Боярышня. Глава рода. Продолжение - Нина Петровна Ахминеева

С чувством неимоверного облегчения я захлопнула талмуд. Положив его на журнальный столик, привычно глянула на настенные часы и про себя удивлённо хмыкнула.

До ежевечерней прогулки ещё тридцать минут. С чего это лопоухий мучитель отошёл от графика моих истязаний? Впрочем, спрашивать не стану. Уж лучше воспользуюсь случаем и отдохну, пока этот изувер не опомнился.

Откинувшись на спинку удобного, мягкого дивана, я закрыла глаза. Поймав себя на том, что машинально поглаживаю свой большущий живот, улыбнулась. С тех пор как научилась воздействовать на внутренние процессы в собственном организме, переносить беременность стало намного легче: больше нет ни изжоги, ни тяжести в ногах, да и спина не болит. А что самое приятное — резкие скачки настроения остались в прошлом. И да. У нас с мужем будет мальчик. Теперь я не хуже, а может, и лучше УЗИ, определяю пол ребёнка в утробе матери.

Знакомый аромат коснулся обоняния. Не поверив, я застыла словно статуя. Но уже через миг муж сел рядом, обнял за плечи.

— Привет, — сказал он тихонько мне на ухо.

Я медленно повернула голову. Тотчас заметила, что выглядит его величество неважно: тёмные круги под глазами, осунулся.

— Ты вообще отдыхаешь? — возмутилась я вместо приветствия.

— Разумеется. Каждую ночь сплю возле тебя, — невозмутимо ответил Рюрикович и громко приказал: — Макс, заноси.

В кабинет тотчас вошёл высокий, ладно скроенный мужчина в военной униформе. Держа в руке плоский чемоданчик, он быстро прошёл через помещение, остановился у моего рабочего стола. Водрузив на столешницу свою ношу, воин открыл крышку, что-то понажимал и отрапортовал:

— Готово. Связь стабильная.

Я с удивлением рассматривала штуковину на столе. Судя по чёрному экрану, это вполне мог быть переносной телевизор.

Мне кино собрались показывать?

Взгляд переместился на мужчину. Где-то я его видела. Точно видела. Вдруг под ложечкой засосало от нехорошего предчувствия.

— Макс, составь Анне Ивановне компанию, — ровным тоном распорядился Рюрикович. И с улыбкой добавил: — Судя по запаху в холле, она испекла свой знаменитый курник.

— Я так надеялся, что не унюхаешь. Теперь придётся с тобой делиться, — посетовал воин. Тяжко вздохнув, он церемонно поклонился нам обоим и бесшумно покинул комнату.

Дурное предчувствие ворочалось внутри, не отпускало. Не понимая, о чём предупреждает интуиция, я напряжённо посмотрела на супруга.

— Дим, кто этот воин?

— Не узнала? — Рюрикович вопросительно вскинул брови.

— Где-то видела, но где… — недоговорив, я неопределённо пожала плечами.

— Ты его встречала в Суздальской военной академии. Это барон Максим Сергеевич Воеводин. Он мой друг и временно исполняет обязанности моего телохранителя, — Дима усмехнулся.

— Ты ему доверяешь? — уточнила я, не сводя напряжённого взгляда с супруга.

— Как самому себе, — веско припечатал Рюрикович. Поцеловав в висок, спросил: — Как твои успехи в контроле эмоций? Получается?

— Вот только не говори, что Або тебе не рассказывал, — усомнилась я и скептически поморщилась.

— Рассказывал, — легко согласился Дима и невозмутимо заявил: — Полчаса назад тайная канцелярия задержала всех причастных к заговору против меня. Хочешь посмотреть на главаря заговорщиков?

— Ты серьёзно? — ещё не веря, что всё закончилось, я ошарашенно смотрела на мужа.

— Конечно. Технари спецслужбы с минуты на минуту закончат нарезку видео и пришлют нужный кусок. Будешь смотреть?

— И ты ещё спрашиваешь? — возмутилась я.

Хмыкнув, Дима убрал руку с моего плеча. Обнажив левое запястье, стукнул пальцем по браслету. Вновь приобняв меня, предложил:

— Посмотри на телевизор.

Я быстро выполнила просьбу. На прежде тёмном экране появилось чёткое изображение: довольно симпатичный взрослый мужчина застыл в кожаном кресле.

— Это кто? — спросила я отчего-то шёпотом.

— Тот, кто возглавлял заговор против меня. Князь Игнат Пантелеймонович Иволгин. Аристократ с безупречной репутацией, — бесстрастно сообщил Рюрикович.

Я с изумлением взирала на князя Иволгина. С ним лично не была знакома, но вот с наследником главы княжеского рода приходилось сталкиваться. Глеб Иволгин приходил сюда, в мой дом — свататься. Мы отлично с ним пообщались. Юноша даже пообещал защиту своего рода и помощь отца!

— Вот же твари, — процедила я, не отводя глаз от экрана. — Как они собирались тебя убить? Твои спецы уже выяснили?

— Естественно. Глава рода Иволгиных разработал план, основываясь на ненависти серебряной ведьмы к императору. Рассмотрения уголовных дел в отношении одарённых происходят в помещениях, полностью изолированных от магии. Прокурор Владимирской губернии скрыл от тайной канцелярии тот факт, что ты просидела четыре часа в допросной и на твой дар блокировка не подействовала. Заговорщики сделали всё, чтобы я присутствовал на твоём суде. Позаботились, чтобы процесс транслировали телевизионщики. По замыслу Иволгина, ты должна была воспользоваться своим даром и остановить мне сердце во время судебного процесса. Мою смерть в прямом эфире видели бы миллионы граждан Российской Империи.

Охренеть. Цензурных слов нет.

Ладони сами собой сжались в кулаки. За считанные мгновения совладав с эмоциями, я холодно спросила:

— Уже знаешь, почему Иволгин хотел тебя убить?

— Да, — лаконично ответил Дима. — Личная неприязнь к роду Рюриковичей. Точнее — к моему отцу. Так уж случилось, что глава княжеского рода Иволгиных полюбил девушку — простолюдинку со слабеньким даром ведьмы. Ради брака с любимой женщиной он был готов развестись с беременной супругой. Однако грандиозного скандала в княжеском роду не случилось. Иван Грозный объявил охоту на ведьм. Возлюбленную Игната Пантелеймоновича арестовали и публично казнили. Как следствие, князь люто возненавидел императора. Эта ненависть перешла на меня.

— Кошмар какой…

Дмитрий коснулся губами моих и отстранился. В комнате повисла тишина. Я вновь посмотрела на застывшее изображение князя Иволгина. Внезапно включилось видео. Словно из ниоткуда, на шее дворянина появился чёрный ошейник. Спустя секунду широкоплечие воины закрыли обзор. И вот уже князь с перекошенным от гнева лицом смотрит прямо в камеру.

— Какая же ты дура, боярышня, — со злостью прохрипел Иволгин. — Зря ты ему поверила. Убей последнего Рюриковича, пока не стало слишком поздно! Они монстры! — экран мигнул и погас.

Холодок страха пробежал по спине. Князь походил на одержимого ненавистью фанатика. Это было… жутко.

— Саша, власть — это тягостное бремя, — хладнокровно напомнил мне Дмитрий. — Я хочу, чтобы ты не питала никаких иллюзий. Сегодня заговорщиков задержали, но завтра — послезавтра появятся другие. Ты постоянно должна быть начеку. Доверяй не тому, кому очень хочется верить, а тому, кто действительно докажет свою преданность.