Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

— А рулет? Вроде мягкий, и не просрочен. Капуста вообще свежая. — подруга отправила в рот зелёный листик. — И вкусная. Завтра наварю щей с грибами.

— А это фирменный прикол серии. Заходишь в древний курган, в котором никого живого сто лет не было, и в самом дальнем сундуке находишь два свежих яблока и кусок сыра. И два золотых. — я поднял из пыли на столе небольшую монету. — Давай поищем полезности, но очень осторожно, возможны ловушки. А лучше я сам.

Возражений не последовало, и я приступил к осмотру. На столе, в пыли, нашлось с десяток истёртых монет, возможно, золотых. Во второй корзине под столом было пусто, а вот сами корзины оказались хоть и явно старые, но вполне прочные, в хозяйстве пригодятся.

В буфете нашлись: небольшой отрез толстой, грубой выделки кожи, свёрнутый в рулон, бухта толстой верёвки, старинный молоток со сломанной рукояткой, кожаный мешочек с разнокалиберными кованными гвоздями, довольно корявыми, и ржавый напильник без ручки. В бочонках нашлось ничего, а сами они оказались рассохшимися и мало на что годными. На кровати наибольший, да и единственный, интерес, представляли шкуры. Вопреки моим ожиданиям, они оказались целые и не порченые, хоть и были довольно жёсткими, толстыми и тяжёлыми.

— Мда. — Даша взяла в руки несомненную лисью шкуру, задумчиво покрутила, помяла, понюхала. Скривилась. — Чистить, сушить и проветривать. Очень плохо выделана, но как замена матраса пойдёт. Всегда мечтала спать на звериных шкурах, но что это будет выглядеть так… неопрятно…

— Бойтесь своих желаний, ибо они имеют свойство сбываться. — продекламировал я и присел перед сундуком. Он, на проверку, выглядел гораздо приличнее и богаче остальной мебели: явно недешёвое дерево, очень тщательно сделан, обит тонкими железными полосами, на крышке — медная пластина с вычурной гравировкой. Ещё у сундука были две ручки по бокам и замочная скважина. И никакого ключа из неё, разумеется, не торчало.

Внимательно осмотрев сундук на предмет разных поганеньких сюрпризов и ничего не обнаружив, я попытался поднять крышку. Хрен вам. Ковыряние гвоздём в замочной скважине, разумеется, тоже ничего не дало — «медвежатник» я никакой. Вдумчивые поиски ключа по помещению так же ни к чему не привели — только под кроватью обнаружился очень прилично сохранившийся кожаный мешок с упаковкой каменной соли. На полуистлевшем картоне ещё читалась дата производства — август 1958 года. За истёкшее время соль, разумеется, успела окаменеть обратно. Как и содержимое ночного горшка, так же обнаруженного под кроватью, ну да не будем о грустном.

Даша предложила проверить мертвяков, вдруг ключ был у кого-то из них, а мы просмотрели. Но повторное перетряхивание останков ничего не дало, кроме двух потемневших перстней с красными камнями, похожими на рубины. Вернувшись к находкам, мы уже принялись решать, что тащить в первую очередь, ибо всё мы за раз точно не унесём, но тут меня посетила ещё одна мысль.

— Кстати, почти все подземелья в «Скайриме» были закольцованы. От финального сокровища, или босса, была короткая тропка к выходу… Посмотри по стенам, нет никаких кнопок или рычагов?

Кнопок и рычагов не оказалось, однако в дальнем углу с потолка свисала ржавая цепь. С третьего прыжка мне удалось достать до неё и дёрнуть. Раздался негромкий скрёжет, и небольшая часть стены ушла в пол, обнажив узкий коридор.

— Похоже, ты прав. — подруга направила фонарь внутрь. — Он в другую сторону загибается, назад.

— Главное, чтобы там не оказалось морозных пауков. Бег, чуешь чего?

Вместо ответа котяра шмыгнул вперёд, и через пол минуты до нас долетел его призывный мяв, искажённый геометрией коридора. Пройдя по нему, через пару минут мы вышли в центральном зале, но из правого прохода.

— Блин, а про эти ходы я и забыл. — я покачал головой. — Осталось проверить центральный.

Средний проход оказался очень коротким, и оканчивался крутой винтовой лестницей, спустившись по которой, мы буквально упёрлись носом в низкую дверь. Выглядела она очень капитально: толстые, плотно подогнанные друг к другу доски, обитые полосами железа, петли внутри, а проход дальше полностью блокировал висячий амбарный замок размером с мою голову. Ключа, разумеется, обнаружить не удалось.

— Всё больше замков, и всё меньше ключей. — резюмировал я. — И ведь хрен вышибешь. Выстрелом эту дуру не возьмёшь, да и плохая это мысль — здесь рикошетом прибьёт нафиг. Таран не подтащить, коридор закругляется. Придётся искать ключ.

— А если попробовать гранатой?

— Здесь? Есть некислая вероятность, что тогда всё обвалится. Кроме того, — я посмотрел на толщину дужки замка и смыкаемых им петель, — в соревновании «граната — дверь» я поставлю на дверь. Короче, поскольку с Министерством Обороны, то есть замком, мы ничего поделать не можем, надо искать пуговицу, то есть ключ. Пойдём, нам теперь кучу всего надо перетащить в лагерь.

Перед транспортировкой добычи Даша настояла на том, чтобы похоронить останки мертвяков, мол, негоже им гнить под открытым небом, да и под закрытым тоже. Я согласился, но копать могилу было лениво, поэтому мы сложили здоровый братский погребальный костёр, куда покидали не только кости, но и ржавое оружие и амуницию. Сухое дерево вспыхнуло моментально, и через двадцать минут всё было кончено.

Добычу пришлось перетаскивать в два этапа, причём один из этапов почти полностью занимал запертый сундук, весящий, как казалось на первый взгляд, килограмм двадцать пять, но становившийся всё тяжелее с каждым шагом. Даша предложила было вскрыть его силовым способом, и мне пришлось обратиться к истории.

— Лет сорок назад у нас в деревне, на одном из старых финских хуторов, местные решили убрать с поля здоровенный камень, мешавший сельхозработам. Пригнали трактор, накинули петлю, дёрнули, и камень сковырнули. А под ним оказалась яма, и в ней мирно лежал сундук на манер нашего. И на манер нашего, он так же был наглухо заперт. Ну мужики и, не мудрствуя лукаво, вскрыли его топорами. И клад оказался, в принципе, неплохой — в сундуке была сложена великолепная хрустальная посуда…

— Была?

— Именно, что была. После силовых методов не осталось ни единого целого предмета. Вот такие вот пироги… с хрусталём. Устала? Давай передохнём.

Когда процесс перетаскивания добычи в лагерь был завершён, солнце уже начинало садиться. Мы дружно решили отложить разбор и сортировку трофеев на завтра, но, пока картоха запекалась в золе, Даша не утерпела и развесила шкуры под навесом, чтобы они немного подсохли и распрямились. Я внимательно осмотрел многострадальный обрез на предмет отсутствия повреждений, не нашёл таковых, и отложил чистку оружия на завтра.

Наша чудо-печка в Убежище уже подсохла, и при этом даже ни разу