Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

снова накатила ватная тишина. Да, именно ватная, всё как будто приглушили толстым одеялом. Я вышел из-под навеса, и окружающие звуки вновь налились силой и жизнью. Ступил в тень — и снова одеяло.

— Опять акустическая аномалия. — констатировал я. — Как на южных островках почти. Здесь звуки не отрезает, а просто глушит… Но что, и главное, зачем?

— Понятно, что ничего не понятно. — Даша тоже несколько раз прошлась туда-сюда, покачала головой. — Но это, вроде как, не опасно. Бегемот никакой тревоги не высказывает.

— Бег, ты как после прихода? Отпустило? Никакой опасности здесь не чувствуешь?

— Мяяяу-мя! — отрицательно замотал головой котяра и опять аккуратно тронул лапой ведро. — Мя!

— Да что ты к этой рухляди прицепился! Валерьянка там, что ли? — Даша осторожно, чтобы не сломать окончательно и так на ладан дышащий сосуд, притянула ведро к себе. — Ба! Да тут что-то есть!

— Осторожно, блин! — я аккуратно оттеснил девушку в сторону и заглянул в ведро. Там одиноко лежал Чёрный Мешок, ну как мешок — мешочек. Видимо, оно долго болел…

Аккуратно вытащив находку из ведра — я ещё обратил внимание, что, в отличие от остальной конструкции, цепь выглядела совсем новой — мы выбрались из зарослей и принялись смотреть, что же нам опять послал случай. А было, на этот раз, негусто: банка консервированного сала, бутылка какого-то французского красного вина и запаянная упаковка сыра — судя по итальянским надписям, пармезан!

— Ух ты, пармеджано! Итальяно! Белиссимо! — блеснула знанием иностранных слов подруга. — Да тут у нас, не побоюсь этого слова, самая натуральная санкционочка! Вот попёрло!

— Неплохо, неплохо. — я покачал головой. — Даже не помню, пробовал ли я когда-либо настоящий итальянский пармезан. Думаю, вечером можно будет в честь сегодняшних находок устроить небольшой праздник. Винище, вроде, тоже недурственное. Бегемот, не путайся под ногами, мы поняли уже, что ты к этому сыру неровно дышишь, сейчас всё равно распаковывать ничего не будем, у нас все руки чёрные. Давай до лагеря доберёмся?

— Мяяяу! — разочарованно заявил котяра и сожрал ещё одну ромашку. От них его тоже штырит, что ли?

…

В лагерь мы вернулись в приподнятом настроении — ещё бы, открыто столько полезностей! И вкусняшек. Перед уходом со Скрытого Хутора мы накопали полрюкзака картошки — благо, почва была сухая и, как я уже говорил, песчаная, поэтому корнеплоды, хоть и мелкие, были ровные, сухие и чистенькие. Также не забыли про лук, зелень и фрукты. Наварили горшок отличной ухи и распаковали сыр. Запах оказался — отвал башки! Бегемот чуть с ума не сошёл, пока ему отрезали изрядный кусок, потом улёгся, зажав его в лапах, и потихоньку грыз, жмурясь и тихо подвывая от удовольствия.

— Странное сочетание. — Даша отхлебнула ухи и заела сыром. — Но очень вкусно. Это, наверное, самый лучший пармезан, который мне доводилось пробовать. Вон, Бегемот не даст соврать.

— Я полностью с ним согласен. Такое нужно вкушать в кресле, у камина, под хорошее вино, и думать о вечном. Неплохой подгон от оргов.

— Скорее, приз за дотошность и внимательность. Причём, твой, я бы туда не полезла.

— Мне неизвестны подобные лесные массивы, было ясно, что оно не само по себе. — я выбросил в костёр обглоданный рыбий скелет. — А дальше уже дело техники… Но вот сам хутор крайне странный. На таком удалении от Большой Земли его тут ставить нет никакого смысла… если только какие-то совсем отшельники, но я о подобном тоже не слышал. Да и площади огорода маловато для пропитания трёх жителей. Хотя, раньше он мог быть гораздо больше.

— А почему трёх? Три ржавые кровати?

— Именно. Но это тоже ничего не значит, неограниченное число людей могло спать, к примеру, на лавках. Надо будет на пепелище покопаться, там наверняка можно найти разные свидетельства того, кто там раньше жил. И что-нибудь полезное в хозяйстве, посуду например. Всякие чайники-кастрюли вполне могли сохраниться.

— И колодец странный… — Даша поёжилась.

— Звуковые аномалии? Да, странно. Но, вроде, неопасно.

— Я даже не о том. Там же местность топкая, почти болото! А колодец глубокий, там метров пятнадцать-двадцать, воды вообще не наблюдается! Цепь видел, какая длинная?

— Ага. И выглядит, как новая, аж блестит. Да и вообще нафига он там нужен? Озеро рядом! Я понимаю, если бы там глубина была пару метров, но потратить столько труда, чтобы это отрыть, выложить камнем! — я с сожалением завернул изрядно похудевший кусок сыра обратно в пакет. — И крышу поставить, под которой жить можно. Непонятно.

— Предлагаешь туда спуститься? — подруга подкинула в костёр дров. — Меня от одной мысли озноб пробивает!

— Здесь должна быть картинка «Ну нахер». — засмеялся я. — Пожалуй, я пока воздержусь. Мало ли, кто там может сидеть. Хорошо, если просто крокодил, а если что похуже? Да и лестницы такой у нас нет, а просто по верёвке я не осилю, не альпинист.

— Ну тогда хватит на сегодня таинственных колодцев. Как насчёт таинственных пещер?

— Утро было слишком спокойное, и тебе уже не хватает драйва? — засмеялся я. — Оперативно!

— Я буду прятаться за твоей надёжной спиной. А Бегемот прикроет, правда, усатик?

Бегемот, домучивший наконец сыр, и блаженно валявшийся у костра на травке, поднял голову и обречённо мяукнул, мол, куда я денусь. Я же поднялся на ноги, оправил куртку и принялся собирать посуду.

— Хорошо, пещера так пещера. Только давай сначала разомнёмся, а то воевать с неведомой хтонью на полный желудок не комильфо.

В итоге, сначала мы перемыли всю посуду, а Даша попыталась оттереть антикварный ковшик, но не преуспела.

— Не хочу вещь портить. — заявила девушка, осматривая раритет. — Если просто песком чистить, зацарапается вусмерть. А никаких средств у нас нет…

— Можно в мыльный раствор положить на пару дней. — блеснул я эрудицией. — Мыло у нас есть. А можно просто использовать его по назначению, как банный ковшик.

— Может быть, ты и прав… — задумчиво протянула Даша. — Ладно, сокровища в пещере сами себя не найдут. Пойдём собираться, обед вроде растрясся.

— А почему ты решила, что там сокровища?

— А зачем нужна пещера, если в ней нельзя спрятать сокровища?

— Резонно. Пойдём.

Собирались серьёзно, как на войну. Кроме обычного нашего снаряжения и оружия, я напялил на себя разгрузку, в кармашки которой и распихал наш скромный боезапас — как показала схватка с крокодилом, патроны лучше всегда держать под рукой. И гранаты, даже если она последняя. Особенно, если она последняя. Также я вырезал нам по увесистому посоху, взамен протерянным на болоте. На этот раз я их сделал короче, но толще, и орудовать такой палкой в качестве дубины заметно сподручнее. К