Фальшивомонетчики. Экономическая диверсия нацистской Германии. Операция «Бернхард» 1941-1945 - Антони Пири

Страшный январь перетекал в февраль, месяц, который, как говорили заключенные-поляки, на их языке носит название «лютый». И тот февраль действительно стал для всех этих людей ужасным. Один день сменялся другим, и не происходило ничего нового. Все тот же холод, голод и почти безнадежное ожидание, которое часто сменялось желанием умереть.

В начале марта, когда погода немного улучшилась, неожиданно приехал Крюгер. Некоторые из отчаявшихся людей чувствовали по отношению к этому человеку только злость. Ведь он просто-напросто бросил их в бедственном положении. Но когда Крюгер заговорил, все снова были готовы поверить ему.

— Уже готов состав с паровозом, который отвезет вас к новому месту работы. Там гораздо безопаснее, и вы почувствуете себя намного лучше. Я не смогу приезжать туда так же часто, как это было в Заксенхаузене, но там за вами сохранят все прежние льготы. Вы отправляетесь через час.

Луч надежды вновь тронул сердца уставших, отчаявшихся людей. Они отправились на станцию, где погрузились в ожидавшие их вагоны для перевозки скота. План Олендорфа дал сбой. В конце концов, Крюгеру удалось узнать, куда отправили его людей, и получить санкцию Кальтенбруннера на то, чтобы перевезти их на новое место.

Новые площади располагались в северной Австрии, в местечке под названием Редль-Ципф, неподалеку от города Линца, где располагался концлагерь Эбензе. Дорога в горах здесь вела к огромным жилым пещерам, вырубленным в горной породе. Крюгер показал заключенным, где им предстояло обосноваться.

— Сюда поставьте машины для печати, а здесь будут располагаться ваши столы. — Потом он указал на два отсека со сводчатым потолком: — В одном из них будут храниться запасы бумаги, а в другом — готовая продукция.

Подчиненные смотрели на него в сомнении, но он заверил их:

— Даже самая мощная бомба не сможет здесь причинить вам вред. Впрочем, вряд ли бомбардировщики прилетят сюда.

— А где мы будем есть и спать?

В ответ Крюгер показал им на стоявшие в некотором отдалении только что построенные новые аккуратные домики. На деревянных кроватях лежали набитые соломой матрацы. В домиках имелись кухонная плита и даже водопровод. После недавних злоключений все это было настолько похожим на рай, что заключенные восторженно закричали.

— Вы все хорошо трудились и заслужили все это, — заверил их Крюгер. — А теперь давайте посмотрим, сможем ли мы восстановить потерянные объемы продукции. Я уезжаю в Берлин, но надеюсь на хорошие вести от оберштурмфюрера Ханша, который заменит меня в мое отсутствие.

К этому времени Хольтену тоже пришлось переехать к новому месту службы, которое находилось близ австрийской границы, в венгерском городке Шопрон. Созданная им в Венгрии на «фунты Бернхарда» агентурная сеть I ежедневно снабжала его информацией, доказывающей намерение русских установить во всей Восточной Европе коммунистический режим. Хольтен рассчитывал в обмен на эти сведения получить от представителей Запада хоть какие-то льготы на будущее. Он прекрасно понимал, как трудно будет добиться этого из донесений Алоиза, который продолжал щедро снабжать его информацией политического характера из Лондона. Понимая, что время стремительно уходит, Хольтен часто совершал поездки в Швейцарию и Лихтенштейн. После одной из таких поездок его срочно вызвал к себе Кальтенбруннер, который перевел свой штаб в Альт-Аусзе. Кальтенбруннер сразу же взял быка за рога:

— Судя по вашим донесениям, как в странах союзников, так и в нейтральной Швейцарии стремятся избежать последней кровопролитной битвы в горах, не так ли?

— Да, это так.

— Сейчас мы должны использовать этот их страх, чтобы попытаться поторговаться с ними.

— Вы имеете в виду попытаться заключить мир на оговоренных условиях?

— Нет, я имею в виду открытое или скрытое разрешение продолжить борьбу против русских.

Хольтен, который почувствовал, что его застигли врасплох, тем не менее сумел заметить:

— Но ведь не ведется никакой подготовки к этому!

Кальтенбруннер сочувственно улыбнулся, позвонил в колокольчик и вскоре представил Хольтену доктора Меиндля, руководителя «Штайр Верке», крупнейшего оружейного предприятия в Австрии.

— Возможно, доктор Меиндль ознакомит доктора Хольтена с нашими планами?

Меиндль сразу перешел к делу:

— Я гарантирую начало производства вооружений небольшими партиями на заводах, укрытых в горах, к началу мая.

