Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

планировали держать в ручье — там вода холоднее, то вчерашний улов был засунут в полиэтиленовый мешок и притоплен в озере, возле садка для раков, так как мне показалось, что проще держать продукты в одном месте. Однако, там меня ждал сюрприз…

— Поздравляю тебя, Шарик, ты — балбес! — задумчиво продекламировал я, с тоской разглядывая порезанный в лоскуты пакет, из которого выпали жалкие ошмётки рыбы и несколько раков, шустро бросившихся врассыпную. Впрочем, ловить я их и не пытался. Что ж, озеро дало — озеро взяло. Вздохнув, я высыпал останки рыбы в садок с раками, прополоскал остатки мешка и грустно побрёл в лагерь за удочкой. Поленился вечером лишних тридцать метров пройти. Дурко.

В этот раз клевало скверно, на десяток рыбин у меня ушло больше часа. Я мало понимаю, как на аппетит подводной живности влияет погода, но сегодня я бы на месте рыб тоже не торопился вылезать из своих нор, или где они там живут. Над головой висели свинцовые тучи, с севера порывами налетал вполне взрослый ветер, того и гляди дождь пойдёт. Хорошо хоть, что вчера мы догадались постиранные Дашей шмотки утащить в лагерь, и за вечер у костра они высохли. Боюсь, в спортивном костюмчике я бы дуба дал, даром, что фирма́…

Закончив с чисткой и разделкой улова, я три штучки отложил Бегемоту на завтрак, а остальное упрятал в изрядно приуменьшившийся мешок и оттараканил к садку с мидиями. И только потом занялся костром — вытащил из него остывшую глиняную болванку, в которую превратился печёный крокодилов хвост, развёл огонь и поставил кипятиться воду для чая, добрым словом вспоминая подругу, которая вечером удосужилась отмыть наш единственный горшок от остатков вчерашнего пиршества. Хотел было разбить глиняный панцирь на сегодняшнем (а, возможно, и завтрашнем), блюде, но решил дождаться пробуждения остальных. А пока я разминался, выковыривая мидий из их домиков, насаживая на прутик и жаря на открытом огне. Так они получались более жёсткие, чем запечённые в раковинах, но значительно лучше по вкусу.

Заморив червячка, решил заняться нашим скромным арсеналом. Дашино «копьё» я выправил ещё вчера, а вот до обреза руки так и не дошли. Как его правильно чистить, я понятия не имел, но здраво рассудил, что принцип примерно такой же, как и у «калаша» — ствол очистить от нагара, все детали и механизмы почистить от грязи и смазать. Поэтому я достал набор по уходу за оружием из бандитского схрона и оглядел его предметно.

Набор выглядел, надо сказать, довольно уныло. Собирался он явно «с бору по сосенке», в него входили несколько шомполов разной длины и диаметра, баллончик с надписью «Смазка проникающая «Калашников», кучка подозрительно выглядящей ветоши и пузырёк тёмного стекла с надписью от руки «масла аружеиное». Вздохнув, я принялся за дело. Подобрав наиболее подходящий, насколько это возможно, шомпол, я накрутил на него немного ветоши, сбрызнул «Калашниковым» и вычистил нагар из каналов ствола, благо было его совсем немного, да и откуда? Настрел смешной. Затем тщательно протёр оружие ветошью снаружи, почистил курково-спусковые механизмы, благо они были внешнего типа, и смазал маслом из склянки с неграмотной надписью. Проверил. Ну, по крайней мере, хуже точно не стало.

— Боги, ну и вонища! — изрекла Даша, на карачках выползая из Убежища. — Вася, напомни мне, пожалуйста, по вечерам Бегемота не кормить!

— И тебе доброе утро. — я отложил обрез и одним рывком поставил девушку на ноги. — Боюсь, он нас не будет спрашивать. Иди умывайся, я пока чай заварю.

— Только без меня хвост не разбивай! — уже на бегу крикнула девушка, направляясь в сторону озера.

Пока подруга предавалась водным процедурам, я затащил тяжеленный, явно больше десяти килограмм, глиняный «кокон» на наш импровизированный стол. Посмотрел на полный горшок кипятка и одинокий пакетик чая, тоскливо вздохнул и отлил половину жидкости. Чая оставалось мало, и два пакетика на завтрак для нас — непозволительная роскошь. Надо будет всё-таки заготовить иван-чай, раз уж он тут есть. Оценил остатки галет, опять вздохнул и принялся чистить запечённые корни рогоза — в принципе, как гарнир к мясу они подходили неплохо. Хотя, конечно, ни разу не картоха…

Вернулась Даша, и я взялся за топор. Глиняный панцирь оказался на удивление крепким, а я хотел вскрыть его аккуратно, чтобы он не потрескался снизу — там наверняка море мясного сока, и проливать его совсем не хотелось. В итоге, изрядно повозившись, я отколол верхнюю часть на манер крышки черепа. Пахнуло вкуснейшим запахом, и Даша немедленно сунула туда нос.

— Как обалденно пахнет! Надеюсь, на вкус не хуже!

— Да, значительно лучше, чем в шалаше. — я засмеялся, а девушка скривила нос. — Сейчас выясним, к чему у нас крокодил ближе, к курице или рыбе.

— В смысле? — удивлённо уставилась на меня подруга.

— Курица, да и вообще птица, выделяется из прочих мясных продуктов тем, что отлично идёт как в горячем, так и в холодном виде. Про рыбу я такого сказать не могу. — я воткнул нож в обнажившийся хвост и начал аккуратно разрезать шкуру. Надо сказать, после термической обработки процесс шёл значительно лучше, чем вчера на болоте.

— Ну, не знаю. — Даша придержала отрезанный пласт кожи, помогая мне. — Копчёный палтус в холодном виде великолепен. Я, впрочем, всё равно планировала разогреть.

— Ну, в копчёном виде, наверное, и огурец отлично зайдёт. — Я, наконец, откромсал неподатливую шкуру и обнажил бледно-розовое мясо. — Нарезай.

Как оказалось, мясо крокодила отлично потреблялось в холодном виде. После многочасового запекания в замкнутой среде оно просто таяло во рту, и остановиться было решительно невозможно. Поэтому мы резали его на небольшие кусочки, насаживали на прутики и чуть поджаривали на костре, а уже потом макали в соль и ели. Так процесс шёл заметно медленнее, и шанс обожраться сразу с утра уменьшался. Да и поджаренное мясо было, всё-таки, вкуснее. А мясной сок, натёкший вниз, за ночь превратился в великолепнейшую желешку, которую немедленно возжелал проснувшийся наконец Бегемот.

Что ж, с едой было покончено, и мы, потягивая чаёк, принялись строить планы на сегодняшний день. Ну, то есть, чаёк потягивали мы с Дашей, а котяра вытянулся возле костра и подрёмывал. Только шевелящиеся кончики ушей выдавали его участие в беседе.

— Что у нас на сегодня? — спросила подруга, блаженно потягиваясь. — Надеюсь, обратно в болото не полезем? Меня до сих пор преследует фантомный запах тины… А может, он и не фантомный. И всё тело болит, кучу синяков вчера получила.

— В остальном всё нормально? — всполошился я. — Суставы, мышцы? Нигде не крутит? Точно ничего