а набросил её на голову робота. Целью было, конечно, не покалечить его таким образом, а оценить принципы реакций, посмотреть, как это чучело будет действовать, если жертва неадекватна. И своего я добился.

Вместо того, чтобы проткнуть меня своей рукой, робот ударил меня обеими конечностями. Это было странное решение, но какой логикой руководствовался интеллект моего противника, я не знал. Так как площадь удара была больше, я ощутил не укол в грудь, а тяжёлый бросок. От силы этого удара и так треснувшая стена проломилась, и вместе с кирпичами я вылетел из уютной будки на улицу.

Смеркалось.

На этот раз образовавшегося проёма хватило роботу, чтобы поместиться в него. Двигая ногами вперёд, он съёжился, словно его туловище выполняло какую-то другую программу, а затем расправился во всю ширь, ведь на улице его уже ничто не ограничивало. И тут я понял, что в этой схватке мне не выйти победителем.

Я попятился назад, но робот перемещался очень быстро и незаметно для глаза, поэтому он оказался около меня, уже тогда, когда я ещё даже не понял, что на меня что-то движется. Своей ручищей он попытался схватить меня за голень, но я отскочил так резко, что это стало внезапностью и для меня самого. Интересное чувство. Кажется, я не знал, что делать, и я боялся!

Ну а, раз такое дело, нужно сваливать и поменьше размышлять. Вот только как это сделать, если я уже нахожусь на земле, а механизм, превосходящий меня по размерам, и, определённо — в силе, двигается на меня с целью аннигилировать.

Выбравшись на открытое пространство, робот мгновенно поменял тактику. Лапы робота удлинились и заострились, превратившись в подобие средневековых мечей. Ими он и начал орудовать, пытаясь разрезать меня, зацепить, разорвать в клочья! Чудом уворачиваясь от тонких рук робота, которыми он пытался проткнуть мои ноги, я начал елозить, ускользая как можно дальше. Уже даже на этом этапе я понимал, что нахожусь в позиции жертвы, и что такое положение неминуемо ведёт к результату, который определённо меня разочарует до смерти.

На месте куда попадали его конечности, взлетала земля. Кое-где он попадал в остатки асфальта, и тогда куски гравия превращались в пыль. Мне совершенно чётко представлялось, что произойдёт, когда я окажусь в его хватке. Поэтому необходимо было срочно поменять роль с убегающей жертвы на заманивающего хищника.

Я бросил куском кирпича в голову робота, но вовсе без надежд, что от этого будет какой-либо эффект. Мне нужно было выиграть немного времени. Совсем чуть-чуть.

— Оракул, как вывести из строя робота? — Крикнул я, когда кирпич разлетелся в пыль.

— С чего ты взял, что это вообще возможно? — Нежно ответила Оракул.

Я перевернулся на четвереньки и шмыгнул в кусты. Не отставая, за мной неслась груда металлолома. Стебли кустов разлетались в стороны вместе с ворохом земли. У меня было ощущение, что я убегаю от сошедшего с рельс поезда.

Несмотря на то, что грохот стоял такой же, всё же я мог различать и посторонние шумы, которые происходили на диких полях. Мне уже довелось повидать, что тут водилось, и я ничуть не сомневался, что прямо в данный момент в глазах этих тварей две другие твари — я и нападающий робот — представляли сцену, в которой можно было бы полакомиться обоими. И это можно было использовать! Как-то…

Передо мной оказалось то ли дерево, то ли изрядно высокое растение — в темноте разглядеть было трудно, да и не было времени. Во мне сыграло то, что живо в любом человеке и по сей день, как бы кто ни отрицал и кто бы что ни говорил. А миллионы лет эволюции, которые сделали наши руки цепкими для того, чтобы лучше лазить по деревьям и цепляться за ветви, напомнили мне, что мне доступны разнообразные опции выживания.

И в одно мгновение я оказался в нескольких метрах над землёй. Признаться, я совершенно не понимал, как это произошло. То есть, понимал, но процесс этого действия исполнило моё тело уже без участия моего разума.

Оказавшись около ствола, за который я держался руками и ногами и с интересом смотрел вниз, робот подвис буквально на секунду, а затем принялся обходить его своей плавной походкой, изгибая свои необычные ноги во всех необычных местах. Возможно, машина анализировала, что будет менее трудозатратным — повалить дерево или взобраться на него. А ещё я увидел, как к моему противнику что-то приближалось сразу с нескольких сторон. Отлично!

Думаю, что нападать на робота — было плохой затеей, и мне не было ясно, почему хищники вообще на это решились, ведь от него не исходило каких-либо специфических запахов, и он не выглядел потенциально вкусным. Возможно, они просто пожирали всё, что движется. Если так,