Хольтен был поражен. Перечислив еще ряд предприятий, которые дали похожие обещания, Кальтенбруннер подвел итоги:

— Как вы видите, мы сможем полностью обеспечить потребности вооруженных сил и гражданского населения. Кроме того, у нас будет достаточно денежных средств. Операция «Бернхард» теперь осуществляется внутри альпийской крепости.

Единственное, чего не хватало, было разрешение Гитлера на продолжение борьбы в Южной Германии в случае, если союзники сумеют расколоть территорию страны на две части. Кальтенбруннер надеялся получить это разрешение во время назначенной ему на 23 марта специальной аудиенции у фюрера. Хольтен попытался дать своему шефу совет:

— Вам нужно добиться всей полноты власти, иначе потом придется вступать в бесконечные дрязги с представителями военных, местными властями и бог знает с кем еще.

— Я практически уже имею такие полномочия. Гиммлер делегировал мне свои полномочия рейхсфюрера, рейхсминистра внутренних дел, главнокомандующего войсками СС. И я абсолютно уверен, что получу от фюрера дополнительные полномочия.

— Но вы должны быть уверены в этом на сто процентов, иначе проиграете, не успев ничего начать.

— Не беспокойтесь за меня. Постарайтесь найти контакты в стане врага. Я убежден, что их заинтересуют мои предложения.

Вскоре после того, как Кальтенбруннер уехал на встречу с Гитлером, ему в управление позвонил из Редль-Ципфа Ханш, но не дождался ответа. Поскольку он все еще выполнял приказ не разглашать своей задачи никому в VI управлении РСХА, он начал размышлять, как скоро ему предоставят право действовать на свой страх и риск. На этот раз офицер хотел просто отрапортовать, что производство фальшивых денег восстановлено.

На ежедневном совещании, которое состоялось в день назначенной личной встречи Кальтенбруннера с Гитлером, интуиция стала подсказывать фюреру, что Кальтенбруннер стал менее лоялен по отношению к нему. Обстановка на совещании сама по себе была напряженной. Сообщения со всех фронтов можно было трактовать одинаково: надвигалась катастрофа. Каждый очередной доклад вызывал у Гитлера новую вспышку гнева, заставлял взрываться возгласами брани, направленными в адрес генералов. Кальтенбруннер, холодно взвесив свои шансы на получение неограниченных полномочий, пришел к выводу, что они более чем реальны.

Когда совещание закончилось, Гитлер повел Кальтенбруннера в свой знаменитый подземный бункер. Здесь фюрер вновь почувствовал себя свежим и полным сил. Он бурно приветствовал Кальтенбруннера:

— Вы именно тот человек, которого я хотел увидеть. Подойдите и посмотрите сюда!

Он подвел Кальтенбруннера к полномасштабной модели города Линца.

— Вот так будет выглядеть город после того, как я перестрою его. Это будет самое замечательное место во всей Центральной Европе.

Излучавший энтузиазм фюрер стал подробно рассказывать о своих планах. Он часто останавливался и спрашивал мнение Кальтенбруннера, как уроженца Линца, по поводу той или иной детали. К своему удивлению, Кальтенбруннер был настолько захвачен этой беседой, что почти наяву представлял себе, как на его глазах вырастает новый город. Неожиданно в самой середине фразы Гитлер прервал свою речь и, повернувшись к пораженному Кальтенбруннеру, на полном серьезе заявил:

— Я прекрасно знаю, мой друг, о чем вы хотите спросить. Но поверьте: если бы я не был уверен в том, что вскоре нам предстоит вдвоем отстраивать наш новый Линц, я предпочел бы здесь и сейчас пустить себе пулю в голову. Все, что требуется от вас, — это доверять мне. У меня все еще есть силы и средства довести эту войну до победного конца.

Абсолютно сбитый с толку этой сценой Кальтенбруннер некоторое время колебался, прежде чем задать свой вопрос. А потом Гитлер вдруг ворчливо напомнил ему о том, что должен принимать следующего посетителя. Шеф РСХА понял, что аудиенция окончена и что ему не удалось ровным счетом ничего добиться.

Хольтену удалось достичь некоторых успехов в переговорах в Швейцарии. На обратном пути он сделал короткую остановку в Зальцбурге. Хольтен спокойно прогуливался по улицам города, когда вдруг кто-то крепко схватил его за руку. Обернувшись, он увидел двух агентов гестапо, которые приказали следовать за ними. В отделении гестапо Хольтена заперли в пустом помещении и оставили одного. Потянулось томительное ожидание. Случайно Хольтен подслушал телефонный разговор в соседнем кабинете: