Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

близ станции “Мирный». Железный «старичок» должен будет облетать территорию по углам дальних квадратов поиска, учитывая возможную дальность прохода снегоходов исчезнувших полярников – иными словами, там, куда не будут долетать вертолёты. Учитывалось и это. А если пропавшие Якут, Павел, Андрей и Виктор Иванович оказались на отколотой дрейфующей льдине, и их отнесло в океан? Нужно было предвидеть и эту версию. Для этого, собственно говоря, и вызвали старенький самолёт – других попросту сейчас в распоряжении РАЭ не имелось.

Вскоре два армейских вертолёта «Ми-8» показались над головами спасателей и, сделав приветственный круг, умчались в разных направлениях.

В это же время, со станции «Молодёжная» вылетел «Ил-14».

Трифон возглавил спасательную команду. Была запрошена помощь у австралийской базы «Кейси», находящейся уже на Земле Уилкса.

Операция по спасению пропавших членов станции «Мирный» началась.

№ 4.

Павел шагнул вперёд и, повернувшись, многозначительно посмотрел на своих товарищей, приложив палец к губам. Шедший сзади Якут, пригладил рукой голову пингвина, и тот, сразу прижавшись к ногам, изобразил полную покорность. В компании путешественников ему было не так страшно.

Виктор Иванович, поддерживая Андрея за локоть и преступая порог раздвижных дверей последним, немым взглядом ответил Павлу: «Всё поняли. Будем молчать».

Перед ними предстало огромное помещение, напичканное новейшими техническими приспособлениями всевозможного характера, многих из которых Павел попросту не видел никогда в жизни. От приборов наблюдения и поиска, до телевизионных камер повышенной чувствительности и разрешающей способности, срабатывающих на движения объектов, от широкополосных антенн, до объёмных мониторов, установленных во всю ширину, противоположных стен. Около тридцати или сорока жидкокристаллических плоских экранов, расположенных по всему периметру помещения, передавали каждое движение вошедших гостей в режиме записи, а потом обрабатывали информацию, мерно гудя скрытыми в нишах приборами. Путешественники увидели самих себя за пять минут до вхождения внутрь базы – именно в тот момент, когда Павел первым перешагнул границу светового пятна.

—Система видеонаблюдения нарушена, —тихо проговорил инженер, кивком головы указывая на мониторы. – Экраны должны показывать реальное время, когда мы стоим тут сейчас, а не запись пятиминутной давности. Отчего так? – он нерешительно взглянул на профессора.

Виктор Иванович осторожно продвинулся вперёд вместе с Андреем, и почти в ухо прошептал Павлу:

—Посмотри на слой пыли. Этими экранами уже не пользовались несколько лет!

—Однако! – удивлённо отозвался Якут.

Только тут Павел заметил коричневые налёты пыли, которая лежала слоями повсюду: на столах, панелях, креслах, стенах, экранах мониторов и самом полу. Он обернулся и уставился на собственные следы, отчётливо отпечатавшиеся в слое многолетней пыли – там, где он только что прошёл.

Скользнув взглядом в глубь комнаты, путешественники увидели некое подобие постамента, стоящего в самом центре и возвышавшегося над десятком кресел, словно шпиль Адмиралтейства над площадью Санкт—Петербурга. Высота его поражала! Потолок же был настолько высок, что друзья едва разглядели его куполообразное покрытие.

—И это всё под землёй! – выдохнул изумлённо Андрей. – Каким же агрегатам пришлось тут поработать, чтобы выдолбить в скалах и ледяных глыбах такое колоссальное строение?

Дальше было ещё поразительнее, или, как сказал бы неутомимый Гриша, – величественнее…

На постаменте возвышался огромный, принципиально новый телескоп с уникальной системой оптических линз и рефлекторных фильтров. Труба телескопа уходила далеко ввысь и имела объём никак не менее десяти метров. Грандиозность инженерной конструкции просто поражала воображение! Последняя линза гигантского прибора утыкалась своим жерлом в полукруглые створки раздвижных ставень, которые открывали доступ к звёздному ночному небу.

Расстояние до потолка было не менее тридцати метров, а сам телескоп поражал своей громадностью и сложностью сборки. Если его строил обыкновенный земной конструктор – то он явно принадлежал к гениям: такова была первая мысль, посетившая всех четверых друзей. Сын полка в расчёт, разумеется, не принимался – ему и так было хорошо. Страх исчез, и видя, как его хозяева задирают головы к небесам, тут же решил последовать их примеру, однако, не рассчитав угол наклона своей головы, с весёлым хрюканьем свалился на пол, подняв в воздух целый столб многолетней пыли, чем и разрядил, гнетущую до сего момента обстановку. Сразу стало проще.

—Здесь никого нет, —сделал вывод Андрей, и уже громче добавил: —Бояться некого. Эта обсерватория, если её можно так назвать, не посещалась людьми уже несколько лет. Но как же всё красиво! – протянул он, не переставая смотреть вверх купола.

Рефлекторное зеркало, диаметром более десяти метров величественно возвышалось навстречу космической бездне звёзд. Рядом стояли сложные копировальные аппараты неизвестной конструкции, высвечивая на мониторах зигзагообразные линии. Это тоже была технология будущего, Павел в этом не сомневался. Друзья стояли и оглядывали панораму помещения, пока ещё опасаясь двигаться вперёд. По всей видимости, перед ними была какая-то техническая лаборатория, сопряжённая с помещением обсерватории, возможно имеющая цель найти разумную жизнь в просторах Вселенной.

Путешественники прислушались. Так и есть. Приборы работали в автономном режиме: мерно гудели мониторы, далеко вверху, в основании куполообразного потолка лился голубоватый неоновый свет, и было ощущение странного безмятежного покоя, какой бывает в давно покинутом людьми помещении. Будто неведомые хозяева просто взяли, сдали дежурство, и ушли, а новая смена, по непонятным причинам так и не вышла на работу. Было в этом что-то мистическое и не поддающееся логическому осмыслению, чего так не любил Иван. В таких непонятных для него случаях, он старался держаться ближе к профессору, который, в крайнем случае, хоть мог что-то объяснить, разумеется, в доступной для него, бывшего оленевода, форме. Никакой математики – боже упаси! Бывший погонщик благородных оленей это просто бы не воспринял.

Вот и сейчас, удостоверившись, что в помещении никого нет, он, наконец, отделившись от профессора, показал всем пример, осторожно двинувшись вперёд и с опаской поглядывая на дальние двери, видневшиеся в проёме противоположной стены. До них было никак не меньше тридцати метров. По всему периметру обсерватории, прижатые к стенам, стояли столы, шкафы, кресла, стеллажи с диковинными приборами и вертикальные стенды с огромным количеством мигающих лампочек.

Осторожно пробираясь мимо всей этой разнообразной аппаратуры, Павел мимоходом отметил, обращаясь скорее к самому себе, нежели к друзьям:

—Всё работает, всё функционирует – Он оглянулся на свои следы. Рядом с отпечатками подошв путешественников семенили треугольные лапчатые следы Сына полка и была видна полоса от его небольшого хвоста. – Словно неведомые лаборанты взяли и ушли на обед, оставив все приборы работать в режиме автоматики. Желательно бы ничего не трогать здесь. Неизвестно ещё, может, за нами сейчас продолжают откуда-нибудь следить, по ту сторону, вон тех